Страница 58 из 105
Бет на кухне не было. Я решил, что она где-то в саду. По коридору я прошел в гостиную.
Маршалл отыскал еще одну бутылку виски. Он сидел за овальным столиком у окна, разложив перед собой бумаги; когда я вошел, он щедрой рукой наливал себе виски в стакан.
— Садись, Кейт. — Маршалл указал на стул поблизости. — Знаешь, миллион долларов только звучит внушительно, а когда заплатишь все эти проклятые налоги, миллион съеживается.
— Это уж точно, Фрэнк. — Я сел. — Но все-таки деньги большие. После того как тебя остригут парни из налоговой службы, у тебя должно остаться на руках не меньше шестисот тысяч. Если вложить такую сумму, получишь доход, и капитал значительно округлится.
— Мне об этом рассказывать не надо. — Он уселся и тускло посмотрел на меня. — Сейчас я хочу провернуть по-настоящему выгодное дело с "Чаррингтон стил". В данный момент акции идут по пятнадцать долларов. Мне известно, что "Питтсбург стил" собирается проглотить "Чаррингтон стил". Они пытались это сделать лет шесть назад, но тогда им помешала правительственная комиссия. Однако у меня есть секретная информация, что на этот раз объединение наверняка произойдет. Цена акций "Чаррингтон стил" в одночасье утроится.
Я похолодел.
Из— за аферы с "Чаррингтон стил" я и попал в тюрьму. За проведенные в камере годы я много размышлял об этой ситуации и сообразил, что некоторые члены совета директоров распространяли слухи о слиянии так хитро и умело, что сосунки вроде меня попались на их удочку. Похоже, теперь они решили провернуть это снова. Они выждали шесть лет и теперь, по словам этого жирного пьяницы, повторяют операцию: ударят в барабан, пустят слух о слиянии и тем самым слегка поднимут цены на акции.
— Погоди-ка минутку, Фрэнк, — сказал я. — Я в курсе всех дел "Чаррингтон стил": в эту компанию вкладывать деньги нельзя. Они мошенники. Это объединение с "Питтсбург стил" никогда не произойдет.
Маршалл косо на меня посмотрел:
— Я знаю, о чем говорю. Мне сделали достаточно прозрачный намек. Что тебе обо всем этом известно?
— Шесть лет назад они пытались объединиться с "Питтсбург стил". Они распространили слух, и множество биржевых игроков в него поверили. Правительственная комиссия перекрыла им кислород, и тысячи людей потеряли свои деньги, я сам был одним из них. Безумием было бы пытаться спекулировать на этих акциях и попасться на их удочку…, это было бы глупо, Фрэнк.
— Ты думаешь? Ну так вот, мне лучше знать. — Он допил виски. — Я все знаю о сосунках, которые тогда попались, но в этот раз все будет по-другому. Я куплю акций на пятьсот тысяч долларов, как только завещание будет утверждено. Эта информация для внутреннего пользования. Джэк Сонсэн, вице-президент компании, — мой старый приятель. Я получил информацию прямо от него, и он не будет дурачить меня!
Я прекрасно знал Джэка Сонсэна. Бартон Шарман считал его одним из самых выдающихся мошенников нашего века.
— Послушай, Фрэнк, — настойчиво сказал я. — Я знаю, о чем говорю.
— Иди лучше помоги Бет в саду, — рявкнул Маршалл с внезапным раздражением. — Нечего тебе здесь сидеть. Мне надо работать.
Маршалл поставил меня на место; в конце концов, я просто шофер, и он не нуждается в моих советах.
— Как скажешь, Фрэнк. — Я встал, а он налил себе еще виски. — Но ты можешь потерять свои деньги.
— Это ты так считаешь. — Он ткнул в меня пальцем. — Послушай, сынок, мне известно о деньгах больше, чем ты сможешь узнать за всю жизнь. Когда мне понадобится твой совет, я тебя позову…, если он понадобится.
От одной мысли, что Маршалл выкинет пятьсот тысяч долларов на эту аферу с "Чаррингтон стил", меня начинало тошнить. Он сказал, что после уплаты налогов миллион заметно съежится. Если он потеряет эти пятьсот тысяч долларов, у него не останется практически ничего.
— Фрэнк, я…
— Давай-ка, сынок, я занят. — Он взялся за бумаги. Когда я подошел к дверям, он добавил:
— Я о тебе высокого мнения, Кейт. Эта машина — просто игрушка. Ты будешь следить за домом и водить машину. А я займусь финансами.
— Как скажешь, Фрэнк.
Маршалл откинулся назад, покраснел, и на его лице появилось прежнее раздраженное выражение.
— А что, если мы откажемся от этого "Фрэнк", а? — Он взял стакан и сделал большой глоток. — А что, если мы станем говорить "мистер Маршалл"? Без обид, просто как символ статуса, а?
— Конечно, мистер Маршалл. Мы смотрели друг на друга. Он засмеялся неестественным, смущенным смехом.
— Держись за меня, сынок. Я чувствую себя миллионером.
Ах ты, жирный, пьяный сукин сын, подумал я, я держусь за тебя только потому, что хочу отобрать у тебя жену.
— Конечно, мистер Маршалл.
Он кивнул и стал читать бумаги.
Я вышел и направился в сад.
Это был огромный, местами сильно заросший сад с множеством клумб, кустов и деревьев. В конце концов я нашел Бет в его дальнем углу. Она собирала малину в белую миску. Я подошел к ней.
— Мне было сказано: иди и помоги Бет в саду, сынок, — сообщил я.
Она резко взглянула на меня:
— Он так назвал тебя?
— Вот именно, а я должен звать его "мистер Маршалл", потому что он теперь миллионер, а я его служащий. Символ статуса — так он это называет.
Бет молча собирала малину. Я присел на корточки, глядя на нее и ощущая на своей спине жаркое солнце.
— Бет, он хочет пуститься в аферу. Он собирается вложить свои деньги в акции, на которых он потеряет большую часть своего состояния.
Ее красные от сока перезревших ягод пальцы замерли, она испытующе поглядела на меня.
— Кейт, он хоть и пьяница, но умный. Я тебе уже говорила.
— Может быть, но он купился на аферу со стальными компаниями. Он собирается приобрести акции, как только получит кредит…, в конце следующей недели.
Бет все так же глядела на меня.
— Фрэнк умный, — повторила она.
— Но я знаю, что это будет крах! Я один раз сам попался в ту же самую ловушку! Все выглядит прекрасно, но самом деле ничего не выйдет. Маршалл потеряет все до единого цента, все деньги, которые получит. И ты тоже потеряешь их.
Она стала снова собирать малину. Я ждал. В ее лице жизни было не больше, чем в маске.
Через несколько минут я спросил:
— Ты о чем-то думаешь. Бет?
— Да. — Она повернулась ко мне, прижимая миску с ягодами к груди. — Ты абсолютно уверен, что его планы приведут его к разорению?
— Абсолютно.
— И ты не сможешь переубедить его?
— У меня нет ни малейшего шанса. Она кивнула и стала опять собирать малину. Я снова подождал несколько минут и спросил:
— О чем ты сейчас думала, Бет? Не глядя на меня и продолжая собирать ягоды, Бет сказала:
— Я думала — какая жалость, что он жив.
По спине моей скользнул холодный палец мертвеца. Вот оно, подумал я, и на этот раз она сама сказала: "Сделай одолжение…, сдохни".
Она сказала это.
Когда он умрет, она получит его деньги, а я получу ее, но время убегает стремительно. Едва Фрэнк получит деньги, он потеряет их в этой афере.
— Бет, никаких денег не будет, если только он не умрет.
С одеревеневшим лицом она перешла к следующему ряду кустов малины.
— Бет!
— Не сейчас…, ночью.
Мы глядели друг на друга. В ее черных глазах сквозило отчуждение.
— Ладно. Ты придешь ко мне?
Бет кивнула.
Я встал и пошел по саду в сторону дома. Через открытое окно отчетливо был слышен голос Маршалла. Он говорил по телефону.
— …проверьте контракт, — донеслось до меня. — Я смогу купить акции через пару недель. Я хочу приобрести большой пакет. Да…, выполните свою часть работы. Я буду готов дней через пятнадцать.
Не уверен, что будете, мистер Маршалл, думал я, тихо поднимаясь по лестнице. За эти пятнадцать дней вы окажетесь в гробу.
Остаток дня я провел, лежа на кровати и напряженно размышляя. От моих мыслей меня не мог отвлечь даже грохочущий голос Маршалла, непрерывно говорившего по телефону.