Проселочные дороги

- А когда окошки раскупорила, прошло? - сочувственно спросили мы.

- Немного полегчало, да разве можно эти дыры назвать окнами? Совсем узкие, просто щели в стенах!

- И ты не могла через них выбраться?

- Я ведь не змея! - обиделась Тереса. - Голову еле просунула.

Люцина не преминула наставительно заметить:

- Если голова проходит, то пролезет и все тело, весь человек.

- А у меня весь человек никак не пролезал! Уж я на все лады пыталась. И отвяжись, не перебивай! Если бы они были хоть немного пониже, может, как-нибудь и вылезла бы, а так с трудом дотянулась до них лицом.

Тут свое слово сказала тетя Ядя:

- Если лицом дотянулась, могла кричать в эти окна. То есть в эти щели!

- Кричать-то я могла, только смысл какой? Место безлюдное, лес дремучий, ночь и ни одной живой души в округе. И к тому же я боялась.

- Чего боялась?

- Что меня кто-нибудь услышит.

- Так ведь как раз это и требовалось!

- Кому как. Мне не требовалось.

Лилька прервала бесполезную дискуссию:

- Поскольку ты до сих пор не сидишь в сарае, значит, как-то выбралась оттуда. Как?

- А так, что наишачилась на всю оставшуюся жизнь! Сарай, хоть и заброшенный, сделан был капитально, из толстых досок, совсем новый. Неплохо строят тут у вас в Народной Польше, не понимаю, чего все жалуются на строителей? Но стоял-то сарай, слава богу, на голой земле, а садового инвентаря в нем было навалом.

- Какого инвентаря?

- А всякого. Я в нем не очень разбираюсь, у нас в Канаде участка нет. Несколько штук таких, что с одного конца лопата, а с другого вроде как клюв.

- Кирка? - предположила тетя Ядя. - Кайла?

- Может, и кирка, кто ее там разберет. Кроме того, четыре железяки плоские, какие-то ни на что не похожие штуковины и много ломов. Все пропало!

Мы, естественно, очень заинтересовались всеми этими клювами и железяками, а также разрушительной деятельностью Тересы, и забросали ее вопросами. Почему пропало? Тереса пояснила: в одном углу сарая грунт немного осел, образовалась яма. Может, вода подмыла, а может, какой зверь рылся. Вот Тереса и решила продолжить дело, начатое водой или зверем, используя для подкопа все, что под руку попадало - ломы, мотыги, кирки и лопаты. Садовый инвентарь в руках яростно копающей Тересы один за другим выходил из строя, она отбрасывала поломанный инструмент и хваталась за новый. Впрочем, возможно, все эти железяки и ни на что не похожие штуковины предназначались не для рытья туннеля, а совсем для других работ.

- Господи, как же тебе досталось! - то и дело сочувственно восклицала тетя Ядя. - Да еще ведь темно там было! Посветить хоть было чем или так на ощупь и рыла?

- Был у меня фонарик и даже запасные батарейки, в Кудове купила. Светила время от времени.

- Ну и как? Прорыла? - жадно допытывалась мамуля.

- Прорыла, а как же! И даже пролезла, хотя и с трудом. Ну точь-в-точь корова, когда в коровнике дверь низкая - позвоночник не проходит. В общем, пролезла, а потом вытащила сумку. С сумкой вместе не поместилась бы в подкопе, так я привязала к ней веревку - веревок там много валялось - и потом за эту веревку вытащила. Я все продумала!

Мы хором похвалили Тересу, которая не только сумела прорыть туннель, но и сделала все с умом. Ужин на столе оставался нетронутым, до него ли, когда слышишь такое! Тереса продолжала свою одиссею:

- Долго я там ковырялась, уж не знаю, сколько часов!

По тону рассказчицы явно чувствовалось, что земляные работы пришлись ей не по нраву.

- Думала, солнце уже взошло, оказалось, еще нет. Это я заметила, когда вылезла. И еще сразу же услышала - едет мотоцикл. Значит, возвращается этот подонок! Вы и представить себе не можете, до чего я испугалась!

- Надо было взять один из ломиков и огреть подонка! - воинственно воскликнула мамуля.

- Может, и огрела бы, да под рукой ломика не оказалось, все остались в сарае. Пришлось бежать.

Тереса прервала свой рассказ, чтобы принять успокоительную таблетку и запить ее чаем.

- Рассказывай же! - торопила ее Люцина. - И ты сбежала?

Тереса отрицательно покачала головой.

- Как? Не сбежала? А что сделала? Позволила поймать себя второй раз? возмутилась Люцина.

Тетя Ядя поспешила на помощь подруге:

- Наверняка не позволила! Притаилась в ночной тьме и огрела его чем попало!

- Самого заперла в сарае! - предположила Лилька.

Тереса никак не могла проглотить таблетку и только головой мотала, отвергая наши версии. Наконец проглотила и набросилась на нас.

- Ничего умнее не придумали? Чем огреть? И зачем запирать, ведь тут же вылезет через мою дыру. Выходит, я для него старалась! Нет, я сделала умнее. Я подслушала их разговор!

Откуда вдруг появилось множественное число? Мы сразу замолчали, озадаченные, а Тереса с торжеством продолжала:

- Только я вылезла, подъезжает мотоцикл. Светил фарой, я испугалась, что заметит меня, и спряталась в кусты. На мотоцикле приехали двое. Тот самый подонок и еще один. Сразу в сарай полезли. Что там внутри говорили не слышала, а когда вышли - услышала. Я не сбежала, потому что тишина стояла гробовая, меня бы сразу услышали. Ведь ночь, в темноте споткнусь или напорюсь на что, они и узнают, где я. Потому и сидела ни жива ни мертва, как мышь под метлой.

- Правильно сделала, - похвалила я.

- Так о чем они говорили? - торопила сестру Люцина.

- Второй ругал первого. "Осел безмозглый, - говорил, - кретин и идиот, - говорил, - не мог сразу отобрать у нее сумку? Или хотя бы пошарить в ней? - говорил. - Вот и имей дело с такими олухами!" Подонок выдвинул предложение поискать меня в лесу, но второй только еще больше разъярился и сказал, что впотьмах ничего они не найдут. С утра надо будет проследить за окрестными дорогами, особенно теми, что ведут к Полянице. Вот почему я и не пошла в Поляницу.

- А зачем им твоя сумка? Что-то непонятно...

- Мне самой непонятно. Выходит, им нужна и я, и моя сумка. Младший из бандитов оправдывался - не прикончил меня сразу лишь потому, что не был уверен, надо ли. Второй знай поносил его на чем свет стоит, а оба вместе больше всего переживали из-за того, что я взятки не возьму.

- Чего не возьмешь? - не поняли мы.

- Взятки!

- И в самом деле не возьмешь? - пожелала убедиться Люцина.