Побочный эффект

Во взгляде Линды, устремленном на Липпенкотта, явно читалось: этому человеку не место в нашем доме. Но, убедившись, что Липпенкотт ничего подобного говорить Юнкеру не собирается, она сама с вызовом спросила его:

- И что потом? - На ее тонком лице появилось угрожающее выражение.

- А потом, - бесстрастно продолжал Юнкер, - мы пропустим сотню вольт через лобные доли ее головного мозга и еще раз проверим ее на детекторе.

- Сукин сын! - взорвалась Линда. - Как вам могла прийти в голову такая дикая мысль!

Выхватив сигарету у Липпенкотта, она вскочила и, пробежав прямо по расстеленной на полу бумажной ленте, пулей вылетела из комнаты, громко хлопнув дверью.

Раскрыв от изумления рот, Юнкер повернулся к Фицпатрику и Липпенкотту.

- Что я такого сказал? - спросил он, переводя взгляд с одного на другого.

Наверху хлопнула дверь.

Липпенкотт устало поднялся с дивана и направился к двери.

- Пойду поговорю с ней, - сказал он. - И знаешь, Рассел, когда мы вернемся, сделай одолжение, не упоминай при ней больше об ЭСТ, ладно? В конце концов, ты ведь предложил это чисто теоретически.

- Чисто теоретически? - Юнкер даже обиделся. - А что тут нереального. Я могу достать и медикаменты, и нужную аппаратуру, а у Линды как раз есть психиатрическая практика.

- Минуту! - перебил их Фицпатрик, встревоженный тем оборотом, какой начала приобретать их беседа. - Лучше скажите, каким образом, помимо всего прочего, вы собираетесь пронести эту аппаратуру в квартиру Пирс?

- Все, что требуется, можно уложить в два небольших чемодана.

- Предположим, - не унимался Фицпатрик, - но ведь не станет же Пирс лежать и вспоминать старую добрую Англию, пока вы будете прилаживать к ее голове электроды!

- Именно поэтому вначале ей надо будет ввести пентотал натрия...

Фицпатрик перевел непонимающий взгляд на Липпенкотта.

- Сделать укол несложно, - согласился Липпенкотт. - Когда мы установили за ней слежку, я первым делом обнаружил, что по утрам к ней приходит медсестра. По словам привратника - а ему об этом рассказала горничная, Пирс проходит сейчас курс каких-то инъекций. Что-то там ей колют: не то гормоны, не то витамины... Кстати, - продолжал Липпенкотт, обходя комнату и зажигая лампы, - медсестра приходит в половине восьмого - за час до появления горничной или уборщицы.

В водянистых глазах Юнкера внезапно вспыхнули искорки заинтересованности.

- Я тебя понял, приятель. Мы должны задержать настоящую сестру и вместо нее направить к Пирс нашего человека. Пирс скажут, что ее медсестра заболела, и вместо обычного лекарства ей сделают нужную нам инъекцию...

- Подожди, Рассел! - решительно перебил его Липпенкотт, снова опускаясь на диван. - Я не хочу, чтобы ты счел меня бестактным или неблагодарным, но позволь задать тебе один вопрос: ты соображаешь, о чем говоришь? Это не провокационный вопрос, мне просто неясно, понимаешь ты или нет.

- Да, я не специалист в таких делах, если ты это имеешь в виду...

- А тот, с кем ты только что разговаривал?

Юнкер кивнул.

- Нас консультирует самый авторитетный специалист...

- Я заметил, ты упорно повторяешь слово "нас", - сказал Липпенкотт. Это означает, что ты тоже будешь принимать в этом участие?

- Видишь ли, - заерзал Юнкер, - все не так-то просто...

- Ладно, ладно, - перебил его Липпенкотт, явно не желая выслушивать многословное объяснение. - Скажи, какова степень риска?

- Для нее или для вас?

- Господи, конечно, для нее! Чем мы рискуем, я и сам прекрасно знаю. Ты хочешь, чтобы я тебе все подробно обрисовал?

- Не стоит! - Юнкер протестующе поднял руку. - При условии, что укол этот сделает вполне квалифицированный человек - а для этого вам как раз и нужна Линда, - Пирс подвергается риску не больше, чем когда она едет в машине по шоссе. Кстати, сколько ей лет?

- Около пятидесяти.

- Понятно, - задумался Юнкер. - Если Пирс под пятьдесят и ей колют гормоны, значит, у нее тяжелый климакс и, вполне возможно, началась депрессия. - Он пожал плечами. - В таком случае электрошок может даже принести ей определенную пользу, - с улыбкой добавил он.

Липпенкотт откинулся на спинку дивана и закрыл глаза.

- Это безумие, Рассел. Ты ведь и сам это сознаешь, верно? Чистое безумие!

Юнкер взял у Липпенкотта одну из его длинных тонких сигар, прикурил от зажигалки Фицпатрика и стал разглаживать смятую бумажную ленту от детектора, по которой прошагала Линда.

- Решайте сами. Что касается меня, то я могу обеспечить вас всем необходимым, за исключением исполнителей. - Он начал сворачивать миллиметровку в рулон.

В комнате повисла напряженная тишина. Фицпатрик, который все никак не мог успокоиться после расспросов по поводу Клэр, спросил:

- Мистер Юнкер, позвольте мне задать вам один непростой вопрос: почему вы так горячо взялись помочь нам?

Юнкер не успел и рта раскрыть, как за него ответил Липпенкотт:

- Он считает, что Пирс имеет отношение к делу, которое может интересовать ЦРУ. Его старая любовь к этой конторе не ржавеет. - Он пристально посмотрел на Юнкера. - Верно, Рассел?

Юнкер наконец скрутил бумажную ленту в ролик и сунул его в портфель.

- Скажем так, я не люблю неразгаданных тайн, - ответил он, ничуть не обидевшись на язвительное замечание Липпенкотта. - Ну, так что вы решили? спросил он, надевая пиджак.

- Когда ты сумеешь достать все необходимое? - спросил его Липпенкотт.

Юнкер налил себе из кофейника остывшего кофе.

- К утру в понедельник. Самое позднее - во вторник.

- Как у вас с командировкой? Сможете задержаться еще на пару дней? спросил Липпенкотт у Фицпатрика.

- О господи! - вздохнул Фицпатрик. - Меня и так уже ждут неприятности: ведь я не послал репортажа о происшествии в океанариуме. И тем не менее...

- Договорились, - сказал Липпенкотт, направляясь к двери. - Пойду поговорю с Линдой. Если через десять минут я не вернусь, вызывайте полицию.

25

В следующий вторник, ровно без двадцати восемь, Липпенкотт и Фицпатрик появились возле дома Пирс. В руках у Фицпатрика был букет цветов и фирменная сумка авиакомпании ТВА, а Липпенкотт нес чемодан.

- Доброе утро, господа! - весело приветствовал их привратник. - Вы к миссис Пирс?