Инстинкт Убийцы. Книга 1

Он много думал об устройстве мира и о законах, по которым существует этот мир и пришел к выводу, что знакомые всем законы физики действуют на всё, в том числе и на Бога. Он понял, что нет ничего вечного, так же как нет ни начала ни конца, все идет по кругу, Вселенная – это огромный круг. И в этом круге живет очень старое существо, которое мы зовем Богом, он стар, но он не вечный двигатель, и то, что он все еще жив - заслуга элементарного закона сохранения энергии. Время от времени тот, кого мы называем Богом, вкладывает огромное количество энергии, создавая людей со всеми их цивилизациями и особенностями, а потом миллионы лет питается энергией, которую выделяют эти люди, веря в Него и молясь Ему. Эта энергия подпитывает и омолаживает его, ведь она очищается, проходя через искренние людские сердца и мысли, а потом, когда энергия, вложенная Создателем начинает убывать, общество начинает тонуть в пучине войн, катастроф и моральной грязи, так как светлая энергия постепенно сходит на нет, возвращаясь к своему источнику. И вот тогда, когда у людей заканчивается вера, у них больше нечего взять, когда все светлое иссякло, Бог уничтожает цивилизацию и начинает все сначала – теперь у него снова много энергии, он снова силен и молод. И так бесконечно. Вселенная – это круг, и даже Бог движется по этому кругу, каждый раз начиная и заканчивая то, что на самом деле не имеет ни начала, ни конца. И каждый новый оборот этого Колеса Вечности несет в себе что-то новое, хотя самое основное не меняется никогда. И как бы люди новой цивилизации ни называли Его, Будда, Аллах или Аполлон, Он всегда одно и то же существо, имеющее множество имен и лиц, существо, всегда получающее свою энергию назад, кому бы она ни предназначалась.

К такому выводу пришел Ян после долгих размышлений и сравнений, и он считал свою теорию истинной, хотя ни за что не рассказал бы о ней ни отцу, будь тот жив, ни, тем более, матери. Она бы не пережила такого богохульства, ведь в ее религии Бог был вечным и всемогущим, смеющимся над примитивными законами людского мира и время от времени направляющим своих заблудших овечек на путь истинный. И в эту идиллию никак не вписывался меркантильный и корыстный Бог Яна, совершенно не участвующий в жизни людей, а только сосущий из них энергию, чтобы жить дальше.

Получалось, что его Бог, как и все, заботится лишь о собственном выживании, и это казалось Яну вполне правдоподобным. Может быть, не зря его отец иногда повторял, что каждому человеку – свой бог, и каждый верующий видит в Создателе свое отражение, но только Ян никак не мог смириться с мыслью о заботливом и благородном боге, видя каждый день в новостях все новые катастрофы, убийства и несчастья. Он видел нищих на улицах, молящих Бога о спасении, видел матерей, молящих Его сохранить их сыновей и рыдающих потом над гробами, видел детей, молящих Боженьку о счастливой семье и любящих родителях, и живущих в приютах и подворотнях. Он видел много зла, но ни разу не видел исполнения доброй воли Господа Бога. И каждый новый день, прожитый в мире хаоса и зла, укреплял его веру в то, что если Бог и существует, то лишь затем, чтобы сосать энергию, потраченную Им на наше создание.

Хорошо, что мама этого не слышит, подумал Ян, иначе она бы в гробу перевернулась, а так она, наверное, встретилась с горячо любимым ей Богом и, пройдя промывание мозгов, снова вернулась на землю, ведь жизнь – движение по кругу, и нет во Вселенной покоя, как нет ни начала, ни конца.

- Да, и мы - сами по себе, и каждый - сам за себя – таков наш мир, мама, - прошептал он, глядя в небо, - жаль, что ты так этого и не поняла.

Еще одна звезда, прочертив в небе яркую полоску, упала в море, и Ян подумал, что на создание такой красоты, как эта планета, должно быть, уходит просто чудовищно много энергии. А мы еще смеем жаловаться и просить о чем-то, когда самое главное уже нам дано – жизнь и целый мир в придачу, а за эту жизнь мы отвечаем сами, и никто кроме нас ответственности не несет. И правда, подумал он, почему кто-то, пускай даже Бог, должен нам давать еще что-то, когда он уже дал нам все, что нам полагается. Люди просто никак не могут понять, что они всего лишь дойные коровы, живущие на большой и красивой ферме, а разве фермер, давший им крышу над головой и пищу каждый день, будет слушать их жалобы и исполнять просьбы? По его мнению, у этих коров есть все, что им нужно, а больше им просто ни к чему. Пусть возятся в своем хлеву как хотят, делают что-то, разрушают, создают, бодают друг друга, сами делят место и еду, все это мелкая и незначительная возня, которая совершенно не касается более высокоорганизованного существа – фермера. И пусть не все коровки дают необходимое молоко, но большинство, все же, приносит фермеру неплохую прибыль. Например, такие, как моя мать, подумал Ян. Ну хоть от меня Он ничего не получит, усмехнулся молодой человек, откинувшись в кресле, я быть дойной коровой не желаю.

Волны лениво и медленно бились о берег всего в нескольких метрах от него, шум прибоя успокаивал и настраивал на размышления. Молодой человек нерешительно провел рукой по крышке своего ноутбука, который держал на коленях – ему хотелось разделить с кем-то свои мысли и эту красоту, что случалось крайне редко. По натуре он был одиночкой и не нуждался в людях, но в редкие моменты он становился таким же человеком, как все, и ему хотелось общения. Друзей у него, конечно же, не было, да и как они могли быть, если сам он фактически не существовал, он был виртуальным призраком, всегда невидимым и всегда скрывающимся. И только с одним человеком он мог поговорить, когда тоска совсем не давала покоя, но даже этого человека он никогда не видел и не подпускал в беседах слишком близко к себе.