Страница 10 из 24
На самом деле, часть меня надеялась, что все это сон и я проснусь в своей комнатушке на старой, шатающейся кровати. А потом, едва я выхожу из ванной, вдруг понимаю: будильник накануне не заводила.
Я так увлечена поиском часов, которые меня разбудили, что не замечаю девушку, сидящую в кресле возле столика. В изящной руке, увешанной тонкими золотыми браслетами, лежит смартфон.
- Это ищешь, милая? Собирайся, Игорь сказал, тебя нужно отвезти сначала в медицинский центр, а потом по магазинам и салонам. На самом деле, я жуть как рада, что ты вдруг появилась, потому что сегодня у него встреча с китайцами, а они дико невоспитанные и неаккуратные. У тебя пять минут.
Я открыв рот смотрю на эту красотку, блондинку в темно-синем коротком платье. У нее такие длинные ноги, что я, должно быть, смотрюсь рядом, как хоббит.
Она красивая, сексуальная, и каждая деталь в ее облике об этом буквально кричит: от стильных босоножек на высоченной танкетке до яркого вызывающего макияжа.
- Меня зовут Стася. Станислава, то есть. А ты, значит, Анна.
Она усмехается, наблюдая, как я заправляю постель.
- Ну, и давно ты с ним спишь?
Я давлюсь воздухом и кашляю.
- С кем? - Голос звучит сдавленно.
- С Игорем, естественно.
- Я с ним не сплю, с чего ты взяла?
- Тогда ты ведьма. Потому что Игорь не водил в свой дом даже любовниц, а тебя поселил в этой комнате и меня приставил. Чем ты его так зацепила?
- Не его. - Я вздыхаю. - А его отца.
Сначала я опасаюсь рассказывать Стасе об условиях завещания, а потом думаю — да какого черта?! Пусть Крестовский решает проблемы, а у меня их нет. Ну, за исключением того, что вся жизнь пошла кувырком.
Поэтому я рассказываю помощнице Крестовского о завещании и даже испытываю удовольствие, видя, как ее лицо удивленно вытягивается. И, разумеется, она задает логичный вопрос:
- Так ты сестра Игоря?
- Нет. - Я уверенно качаю головой. - Не сестра. Здесь что-то другое, но что именно — я не знаю. И он не знает, поэтому бесится.
- О да, это в его духе. Ну ладно, пойдем.
Она внимательно смотрит на мой наряд и цокает языком.
- Понятно, почему он просил меня тебя приодеть. Милая, с таким видом тебя в этой семье заклюют.
- Да, уж ты-то наверняка знаешь. - Я не сдерживаюсь, в голосе звучит досада.
Я знаю, зачем начальники и бизнесмены берут в помощниц таких девушек и удивляюсь тому, как Стася легко предположила, что я любовница. По ее виду не скажешь, что на работу она ходит исключительно перебирать бумажки.
Мне думается, что надо отращивать зубы, как-то ставить на место тех, кто считает, что я не их круга, но, по сути, это действительно так.
- А что насчет тебя? - спрашиваю я. - Чем ты занимаешься у Крестовского?
Стася заразительно хохочет.
- Ой, да спроси уже прямо, ты как из института благородных девиц. Нет, я с ним не сплю. Хотя была бы не против. Но Игорь знает меня с детства, я дочка их семейного врача, поэтому для него это все равно что трахать сестренку.
Она делано морщится, но быстро возвращает ослепительную улыбку.
- Все, мы опаздываем, водитель уже ждет. Вернешься другим человеком, это я обещаю!
- А мне бы хотелось остаться тем же, - бормочу я, следуя за Станиславой.
В коридоре мы встречаем Игоря. Он явно собирается на работу, потому что уже надел штаны и рубашку, но все еще босой и взъерошенный. Я впервые вижу Крестовского, одетого не с иголочки, и почему-то внимательно его рассматриваю. Так он кажется живым, простым... хотя нет, простым не кажется ни разу, но хотя бы это свидетельствует о том, что он все-таки человек.
Его взгляд скользит сначала по мне, мимоходом, стремительно. А затем останавливается на Стасе, и я могу поклясться, что глаза Крестовского темнеют. Такого голоса, какой я слышу в следующий момент, не слышала даже вчера, когда он был зол.
- Анна, спустись вниз и позавтракай с Мариной, - рычит он.
- А медицинский...
- Завтра сходишь!
Он смотрит своим тяжелым, пронизывающим насквозь, взглядом, на Стасю, и та стремительно бледнеет. Выдержки у нее намного больше, чем у меня, поэтому я быстро проскальзываю к лестнице, не желая оставаться в коридоре и знать, что между этими двумя будет происходить дальше.
В кухне витают ароматы вишни, сдобы и кофе. На самом деле я радуюсь неожиданному разрешению позавтракать, потому что уже очень давно не завтракала вот так, свежими вафлями, зерновым кофе. Когда были живы родители, по субботам и воскресеньям мы готовили блины или сырники, и я обожала эти утренние часы.
На кухне суетится Марина, доделывая последние вафли, а за большим столом сидят два парня и девушка. Двоих из них я видела раньше, Крестовский представил их как Алекс и Крис. Третий, наверное, Сергей, еще один сын Крестовского-старшего, его имя я прочитала в завещании. Они не видят меня, и я очень сожалею, что невидимкой нельзя побыть подольше.
- Доброе утро, - здороваюсь.
Крис и Алекс мгновенно вскидывают головы. В их глазах светится обжигающая ненависть, словно я обманом влезла в их карман. Они мгновенно бросают недоеденный завтрак и демонстративно презрительно покидают кухню. Остается только Сергей, он невозмутимо поглощает, наверное, тройную порцию вафель.
- Анна Артемовна, садитесь. - Марина, не дрогнув, убирает тарелки Алекса и Крис, словно подобные фокусы они вделывают регулярно.
Если бы я попробовала так бросить завтрак, папа, наверное, дал мне подзатыльник, потому что в утренних вафлях концентрируется вся родительская любовь.