Страница 27 из 112
— Ах да, — сказал Браун, — я еще не успел вам сообщить. Я починил телефон. Это я умею делать. Подойдите, Перри, но будьте осторожны. — Он уставился на Вестона. — Вы мне начинаете все больше нравиться, Перри. Итак, без всяких фокусов.
Перри подошел к телефону и снял трубку:
— Слушаю вас.
— Это мисс Греди, почтамт Роквилла, — проговорил женский голос. — Мне сообщили, что ваш телефон неисправен. Я направлю к вам Джона, лишь только немного подсохнут дороги.
— В этом нет необходимости, мисс Греди. Он уже в порядке. Благодарю вас.
— Хорошо, мистер Вестон.
Перри положил трубку.
— Я этого ожидал, — проговорил Браун. — Надо быть очень осторожным, когда появляются такие типы, как тот вчерашний. Держитесь подальше, Перри, договорились?
— Если вы не возражаете, я охотно занялся бы своей работой. Я приехал сюда, чтобы написать сценарий. А что будете делать вы?
— Делайте что хотите. И не беспокойтесь обо мне. Хижина мне нравится. Я чувствую себя здесь как дома. Я посмотрю телевизор, а потом займусь обедом. В холодильнике есть пара сочных отбивных. Как вы на это смотрите? С картофелем фри?
— Неплохо, — ответил Перри, встал и направился в свой кабинет. Он сел за письменный стол, поглядывая через окно на деревья. С какой радостью он отправился бы сейчас к реке со своими удочками. Однако это исключалось. Он откинулся и дал свободу своей фантазии. Спустя полчаса он вытащил из ящика стола блокнот и начал набрасывать сценарий фильма, который отвечал бы требованиям Силаса С. Харта.
Он настолько углубился в работу, что совсем забыл о времени. И только когда приоткрылась дверь и Браун просунул в нее голову, Перри вернулся к действительности.
— Все готово, — сказал Браун. — Вы будете обедать?
Перри взглянул на часы. Был уже час дня. Он встал и последовал за Брауном в гостиную.
Его ждала свиная отбивная с горкой картофеля фри.
— К сожалению, не было лука, — сказал Браун, улыбаясь. — Я люблю отбивную с луком. Мой старик тоже любил лук. Я часто жарил ему картофель с луком. Он это с удовольствием ел. Мясо ему уже было не по зубам.
Перри принялся за еду, думая при этом о том, что рассуждения Брауна найдут отражение в его фильме.
— Вы очень любили своего отца, не так ли?
— Конечно. Это хорошо — кого-нибудь любить. Он был не таким уж сумасшедшим, и иногда у меня возникало чувство, что он совсем не может меня терпеть. Иногда он так странно смотрел на меня, и я точно знал, что означают эти взгляды. И тем не менее я очень любил его. У меня больше никого не было. Когда он умер, словно что-то важное ушло из моей жизни.
Браун кивнул, пережевывая мясо.
— А что с вашей матерью, Джим?
Браун наморщил лоб.
— О ней я не желаю ничего слышать. Она была стервой. А вы любите свою жену?
— Естественно.
Браун кивнул:
— Естественно. Она красивая. Немного для вас молода, не так ли?
Эта обезьяна в образе человека затронула самую чувствительную струну Перри. Он слегка вздрогнул.
— Это вас не касается, — ответил он резко.
Браун насмешливо ухмыльнулся.
— Может, вы и правы, — сказал он. — Ваше дело. Вы работаете над фильмом?
— Для этого я сюда и приехал.
— А как вообще пишут сценарии?
Перри пожал плечами.
— Если вам обязательно хочется знать, — сначала необходима общая идея. Когда убеждаешься в том, что она есть, обдумываешь, как должны выглядеть действующие лица, в которых персонифицируется идея. Когда все это имеется в наличии, сценарий пишется практически сам собой.
— Правда? Это вроде бы довольно просто. И хорошо оплачивается?
— На свете нет ничего простого, что хорошо оплачивается, Джим.
Браун изучающе смотрел на Перри:
— У вас уже есть действующие лица?
— Только кое-какие представления о них.
— И что это за представления?
— Это уж мое дело.
— Могу поспорить, что я — один из ваших персонажей.
— Если вам так хочется думать, пожалуйста, — сказал Перри и встал. — Еда была вкусной. Спасибо. Я сейчас снова поработаю.
Сидя за письменным столом, Перри слышал, как Браун монотонно насвистывает на кухне.
Недалеко от поворота к реке шериф Росс и Хенк Хэллис вышли из машины. Росс молча протянул Хэллису карабин, который тот повесил на плечо. Потом Хэллис достал из машины пакет с едой и рацией. Они посмотрели друг на друга.
— Не рискуйте, Хенк, — озабоченно сказал шериф. — Мне бы очень хотелось пойти с вами. Я никогда не прощу себе, если с вами что-нибудь случится.
— Не беспокойтесь, шериф, — улыбнулся Хэллис. — Это моя стихия. Я буду поддерживать с вами связь. Только не беспокойтесь.
Они пожали друг другу руки, и Хэллис направился к лесной дороге. Он подождал, пока машина отъедет, и пошел дальше, держась края дороги. Карабин он держал в руках, а пакет с едой и рацию закинул через плечо.
В лесу его движения стали более осторожными, хотя сам он был абсолютно спокоен. Охота на убийцу напомнила ему вылазки в джунгли Вьетнама. Бессчетное число раз он выполнял подобную миссию и всегда выходил победителем, а снайпер оставался лежать мертвым. О'кей, Чет Логан, ты даже не заметишь, кто и как тебя убьет.
Дорога быстро подсыхала, хотя то и дело попадались лужи. Он углубился в мокрый кустарник. Прошел почти час, прежде чем показалась река.
Вправо от него, самое большее в двухстах метрах, находилась хижина Перри Вестона. Он стал еще более осторожным, отошел в глубину леса, используя малейшие прикрытия. Его движения были настолько бесшумны, что не тревожили даже птиц на деревьях. Он мягко раздвигал ветки, чувствуя, как тяжелеют сапоги. Было жарко и душно, по лицу струился пот. Рубашка и брюки пропитались влагой. Однако это его не заботило.
Еще несколько метров — и, раздвинув ветки, он увидел хижину. Все было спокойно, шторы в гостиной задернуты. Однако Логан мог находиться в хижине или где-то поблизости на наблюдательном посту.
Хэллис посмотрел вверх на дерево, длинные, покрытые густой листвой ветви почти касались земли.
Вытащив из-за пояса охотничий нож и очистив сапоги от грязи, он перебросил карабин через плечо и, ухватившись за нижнюю ветвь, начал карабкаться на дерево. Лез он медленно и осторожно, не давая качнуться ни единой веточке. Он взбирался все выше и выше, пока не добрался почти до самой верхушки. Отсюда, оставаясь незамеченным, он прекрасно видел хижину.
Удовлетворенно кивнув, Хенк удобно устроился в развилке двух толстых веток, опершись спиной о ствол дерева. «Очень хорошо, — подумал он. — Здесь я могу выдержать несколько часов».
Повесив пакет на одну из веток и найдя удобное место для карабина, Хенк установил рацию в ногах. В хижине не было заметно ни малейшего движения. Быть может, ожидание было пустой тратой времени, однако он так не думал. Почему провод был вырван из стены? По-видимому, Логан спрятался в хижине и угрожает Вестону оружием. Поэтому оставалось только набраться терпения, которого у Хэллиса более чем достаточно.
«Шериф, вероятно, уже вернулся в бюро», — подумал он и включил рацию.
— Хэллис. Вы меня слышите, шериф? — сказал он, плотно прижав губы к аппарату.
— Вполне отчетливо, Хенк, — ответил Росс.
— Я нашел хорошее дерево, с которого отлично просматривается хижина. Меня самого не видно. Пока никаких признаков жизни, но шторы в гостиной задернуты. Итак, я буду ждать.
— Я буду на месте, Хенк, в любое время. Держите со мной связь.
— Хорошо. — Хэллис выключил рацию и посмотрел на часы. Было около полудня. Смешно, что Вестон еще ни разу не показывался. Однако когда-нибудь он выйдет из хижины. Может, он долго спал, а теперь завтракает, но, может быть, Логан находится там и не выпускает его. Хэллис решил перекусить и, открыв пакет, вынул сандвичи. Он съел два сандвича, не отрывая взгляда от хижины, и теперь охотно бы закурил, но это было слишком рискованно. Снова повесив на ветку пакет с едой, он прислонился к стволу и расслабился.
Все как в старые времена, подумал он, вспомнив самого опасного и ловкого снайпера, который был искусным стрелком, однако не таким искусным, как он сам. Этот маленький вьетнамец спрятался на дереве и оттуда уложил двух друзей Хэллиса. Тогда Хенк поклялся убить его и установил, откуда были сделаны выстрелы. В жаркой душной темноте он забрался на дерево в трехстах метрах от того места. Он ждал восемнадцать изматывающих нервы часов. Тогда у него было только две плитки размякшего шоколада и совсем не было воды, не то что сегодня, когда у него есть вода и еда. В тот раз ожидание оправдало себя. В джунглях установилась тишина, и наконец показался снайпер. Он соскользнул по стволу дерева вниз, спустил брюки и присел. Хэллис выстрелил ему в голову. Это был самый памятный эпизод за все время его службы в армии. Теперь он снова сидел на дереве и ждал, когда покажется Логан. Терпение!