Страница 73 из 80
— Ну, други мои погоняли ветер языком, а кто мне ответит, что мы поимели на украинской истории? — улыбка на лице Кости не сходила целый вечер. Что нам скажет начальник транспортного цеха?
— А начальник транспортного цеха скажет — не ох**ли вы все? — Фима тоже недавно женился на девушке по маминому выбору. И немного был не в себе.
— Ну ладно, Фима, не стоит при людях показывать своё счастье. Тем более твоя супруга не так строга к твоим походам и похождениям.
— А зачем вы меня начальником транспортного цеха обзываете?
— А потому что ты самый важный человек в нашем коллективе и эта кличка бережёт тебя от излишнего внимания завистливых конкурентов.
— Шутка не прошла. Хорошо, на Украине мы смогли заработать 750 миллионов долларов США. И это только деньгами. Ещё перевезли кучу оружия, это вояки тебе доведут, а ещё нам перепало несколько ещё не ржавых корыт. Не представляю, что с ними будем делать? Они же океанские.
Про Югославию говорить?
— Не стоит, оставим на потом. — Костя махнул рукой, прищурив хитро глаза.
— Понятно, продолжим. На территориях, вошедших в состав Российской Федерации УК 'Слободская' контролирует 12 % земельных угодий. На Донбассе нами контролируется 12 угольных шахт и 1 металлургический комбинат. Ренат Ахметов было дёрнулся, но потом мы разошлись краями. Харьковский танковый ухватили край. Зато Николаевские верфи нам отдали, но взамен Северодвинских заводов.
— Ну Бог с ними, мы своё сделали, зато нам отдали Усть — Лугу.
— Вернёмся на Украину. К газовой трубе нас не допустили, Виктор Черномырдин, как бульдог всё под себя подмял.
— Пусть. Он осуществил свою мечту. И теперь бульбашам туго придётся.
— Далее. Крым.
— По Крыму не стоит. Он не Украина. Там будем работать на паритете с Москвой. Готовьтесь к строительству моста.
— Какого?
— Крымского.
— Это невозможно.
— Зато оставим память на многие годы.
— А разве?
— Нет, даже разговоров не было, но я хочу.
— Ну раз хочешь, значит придётся сделать. — это уже Саня подтянулся. Он хотя и мент, но с научным уклоном, в последнее время решил раздвинуть границы своих возможностей.
— Сань, подбери учёных по бывшему союзу.
— Будь сделано, Командир. И ещё, Фима, про главного человека — это на полном серьёзе. Ты пока идёшь на первом месте по количеству предотвращённых покушений.
— От ёбт***. И чегой то Вы братья и сестры молчали, держали меня в неведении?
— Фима, всё в норме, обычные попытки отжать денег у богатенького буратины.
— И никакой я не буратина. Я самый прекрасный на свете человек. По крайней мере так говорит мне моя…. Стоп, не мама — жена.
— Но ведь богатенький?
— Этт точно. Не без похвальбы, но признать данный факт могу. Хотя, если сравнить с присутствующими здесь людьми, не такой я и богатенький. Мой кузен не далеко отстаёт.
— Ну это только пока, — Ёся, хоть и скромный парень, но подначить своего двоюродного брата никогда не упускал возможности.
— Ну мы на это ещё посмотрим. Но в любом случае я буду самым богатым человеком на Земле, потому что в этой жизни у меня есть вы, люди, которые мне так дороги. Ну и за возможность на вас сделать гешефт.
Зал наполнился смехом, и басовитыми раскатами, и звонкими переливами и тонкими ехидными хиханьками. В атмосфере пропала напряжённость. Наконец то, все расслабились.
— Ну продолжим, — после весёлой разрядки Константин, снова взял бразды руководства в свои руки. С Украиной разобрались. Перейдём к Югославии.
— Фима сядь. Начальник транспортного отдела выступает в конце. Шутка. Алексей Петрович, слушаем Вас.
— Сколько Вас всех знаю, столько поражаюсь Вашей легкостью и чувством юмора. И любви друг друга. И я рад, что один пацан в своё время позвал меня с собой. Ни на секунду с тех пор не жалею о принятом решении. Хотя временами было не только интересно, но и страшно осознавать, какие вещи мы делаем и к каким результатам это может привести. Теперь о Югославии. Первое — хоть и с территориальными потерями, но эта страна осталась а карте мира. Второе — Слободан Милошевич, хоть и признан диктатором, но в свете сложившегося статуса кво, реальных санкций он не получил. Третье — в связи с опасностью повторения попытки агрессии западных стран Югославия попросила Россию о кредите для закупки вооружения. Путин деньги дал, вернее оружие. МО передало всю устаревшую авиацию, средства ПВО и дополнительно систему ЗРК С-400. Вашингтон рвёт и мечет. Горбачёв криком кричит о предательстве демократического выбора в 1991 году. Про 1993 год никто не вспоминает. Но это лирика. Армия Югославии сейчас по ударной мощи лучшая в Европе. Бойцы обстреляны и готовы на подвиги. Наши ЧВК уже выведены. И вопрос, парни просятся в бой. Хотя бы в Чечню.
— Мы подумаем, есть ещё вариант с Венесуэлой и Центральной Африкой. Будем думать и говорить с нужными людьми.
— Понятно, продолжим. Четвёртое — ситуация стабилизировалась только благодаря нашим действиям на Украине. Поэтому считаю, что Милошевич должен нам.
— Он это знает и на счёт контрактов уже почва зондируется. Он хочет заводы, технологии, вооружения и весь ассортимент промышленности нашего округа. Их есть у нас. И мы дадим. Тесть мой, царствие ему небесное, хороший фундамент заложил. Не зря он со станкостроением так носился.
— Список можно посмотреть?
— На днях его получите, если надо быстрее, зашлите человечка в секретариат.
— Замечательно. На сегодня с югославами подписаны двенадцать контрактов на общую сумму 194 миллиона долларов в оборудовании и продукции наших предприятий. В основном сельское хозяйство, переработка и авиация. Они хотят 20 пассажирских самолетов, но с американскими двигателями. Ведём переговоры с Боингом.
— Хорошо. Слободан просит наши броневики и беспилотники. Но это по закрытым схемам.
— Понятно, будем делать.
— Виктор, а что скажет наш опричник?
— Что я могу сказать? Про предотвращённые покушения, сказали. Про движение чёрных на новых территориях? Несколько воров в законе решили, что они умнее и хитрее предшественников. Решили, что ВАЗ остаётся их вотчиной. Поработали с Бугровым и теперь автозавод может спокойно выпускать свои вёдра.
— Не вёдра, а конструктор, сделай всё сам и постоянно ищи потерянные железяки. — Антон Ильич, руководитель научного сектора не смог не подколоть своего шефа.
— Антон Ильич, и Вы туда же. Придёт время и всех пересажу в новенькую 'Ладу'. Но это будет что-то похожее на кроссовер. Продолжай Виктор.
— Несколько этнических банд пробовали нас на зубок. Сколько осталось человек не знаем, пока. Но на время проблемы с чеченами и грузинами сняты с повестки.
— Бугрову слово не даю, пусть будет сюрприз всем. Хочу послушать Аллу Васильевну. Как идёт подготовка к переходу в ЦФО на раздельное обучение?
— Константин Валентинович, когда Вы меня просили заняться этим делом, я не думала, что это такое болото. Чуть не сказала — задница. Ой, сказал.
Присутствующие улыбнулись. Хотя по рожам было видно, что хотелось им заржать. Очень умильно выглядит здесь железная Алла. Так её называют коллеги за глаза.
— Всё нормально, Алла Васильевна, для болота у нас всегда найдётся бригада мелиораторов.
— Да что Вы, мальчики. Я справлюсь и так. Уже сейчас готовы к реформе 85 % школ округа. Готовятся методички. Этот процесс выполнен на 70 %. Думаю, что к сентябрю 2002 года всё будет готово. Ну а если не буду успевать, попрошу помощи у Вити. Поможешь?
— Аллочка, я всегда рад помочь.
— Ну тогда всё будет хорошо.
Совещание продолжалось, планы озвучивались, ставились сроки, и ни разу никто из соратников даже не подумал о том, что запланированное не может осуществиться. Фундаментом их уверенности был пройденный путь, экономические успехи и команда единомышленников. Но самое главное — это поддержка людей, для которых они работали, рисковали жизнью и забирали жизни тех, кто угрожал будущему малышей в любой семье любого города, посёлка или села Российской глубинки.