Страница 3 из 63
О дальнейшем все сказано в реляции А.В. Суворов от 7 октября 1787 г. на имя светлейшего князя Потемкина-Таврического Г.А.:
"Позвольте, светлейший князь, донесть, что и в низшем звании бывает герой. Неприятельское корабельное войско, какого я лутче у них не видал, преследовало наших с полным духом; я бился в передних рядах. Шлиссельбургского полку гренадер Степан Новиков, на которого уже сабля взнесена была в близости моей, обратился на своего противника, умертвил его штыком, другого, за ним следующего - застрелил, бросаясь на третьего, - они побежали назад.
Следуя храброму примеру Новикова, часть наших погналась за неприятелем на штыках, особливо военными увещеваниями остановил задние ряды сержант Рыловников, который потом убит. Наш фронт баталии паки справился; мы вступили в сражение и выгнали неприятеля из нескольких ложементов. Сие было около 6 часов пополудни".
Сохранилось и еще одно описание подвига С. Новикова Суворовым А.В. - в более позднем частном письме:
"Пальба с обеих сторон была смешана с холодным ружьем. Я велел ударить двум легкоконным эскадронам: турки бросились на саблях, оные сломили и нас всех опрокинули, отобрали от нас свои ложементы назад. Я остался в передних рядах. Лошадь моя уведена; я начал уставать; два варвара на збойных лошадях - прямо на меня. Сколоты казаками; ни единого человека при себе не имел; мушкетер Ярославского полку, Новиков, возле меня теряет свою голову, я ему вскричал; он пропорол турчина штыком, его товарища - застрелил, бросился один на тридцать человек. Все побежали, и наши исправились, вступили и паки в бой".
Здесь память уже подвела полководца - Новиков назван мушкетером Ярославского полка, который в Кинбурнском сражении не участвовал. Зато присутствует интересная подробность - "...Новиков, возле меня теряет свою голову, я ему вскричал..." Вероятно, в разгаре ближнего боя Новиков не заметил опасности, и Суворов предупредил его о ней. Таким образом, получается "двойное спасение" - сначала полководец спас жизнь рядового, а потом наоборот...
Тяжелое для обеих сторон Кинбурнское сражение завершилось убедительной победой русских. Турки потеряли около 4 тысяч бойцов, большую часть своего десанта. Русские потери составили 2 офицера убитыми и 17 ранеными, нижних чинов - 136 убитыми и 283 ранеными. Суворов (который в ходе боя получил два ранения) был награжден орденом Святого Андрея Первозванного - высшим орденом Российской империи.
Что же касается Степана Новикова, то за свой подвиг рядовой гренадер получил поистине уникальную награду. Дело в том, что к тому времени в русской армии установилась традиция вручать наградные медали всем без исключения участникам того или иного сражения. Однако именно для Кинбурна эта традиция была изменена - по приказу Екатерины II монетный двор отчеканил всего-навсего 20 серебряных медалей, которые было приказано вручить лучшим из лучших.
На аверсе этой медали была изображена сама императрица, на реверсе - надпись "Кинбурнъ. 1 октября 1787". Первым такую награду получил именно С. Новиков. Затем такую медаль получили еще трое его однополчан-шлиссельбуржцев: капрал Михаил Борисов, гренадеры Сидор Логинов и Иван Белой. Носилась эта награда на груди на георгиевской ленте.
...Спаситель Суворова, гренадер Шлиссельбургского пехотного полка Степан Новиков стал последним военнослужащим Русской императорской армии, чье имя было занесено навечно в списки воинской части.
Правильно всё-таки сказал Великий Русский писатель Николай Васильевич Гоголь: "Да разве найдутся на свете такие огни и муки и сила такая, которая бы пересилила Русскую силу! "
1788 За 116 лет до Варяга
За 116 лет до подвига Варяга, в 1788 году, 20 мая во время русско-турецкой войны , русская 40-весельная дубель-шлюпки ? 2, вооружение 7 пушек-фальконетов (экипаж 52 человека), из состава эскадры гребных судов Дунайского лимана принца Нассау-Зигена, несла дозорную службу вблизи устья Южного Буга. Судном командовал капитана 2-го ранга Христиан Иванович Остен-Сакен (один из шестерых детей капитана Российской службы Кристоф-Адольфа фон дер Остен-Сакена и Марии-Юстины, урождённой фон Липгарт). Остен-Сакен был уже опытным военным моряком, принимал участие в Первой Архипелагской экспедиции русского флота и участвовал в знаменитом Патрасском сражении, в том самом, где пять русских кораблей, разгромили турецкую эскадру из двадцати пяти вымпелов, потопив девятнадцать турецких кораблей, и потеряв одного человека убитым и пять ранеными, потери же турок в живой силе, исчислялись сотнями.
И вот, майским утром, галерная эскадра капудан-паши Эсски-Гуссейна, в составе 30 судов, атаковала русское судно. Турки были полностью уверенны в своей победе. Будь тут пять Русских кораблей, против тридцати, османы еще бы подумали, но тут один гяур, против целой эскадры. Христиан Иванович понимал, что в этом бою ему не выстоять, но сдаваться он не собирался. Остен-Сакен в приказном порядке, высадил часть команды на шлюпку, передал матросам кормовой флаг корабля и письмо о том что не собирается сдаваться, и о том что обнаружены головные силы турок, и повел судно в атаку, отвлекая турок от шлюпки с гонцами огнем фальконетов. А когда турецкие корабли пошли на абордаж, капитан 2-го ранга Христиан Иванович Остен-Сакен, взорвал свое судно вместе с окружившими его турецкими галерами, потопив этим взрывом четыре из них. Вот такой вот герой, немец по имени и по крови, но русский по душе и поступкам.
К столетию подвига Остен-Сакена, в 1888 году, его именем был назван новый минный крейсер Черноморского флота 'Капитан Сакен'.
1789 Топал - паша при Рымнике
Ну как же меня задолбало современное образование. Читал тут как то обзорную лекцию по Военной Истории, на факультативе, студентам третьего курса одного гуманитарного ВУЗа (бесплатно естественно, хотелось обточить новую лекцию в обстановке приближенной к боевой) и представляете, оказалось ребята ничего не слышали о битве при Рымнике. Ну что же, на всякий случай повторюсь. А дело было так...
Фельдмаршалу, принцу Священной Римской Империи, Фридриху Иосиа фон Саксен-Кобург-Заальфельд Кобургскому было зябко. Причиной зябкости послужил проступок совершенный намедни офицером турецких белюк халки* Махмуд-агой (вернее последствия этого поступка).
Махмуд-ага с парочкой капыкулу*, решил умыкнуть из одного из окрестных селений пару гяурок, но на свою беду нарвался на австрийский дозор шеволежеров* и попал в плен. Шевалежеры были родом из Венгрии, так что на четвертом отрезанном пальце, белюк халки не выдержал и рассказал, что Юсуф-паша, оторвавшись от преследующих его главных сил Потемкина, решил нанести удар по австрийцам, дабы их уничтожить. Учитываю что турок было 100 000 против 18 000 австрицев, слово уничтожить было достаточно актуальным и исход сражения был фактически предрешён.
Ближайшим русским корволантом командовал генерал Суворов, у него было пять тысяч штыков и две тысячи сабель и генерал "Форвертс" (как его прозвали австрийцы), считал что этих войск более чем достаточно, для разгрома ста тысяч турок. Но до Рымника русским было целых сто верст, и принц, и паша, понимали что помощь не успеет, отчего один из них пребывал в тоске, а другой в кровожадной радости.
Но плохо они знали Суворова. Для Топал-паши (так прозвали Суворова уже турки, за хромоту после ранения), сто верст это было не расстояние. Уже через тридцать шесть часов после получения панической депеши от принца, Суворовские Чудо-богатыри были под Рымником.