Страница 32 из 69
- Панове, а зачем вам те тряпки, которые вы собираете по всей мастерской? - поинтересовалась я.
- Узнаете об этом после окончания следствия.
- Когда следствие закончится, вы вообще не захотите со мной разговаривать.
- А я в этом не уверен, - буркнул капитан, искоса взглянув на прокурора.
Я не оставила этот взгляд без внимания.
- Если судить по вашему взгляду, этот пан поддерживает контакты с бывшими подозреваемыми? - спросила я.
- Не со всеми, уверяю вас, - сразу ответил прокурор.
- Жаль! Тогда не знаю, могу ли я надеяться...
- Можете, - уверенно сказал капитан. - Заверяю вас.
- А вы? - спросила я прокурора, который сидел на краю стола, весь черный от ботинок до волос на голове, и блистал красотой.
- Не знаю, - усмехаясь ответил он. - Я очень неуверенно чувствую себя в обществе женщин.
- Как пес в обществе сала, - дополнила я, к великой радости всех троих мужчин.
Я оставила их со значительно увеличенным запасом сведений и с жутким хаосом в мыслях. Мне хотелось привести их в порядок, но для этого надо было поговорить с Алицией. Я никогда не имела особенного таланта к размышлению и к гениальным выводам могла прийти только путем обмена мнениями. К сожалению, Алиция продолжала играть в бридж. Сидящий в той же комнате Каспер решил, видимо, возместить себе предшествующее молчание и делал уборку после обыска. Уборка заключалась в том, что он развертывал куски кальки, рассматривал их, а затем с ужасным треском сминал и выкидывал в корзину. Некоторые куски даже разрывал на мелкие клочья. Не знаю, существует ли еще какой-то материал, который мог бы наделать столько шума, как техническая калька второго сорта.
Тут же рядом, стараясь перекричать звуки, производимые уборкой Каспера, что-то обсуждали Збышек, Анка и уже менее злая Моника. Я подумала, что этого аккомпанемента для Алиции совершенно достаточно, и мое участие в нем было бы излишним.
Я обошла мастерскую и установила, что в санитарном отделе идет мощный скандал между Кайтеком, Яреком, Стефаном и Влодеком, в нашем отделе ядовито фыркает Казик, а Витек конспиративно шепчется с Ольгердом в его маленькой комнате. Когда я заглянула туда, они демонстративно замолчали. Веся, надутая и обиженная на весь мир, сидела на своем месте, повернувшись спиной к проходящим.
Отделавшись от Ядвиги, которая упорно добивалась, чтобы я ей погадала, я уселась за свой стол и тут решилась на легкомысленный поступок.
Лишенная возможности дискутировать с Алицией, я начала размышлять одна. Я должна была сразу предвидеть ход этих размышлений, но чего-либо подобного не ожидала даже от себя!
Из-за угла за столом Витольда, в который я усиленно вглядывалась, так как сидела к нему лицом, вышел дьявол. Подлинный заурядный дьявол, покрытый черными бараньими завитками, с рогами, хвостом и копытами. Он обошел стол кругом, не знаю каким образом, потому что тот стоял у самой стены, уселся в кресле Витольда, положил ногу на ногу и издевательски посмотрел на меня.
- Ну, что? - спросил он. - Дождалась?
Последним проблеском сознания была мысль, что раз я не могу обсудить все с Алицией, то, может быть, сделать это с дьяволом. И действительность исчезла окончательно.
- А что? - осторожно спросила я. - Ты специально позаботился об этом?
- Идиотка! - презрительно фыркнул дьявол. - О тебе даже заботиться не нужно! Наделала дел, а теперь что? Сидишь как испуганная ослица.
Я почувствовала себя обиженной.
- А что, по-твоему, я должна стоять на голове?
- Только для этого твоя голова и может служить? А думать ей ты не пытаешься?
Надо признать, что он был не слишком любезен. В довершение всего смотрел на меня с явным отвращением, смешанным со злобной иронией. Впрочем, чему же тут удивляться, одно слово - дьявол!..
- Ты, по-видимому, все знаешь, - сказала я. - Интересно, как бы ты чувствовал себя на моем месте?
- Ладно, ладно, - примирительно сказал дьявол. - Давай уточним некоторые обстоятельства. Тадеуш знал инициалы претендента на руку Моники. Каспер знал о ситуации с красавчиком...
- Ну и что? - недовольно спросила я.
- Уж я знаю, что говорю. Сопоставь оба эти обстоятельства. Ну? Пришло тебе что-нибудь в твою тупую башку?
Это меня уже вывело из себя. Как смеет первый встречный дьявол разговаривать со мной таким образом? И от волнения я сразу стала мыслить быстрее.
- Выходит, что Тадеуш знал обо всем и мог донести претенденту о красавчике, - гневно сказала я.
- Так ты уже знаешь, почему он кричал "прости"?
- Конечно знаю! Голову дам на отсечение, что в пьяном виде он пожаловался Тадеушу на роман неверной, а Тадеуш не дал маху и сразу этим воспользовался.
- Неплохо, - одобрительно сказал дьявол. - А теперь размышляй дальше. Если бы это он его убил, стал бы он валяться перед ней с этим кретинским криком?
Я задумалась на мгновение.
- Нет, потому что считал бы, что искупил свою вину. Он подвел ее, она подверглась шантажу, и он возместил это, убив шантажиста...
- И поэтому?
- Поэтому Каспер невиновен.
- Дальше!
- Дальше, дальше... Перестань меня подгонять! Дальше он так ужасно переживал, потому что считал, что своим глупым поступком спровоцировал ее к совершению убийства.
- А ты не думаешь, что он о ней знает больше тебя?
- Если он знает больше, тогда я знаю меньше. Озарение внезапно на меня не снизойдет, чего ты ко мне прицепился?
- То, что он знает, ты можешь вычислить. Что у нее есть?
Я бессмысленно посмотрела на дьявола. О чем он говорит? Что может быть у Моники?
- Сексуальная привлекательность... - сказала я неуверенно.
- Кретинка! Я говорю о том, что у тебя тоже есть! Ну? У тебя есть и у нее есть, а у Алиции нет совсем.
- Дети! - крикнула я ошеломленно. - Двое детей!
- Вот видишь. Ты же понимаешь, на что способна женщина ради своих детей. Вы все помешаны на этом... Ты же знаешь, сколько у этого типа денег.
- У Ядвиги тоже есть ребенок, - запротестовала я. - И она помешана на нем еще больше!
- Вот именно. Хорошо, что ты мне напомнила. Что ты, дорогая, говорила там о Ядвиге вначале? Семьдесят тысяч злотых?.. А ты случайно не заметила, как она похорошела в последнее время?