Страница 36 из 120
Алекс сидит за столом и ест бутерброд с большим куском буженины. Ничего особенного в этой картине нет, кроме того, как выглядит младший Крестовский. Он словно подрался с носорогом, потому что на его лице красуется огромный синяк, губа разбита, а ухо даже посинело и припухло.
Я тут же вспоминаю грохот, разбудивший меня ночью, и ужасаюсь догадке — скорее всего, в нападении был виноват Алекс. Но что он такого сделал? Кому задолжал? А главное, как мне себя с ним вести?
Ладно, он и так получил, судя по лицу. Пусть разбираются сами, жить в атмосфере постоянной ненависти я просто не смогу. Поэтому буду делать вид, что части Крестовских просто не существует. Нет заносчивой и стервозной Крис, нет ублюдка-Алекса, из-за которого я пережила несколько отвратительных часов. Есть весельчак-Сергей и... Игорь. С ним сложнее и, чувствую, будет еще хуже.
Я помогаю Марине (правда, скорее больше мешаю, но экономка не возмущается и позволяет мне мариновать мясо для ужина). Вплоть до самого выхода я остаюсь на кухне и мысленно молюсь, чтобы Игорь не спустился. На нетронутый поднос экономка отреагировала очень спокойно, но от меня ведь не укрылось, с каким интересом она на меня взглянула. Даже закралось подозрение, что из кабинета Игоря еще целыми и невредимыми не уходили, иначе чего она так удивлена?
Когда часы показывают пятнадцать минут одиннадцатого, я беру сумку с документами и выхожу из дома. Напротив уже стоит здоровая черная машина, возле которой трутся два охранника в неизменно черных костюмах.
- Анна Артемовна, - кивает мне один из них. - Мы готовы.
А я — нет! Я не готова к этой жизни, не готова к тому, что если мне хочется куда-то съездить, я должна позвонить и вызвать машину. Не готова к тому, что даже чай я не могу сделать сама, ведь на кухне властвует Марина, а она, вместо того, чтобы объяснить, где лежат заварка и чайник, улыбается и делает все сама.
Не готова и не уверена, что когда-нибудь привыкну. Но это не значит, что я не испытываю удовольствия, в редкие моменты чувствуя себя принцессой.
Прежде, чем я иду к машине, дорогу мне преграждает красная спортивная машина и, кажется, я знаю, кому она принадлежит.
- Куда собралась, золушка? - усмехается Серж. - Давай подвезу.
К нам подходит охранник.
- К врачу, - говорю я. - Показать руку. Но, боюсь, Игорь убьет меня, если я поеду с тобой.
- Звони, - бросает Серж охраннику.
Тот незамедлительно достает телефон.
- Игорь Олегович, Анна Артемовна хочет поехать с Сергеем Олеговичем.
Я в напряжении пытаюсь прислушиваться. Не разрешит. Или разрешит? Непредсказуемый, этот Крестовский.
- Мы поедем за вами, - наконец говорит охранник.
- Вот видишь, - хмыкает Серж, - мамочка разрешила нам погулять.
Мне нравится в машине Сержа. Во-первых, я сижу на переднем сидении. Во-вторых, она... не знаю, какая-то обжитая, что ли. Машины, которые Игорь присылает за мной, одинаково-роскошные и безликие. В машине Сержа приятный пряный запах от ароматизатора, болтается забавный паучок на леске. А еще он явно любит гонять, но периодически поглядывает в мою сторону и сбрасывает скорость, словно вспоминая, что едет не один.
- За что его так? - вырывается у меня.
- Кого?
- Алекса. На нем живого места нет.
- За то, что играть любит не в кубики, - усмехается Серж. - Этот говнюк давно по мелочи проигрывал, отца не напрягало, а Игоря бесит. Он ему ограничил лимит на карте и стал контролировать все траты. Алекс стал по мелочи снимать и отмазываться: то тренеру отдал, то девчонку снял, то туда, то сюда. Игорь поставил за ним слежку. Отрубил вообще нахер карту, выдавал каждое утро на карманные. Ну а этот дебил залез в долги. Вчера получил.
- Не только он, - усмехаюсь я.
- Да. - Серж мрачно кивает. - Хреново вышло. Но теперь ни один мудак не подойдет, Игорь тебе дал Германа, он служил не то в спецназе, не то в ВДВ по контракту. Любого, кто подойдет, утопит в фонтане. А если фонтана не найдет, то будет в багажнике возить, пока не представится случай.
Я смеюсь, представив себе сурового Германа, который возит в багажнике нападавшего. Только я понятия не имею, кто из этих двоих амбалов Герман. Надо будет выяснить.
- Кстати, что ты сделала с Игорехой? Он с утра чуть высоковольтный кабель с психу не перекусил.
- Да ничего я не делала, - смущенно бурчу. - Просто он меня доводит.
Серж смеется.
- Он тебя? Или ты его? Я начинаю думать, что у вас любовь такая... как в средней школе.
- Игорь лезет в мою жизнь. В те аспекты, которые я и без него могу контролировать. И делает это... мне не нравится его тон. Он постоянно издевается, хамит! Я не прошу быть веселым и гостеприимным, но раз уж такая фигня случилась, что мне придется — хотя, опять же, я-то могу отказаться в любой момент — жить с вами, можно как-то свести на нет неприятные последствия?
- Слушай, ну с ним все понятно, он в гробу видел всю эту компанию, родственную хреноту и сохранение семейных ценностей, вот и бесится, а ты-то? Ты ж девчонка, прикинься слабенькой, дай ему почувствовать себя защитником. Прогнись немножко, пройдет время, он на тебя забьет. Как только убедится, что ты не собираешься участвовать в оргиях и снимать это для ютуба. Меньше всего Игорю сейчас надо, чтобы с ним связали какой-нибудь скандал. А он тебя не знает. Мало ли, как ты примешь кучу денег. Может, в запой уйдешь, а может, решишь в сериале сниматься.
- Об этом же можно сказать спокойно.
- Наивная ты, Калинина.
- Может быть. Но если Игорь хочет, чтобы его не бесили, то пусть скажет прямо и вежливо, чего от меня хочет и чего опасается.