Страница 61 из 112
Лепски рассеянно листал журнал комиксов — дежурство было скучным, без происшествий, — когда резко прозвучал телефонный звонок. Лепски неохотно поднял трубку.
— Это Чарли говорит, — раздался в трубке знакомый голос. — Тут пришел один парень и жаждет видеть самого лучшего детектива. Я сразу же о тебе подумал, Том. Хочешь с ним пообщаться?
Чарли Тэннер дежурил в приемной, и в его обязанности входило отделять агнцев от козлищ и приносить Беглеру кофе.
Лепски глянул на часы. 18.00. Рабочий день закончился.
— Что ему надо?
— Говорит, что хочет сделать очень важное сообщение, но желает сделать это лишь в присутствии лучшего детектива. — Чарли Тэннер явно подавил смешок. — Так что, впустить?
— Над чем это ты хихикаешь, Чарли? — рявкнул Лепски. — Раз парню нужен лучший детектив, пусть войдет.
В комнату вошел упитанный, хорошо одетый подросток лет десяти с круглым, луноподобным лицом и в больших очках.
— Вы мистер Лепски? — спросил он на удивление спокойно.
— Да, он самый, — ответил Лепски, сдвигая шляпу на затылок — у него была привычка не снимать головного убора даже в помещении. Он полагал, что это придает ему крутой вид, как в кино.
— Дежурный сказал, что вы здесь — лучший сыщик. Это правда?
Лепски самодовольно ухмыльнулся:
— Это факт, сынок. И что же тебе нужно?
— Я хочу сделать заявление насчет серьезного преступления.
— Вот как? Слушай, сынок, я занят. Что ты называешь серьезным преступлением?
— Киднеппинг, — ответил юный толстяк.
— Киднеппинг? Ты это серьезно?
— Но ведь это серьезное преступление?
— Безусловно. — Лепски почесал затылок, для чего ему пришлось приподнять шляпу. — Слушай, сынок, если ты попусту тратишь мое время, ведь я могу и рассердиться. Ты говоришь серьезно или просто умничаешь?
Толстячок с достоинством взирал на инспектора.
— Так вы хотите, чтобы я сделал заявление, или нет? Я должен быть дома к обеду. Если я опаздываю, мой отец начинает зудеть. А я больше всего на свете ненавижу, когда мой папаша начинает зудеть.
— Хорошо, садись и выкладывай, — сказал Лепски, сдвинув шляпу на затылок. — Кого украли, где, когда?
Парнишка огляделся, подвинул стул, удобно устроился на нем и положил пухлые ручки на еще более пухлые ляжки.
— Чтобы сэкономить время, может, вы сразу запишете в протокол, кто я такой, где живу, а потом я сделаю заявление?
Лепски изобразил звук электропилы, врезающейся в сучковатое бревно.
— Мой папа тоже издает такие звуки, — спокойно отметил мальчик. — У него проблемы с пищеварением.
— Ладно. — Лепски достал чистый бланк из ящика письменного стола. — Итак, сынок, твое имя?
— Фредерик Уайтлоу. И не называйте меня, пожалуйста, «сынок». Друзья зовут меня бурдюком, так то друзья. А к вам это не относится.
Лепски барабанил пальцами по столу.
— Правильно говоришь. Значит, Фредерик Уайтлоу.
— Да, мой отец — Хуберт Уайтлоу, владелец нескольких магазинов самообслуживания, — самодовольно сказал толстячок.
Лепски стал слушать внимательнее. Уайтлоу-старший принадлежал к городской элите.
— Так, — произнес он, делая очередную запись, — а живешь ты на вилле «Вербена» на Оушен-роуд… верно?
— Именно там.
— Хорошо. Так что же насчет похищения?
Толстячок засунул указательный палец в правую ноздрю, повертел там, но не нашел для себя ничего интересного.
— Я наблюдаю за жизнью птиц, мистер Лепски.
Лепски хихикнул:
— А не рановато ты этим занялся, малыш?
Фреди вздохнул:
— Я имею в виду пернатых, мистер Лепски. Тех, что летают, а не тех, которые вас интересуют.
«Экий малолетний мудрец», — вздохнул про себя Лепски, продолжая барабанить пальцами по столу.
— Итак, ты наблюдаешь за пташками?
— Да. Каждое утро в семь часов я забираюсь на дерево в саду. Я соорудил там укрытие, откуда можно хорошо наблюдать за птицами. Я вижу разных птиц: пересмешников, кардиналов, овсянок…
— Хорошо, я понял. Так что там насчет киднеппинга?
— Сегодня утром около восьми часов я видел из своего укрытия, как похитили миссис Джемисон.
Лепски вздрогнул, как будто к нему приложили раскаленный утюг.
— Шеннон Джемисон! — воскликнул он, чуть не свалившись со стула.
— Да, именно ее. Джемисоны живут через дорогу от нас. Они меня не интересуют — они снобы и чересчур богаты.
— Ты утверждаешь, что видел, как примерно в восемь утра похитили миссис Джемисон? — переспросил Лепски медленно и отчетливо.
— Да, видел.
— С чего ты решил, что ее похитили? Отвечай серьезно! Фреди, это дело нешуточное. Если ты мне голову морочишь, то сильно пожалеешь!
Мальчишка сунул палец на сей раз в левую ноздрю, но и там не нашел ничего интересного.
— Если не хотите, могу и не рассказывать.
Мозг Лепски начал лихорадочно работать. Жену Шермана Джемисона похитили. Господи! Теперь весь Парадиз-Сити встанет на уши!
— Ну ладно, извини, Фреди. Давай рассказывай, как все случилось.
— Я сидел в своем укрытии и увидел, как неподалеку от ворот Джемисона остановилась легковая машина. Из нее вышел человек и поднял капот, как будто ковыряется в моторе. Меня это заинтересовало, и я стал наблюдать за ним. Вы записываете, мистер Лепски?
— Пока нет, — с трудом сдерживая раздражение, ответил Лепски. — Продолжай!
Толстячок пожал плечами:
— Так вот, вскорости я увидел, как из ворот выехала машина миссис Джемисон. Она всегда в это время ездит в церковь. Тот, другой автомобиль перегораживал ей дорогу. Она затормозила, вышла из машины и подошла этому типу. Наверное, хотела попросить, чтобы он убрал свою машину. Пока она с ним разговаривала, из машины вылез другой, невысокий парень и схватил миссис Джемисон за горло. Она потеряла сознание и стала падать. Парень подхватил ее и втащил на заднее сиденье машины. Тот, второй, сразу же опустил капот, запрыгнул на место водителя, и они рванули на большой скорости. Все заняло меньше полминуты.
— Понятно, — сказал Лепски. — Объясни другое: ты говоришь, что все произошло около восьми часов утра. Так почему же ты сообщаешь об этом только в шесть вечера? Ведь прошло уже более десяти часов!
Толстячок утвердительно кивнул:
— Да, это так. Но я сидел на важном экзамене. Раньше я не смог прийти, не было времени. Я сдавал экзамен весь день.
Лепски подавил рычание.
— Так, стало быть, Фреди, экзамен для тебя важнее, чем похищение женщины?
— Конечно, да. Я должен думать о своем будущем.
— Ясно. Значит, ты видел, как двое мужчин похитили миссис Джемисон. Ты их разглядел?
— Я был в укрытии. Обзор там не самый лучший. И все так быстро произошло… Один из них высокий и худой. Другой маленький, но тоже худой. На обоих были широкополые шляпы, так что лиц сверху не были видно. Но зато я запомнил номер их машины.
— Это ты молодец! — сказал Лепски. — И какой это номер?
— РС 766880.
— Минутку, Фреди, — Лепски схватил трубку телефона. — Чарли?
— Кто ж еще? — проворчал в ответ дежурный Тэннер.
— Проверь-ка быстро, кому принадлежит машина с номером РС 766880.
Лепски забарабанил пальцами по крышке стола.
Через минуту Тэннер ответил:
— Есть сообщение, что машина с таким номером была угнана сегодня рано утром.
— Кому она принадлежит?
— Преподобному Оуэну.
— Ее уже отыскали?
— Пока нет.
— Хорошо, Чарли. Объяви срочный розыск. Эту машину нужно как можно быстрее найти. А когда ее обнаружат, пусть тут же снимут отпечатки пальцев. На этой машине, по-видимому, совершенно похищение. Все ясно?
— Слава Богу, хоть какая-то работенка! — заявил Тэннер. — Будет исполнено!
Он бросил трубку.
Толстяк Фреди, слушая этот разговор, только кивал одобрительно.
— Да, действительно, вы лучший детектив в полиции, — заметил он. — А теперь можно мне идти домой, а то я к обеду опоздаю.
— Придется еще немного задержаться, Фреди. Если хочешь, можешь позвонить родителям.