Страница 34 из 37
Берна потянуло ко входу в гору, но добраться туда, не будучи замеченным многочисленными камерами, размещенными по пути, было непросто. Они пробирались вокруг и над камерами, поднимаясь по крутому склону и подходя ко входу.
Им придется взорвать вход, и как только они это сделают, команда охотников узнает, что они идут. Сколько человек внутри? И смогут ли они добраться до заложников до того, как у охотников появится шанс убить их? Убьют ли они их, чтобы их не спасли?
Дженна, сколько людей в лаборатории?
Четверо мужчин, которые нас похитили, доктор и четверо охранников, которых я вижу у каждого выхода.
Ты видела других охранников?
Нет, но я видела только эту комнату.
Что случилось с людьми, которые привезли тебя?
Не знаю. Думаю, они уехали, но я не уверена.
Хорошо, малышка. Мы здесь. Мы скоро будем здесь. Будь готова. Ты можешь как-нибудь предупредить детей?
Все дети без сознания, — голос Дженны всхлипнул. — Они подключили их к капельницам, и они без сознания. Берн, что они с ними делают?
Я не знаю, детка. Они что-нибудь сделали с тобой?
Нет, и они, похоже, знают, что я проснулась. Доктор просто смотрит на меня и качает головой.
Ладно, не делай ничего, чтобы привлечь к себе внимание. Мы скоро будем на месте.
Хорошо, я люблю тебя.
Я тоже тебя люблю.
Берн кивнул Бастиану, и они начали возвращаться к месту встречи.
***
Дженна сидела на койке в своей клетке, сжав кулаки. Две недели назад она была всего лишь учителем младших классов в городе оборотней. Теперь она была оборотнем. Ну, почти оборотнем, спаренной, похищенной и в долбаной клетке. Какого хрена?
Доктор подошла к клетке Дженны, и Дженна посмотрела на пол. О, черт, что теперь?
— Мне жаль, что вы оказались втянуты в это, мисс…
Должна ли она ответить?
— Дженна, Дженна Рэйнс.
— Мисс Рэйнс. Я — доктор Элизабет Монтроуз.
— Зачем ты это делаешь? — Спросила Дженна. — Это дети. Разве ты не понимаешь, что забираешь их из их семей? Что ты с ними делаешь?
Доктор покраснела.
— Я не причиняю им вреда. Только проверяю их кровь. Это необходимо для общего блага. Найти лекарство от болезней, которые уничтожают человеческое население: рак, СПИД, БАС (Боковой Амиотрофический склероз), СМ (Синдром Маффуччи) и другие.
— Вы причиняете им вред. Посмотри на них! Они без сознания. В клетках. Напуганные, одинокие, вдали от своих семей. Как ты можешь оправдать то, что делаешь?
— Их кровь может спасти миллионы!
— Есть и другие способы. Ты могла бы попросить пожертвований. Попросить у оборотней образцы крови.
— Думаешь, мы не пробовали? — Закричала доктор. — Мы просили, мы умоляли, и умоляли. Они все отказались. Они могут исцеляться, они никогда не болеют, они живут сотни лет, и все же они отказываются делиться секретами своего здоровья с человечеством.
— Мне жаль, но это их право. Это не дает тебе права брать то, что тебе не принадлежит.
Доктор Монтроуз отвернулась и прошлась по полу. Она положила руки на металлический стол и на мгновение склонила голову, затем повернулась и пошла назад. Она остановилась у решетки клетки и встретила взгляд Дженны, ее взгляд был жестким и холодным.
— Когда твоя жизнь в опасности, посмотрим, какое решение ты примешь, — она плюнула, повернулась и вышла из комнаты.
Дженна смотрела на свои сжатые руки, что, черт возьми, это значило? Доктор Монтроуз была частью этого, пытаясь оправдать похищение детей, потому что она собиралась спасти мир от болезней. Нет. Простите. Это не входило в план Дженны.
Один из техников в белом халате вошел в клетку, где лежала Сара, а Дженна встала и подошла к решетке своей клетки.
— Что ты делаешь? — Закричала она. — Не смей причинять ей боль!
Мужчина посмотрел на нее через плечо и покачал головой.
— Заткнись, или я тебя тоже усыплю, — рявкнул он. Он ввел иглу в руку Сары и взял образец крови, заполнив три отдельные вакуумные пробирки, прежде чем выйти из комнаты. Он ухмыльнулся в сторону Дженны, подошел к столу, пометил образцы и положил их в холодильник. Презрение на его лице было ясно, она была ниже его, меньше, чем человек. Лабораторная крыса, ничего больше.
Доктор Монтроуз вернулась через дверь задней левой части лаборатории, кратко поговорив с охранником у двери. Она подошла прямо к Дженне, которая все еще стояла у решетки своей клетки.
— Прости, что я вышла из себя. Это моя вина. Я увлечена своими исследованиями, — сказала она.
Дженна глубоко вздохнула, противодействуя своим похитителям, она никуда не денется.
— Я понимаю. Мы просто должны согласиться, что не согласны друг с другом.
— Ты позволишь мне взять у тебя кровь? — Спросила доктор Монтроуз.
Вот черт! Что она должна сделать? Если она скажет «нет», они, скорее всего, усыпят ее и все равно возьмут кровь, и тогда она не сможет помочь Берну, когда они придут спасать детей. Они уничтожат лабораторию, когда придут, так что кровь никогда не будет проверена, верно? Хорошо, пусть они возьмут образец.
— Зачем тебе моя кровь? Как ты сказала, я всего лишь человек, — Дженна замолчала.
Доктор Монтроуз нахмурилась.
— Я думаю, мы обе знаем, что ты нечто большее, не так ли? Джон сказал, что ты отрастила когти и зарычала, когда они попытались отобрать у тебя медвежонка. Ты можешь объяснить, как это произошло?
Дженна изобразила смех.
— Я думаю, ваш человек, должно быть, под кайфом. Возможно, я ревела от гнева, как думаю, это сделал бы любой, если бы любимого человека вырвали из их рук, но мои единственные когти — это они. — Она показала доктору Монтроуз свои ухоженные ногти.
— Почему я сомневаюсь в твоих словах? — Спросила доктор.
Дженна пожала плечами.
— Может быть, ты околачиваешься не в той группе людей, — сказала она, окидывая комнату злобным взглядом.
— Туше, — ответила доктор Монтроуз. — Однако ты так и не ответила на мой вопрос. Ты позволишь мне взять твою кровь? Это было твое предложение, чтобы я попросила. А не брала силой.
— Угодила в собственную ловушку. Так оно и было, добрый доктор. Да, я позволю тебе взять мою кровь.
— Пожалуйста, сядь на койку.
Дженна согласилась, и доктор достала из соседнего ящика жгут, шприц и несколько вакуумных пробирок. Когда она вернулась, один из охранников сопровождал ее. Она открыла клетку, и охранник вошел первым.
— Не вставайте с кровати и не делайте резких движений, — охранник встал слева от Дженны, а доктор заняла позицию справа. — Вытяни правую руку, пожалуйста.
Дженна ненавидела иглы, и делать это в клетке с охранником, стоящим рядом с ней, действительно, усилило ее страх.
Берн потянулся к ней.
Что такое, малышка? Я чувствую твой страх.
Просто по глупости, они берут мою кровь. Ненавижу иглы.
Рычание Берна дошло до ее сознания, и она почти улыбнулась.
Они пострадают за то, что причинили тебе боль, моя любовь.
Ты такой медвежонок. Я не могу сейчас говорить. Ой!
Игла вонзилась ей в руку, и Дженна поморщилась, посмотрела в потолок и сосчитала до двадцати. Она почувствовала, как доктор Монтроуз щипком меняет флаконы, и тихо выругалась.
— Прости, почти закончила, — сказала доктор Монтроуз.
Еще одна пробирка, и Дженна застонала, охранник подошел ближе, и Дженна съежилась.
— Успокойся, Дэвид, она просто не любит иголок. Она не собирается нападать на меня.
— Ты этого не знаешь, — проворчал охранник.
— Она человек, — сказала доктор Монтроуз.
— Или нет, — ответил стражник.
Доктор Монтроуз засунула последнюю пробирку в карман халата, сняла жгут, вытерла пятно крови спиртовой салфеткой и накрыла небольшим пластырем, похлопав Дженну по руке.
— Благодарю, мисс Рэйнс. Я ценю твое сотрудничество.
— Что такое немного крови для друзей, — усмехнулась Дженна.