Страница 11 из 23
-А шоколад привезёшь? - Вспомнила Маша.
-В этот раз обязательно, только я передам какао-бобы Олегу, а сам поеду дальше, так что когда приеду, то вы уже научитесь делать сами вкусные шоколадные конфеты, торты и прочие вкусности.
-А я ела какао-бобы, ещё и напиток из них пила, мне не очень понравилось. - Вставила реплику Амалия.
-Просто вы не умеете их готовить. Наверно поэтому я и не нашёл в Лиме ни одного зёрнышка.
-В Панаме этих плодов всюду полно. Можно там их купить. - На слове 'купить' меня бросило в гомерический хохот.
-Вот как раз в Панаме и 'купим'! -Отсмеявшись, произнёс с акцентом, имитируя испанский второй жены.
-У тебя столько необычных вещей, что нет даже у богатейших королей просвещённого мира! Значит, ты самый богатый монарх мира, зачем же тебе ездить самому, когда есть тысячи подданных, готовых отправиться в поход за почестями и славой? - Вполне себе резонный вопрос.
-Я бы с удовольствием сидел в столице, но увы, есть ситуации, когда моё присутствие весьма необходимо, чтобы решать вопросы по возникающим обстоятельствам. Но я рассчитываю после этого похода, долго сидеть в столице, не выезжая дольше чем на неделю-другую. Ну а пока, этот поход очень важен для государства, да и для меня лично.
-А зато у вас нет светских собраний и других развлечений для женщин. Даже на ваши потлачи не пускают женщин, вот ты уедешь - чем мне заниматься, я же сойду с ума со скуки. - Жалобно-просительное выражение на лице. Так умиляла простота игры местных людей, особенно в сравнении с тем лицемерным гадюшником, в котором я работал последние годы перед попаданием сюда. И если поначалу мы думали, что это индейцы такие, то после столкновения с испанцами мы удивились и весьма. Если индейцы не жульничали, то эти хоть и пытались, но настолько примитивно, что я научился читать мысли, как экстрасенс. Почему-то сразу вспомнилась мегера из департамента тезнадзора по СВАО, вот у кого местным учиться и учиться - циничная мразь возведённая в абсолют.
-Всё будет - как только вернусь, сразу займусь борьбой со скукой и созданием увеселительных мероприятий. - И даже не лукавлю, действительно важное в обществе дело. Не хлебом единым... . - Пока можете посовещаться с Олегом - он подскажет, что можно сделать, пока меня не будет в столице.
-Я же тебе говорила, что у нас весело и без твоих дворянских собраний и балов, мы всегда собираемся с жёнами наших тоэнов и ... . - Осеклась Маша, подбирая слово, которое наиболее выгодно могло отразить веселье их посиделок, но не найдя, просто продолжила. - Ты младшая жена, когда родишь, тогда и ты будешь с нами сидеть.
-Ну не будь слишком строга, я же скоро уезжаю, вдруг не получится Амалии забеременеть, неужели ты дашь ей засохнуть от тоски? - Я поднял руки в примирительном жесте. - А пока будем стараться, раз уж старшая жена требует!
-Да! - Ещё бы чуть-чуть, и вторая жена показала первой язык, но довольная была, как кот, обожравшийся сметаны.
-Тогда беги в душ! Знаешь как пользоваться?
-Да, я уже пробовала. - Подпрыгивая от радости на стуле, ответила Амалия, бывшая де Мендоса.
Утро красит нежным цветом... , только после столь же нежной ночи, ещё бы высыпаться не помешало, ну тут уж ничего не поделаешь, приходится успевать везде - долг руководителя любого предприятия, а тем паче державы. Душ, кофе и надо лететь в промзону, где третий день шесть десятков испанцев, отобранных для металлургического производства, вникали в поставленные задачи. Как уверял меня Кетл - это были самые толковые и, при этом, не замеченные в бунтарских разговорах. Однако после его описания поведения еврородственничков, я предпочитал дуть на воду. А производство было достаточно опасным и ответственным: помимо новой вагранки построили печь по перегреву чугуна, гигантская дура, почти как старые мартены, но без нее никак не получалось растворять лантан в расплаве, чтобы получить нормальный лантановый чугун. Попытки устроить конвейерное производство, где каждый будет отвечать только за отдельный участок работы, разбивались о скалы невежества и косности. Но основная причина - всё-таки недостаток квалифицированных работников. С поднятием на начальственный уровень наших лучших учеников и подключения к работе русских стрельцов дело вроде сдвинулось с мёртвой точки, но потом развитие застопорилось без нашего личного участия. А это навевало на печальные мысли, что станет с Аркаимом, исключи нас с Олегом на данном этапе от контроля над отраслями промышленности, городского хозяйства и управления общественной жизнью.
Помимо человечинки, нашей добычей в Лиме была масса различных металлов, шерсти и хлопка. Необходимостью правильно их пристроить, я и занимался, попутно с решением остальных задач. Платину сразу определили в резерв и часть на химпроизводство. Мучения с созданием сетки просто словами не описать, ниточки должны были быть очень тонкими по 25-30 микрон, но в отличии от золота платина в холодную не тянется, хоть тресни. Самое обидное, я даже подсказать парням ничего не мог, сами мучились, однако буквально через две недели смогли таки запустить первую контактную версию синтеза азотки. И получилось отлично, ну в том плане, что расход электричества упал в разы на производство единицы кислоты. Увеличить производство патронов возможности уже не было, но выработать дополнительные запасы нитропороха, тротила - такая возможность появилась. Кстати, о тротиле: пока наибольший расход и весьма значительный приходился на горнопроходческие работы, связанные с прокладкой дорог и добычей руды. Именно на эти работы приходилась большая часть покалеченных и погибших, а таковые тоже были, испанцев. Нет, если киркой не пытаться забить тротиловую шашку в плохо пробуренное отверстие, то ничего и не случится, но людская лень исправно поставляла из рядов горняков и дорожников калек и мертвецов.
Ещё из платины получились отличные фильеры для вискозных нитей, что увеличило производство этого продукта. Собственно само вискозное волокно получилось как побочный вариант экспериментов на бумажном комбинате. Единственным его применением было добавка в текстильное производство второй нитью, но тем не менее, разнообразие цветов, в которые окрашивали выходящую нить, давало художникам от моды разные варианты для фантазий. Не знаю, как там в Европах, но местные любили многообразие цветов. Посмотреть, как они разукрасили мою парадную форму, подаренную после возвращения из Лимы, реально стоило. Так, появление качественной шерсти и длинноволокнистого хлопка, встречено было с великим энтузиазмом. Если бы я не вмешался, перевели бы на всякую ерунду, а так были созданы большие партии самых разнообразных тканей. Все текстильщики разом, как один, отказались от платы в золотых монетах и перешли на долевое участие в производстве тканей. Такую же попытку сделали было и портные, но этих я осадил, заметив, что желающих шить одежду по моим заказам от Зюзино и до Кочимы хоть отбавляй. Надо сказать Олегу, чтобы швейную машинку создал, что-ли.
Наконец моя армия стала походить на настоящую, единообразное вооружение было уже давно, теперь и обмундирование привели к общему знаменателю. Собственно мы были окончательно к выходу в большой мир, все пять лет нашим основным усилием было собирание племён в единое государство, обучение людей и производство продукции группы 'А', то бишь производственного оборудования, станков и первично переработанного сырья, вкупе с созданием самой сырьевой базы. А вот группу 'Б' надлежит развивать самим людям и у них это благополучно получалось. Не у всех благополучно впрочем, но это мелкие издержки роста. Ещё на заре становления, мы пришли с Олегом к выводу, что контроль государства должен быть только над ресурсами, группой 'А' и транспортной инфраструктурой с приставкой мега, остальное должны развивать частной инициативой граждане. Наша задача была только подтолкнуть их в нужном направлении. Уже сейчас, нашего непосредственного участия не было ни в одном из предприятий лёгкой промышленности, даже форму для армии нам шили по заказу частные компании. Вновь же создаваемые текстильно-прядильные станки передавались в управление с правом выкупа также частникам, конечно это были наши верные кланы и племена, но по сути частники.