Страница 10 из 16
Когда мы отсмеялись и утерли слезы, к герою была направлена делегация по примирению и возвращению плавок, водка так же присутствовала. Когда обмундированный лейтенант вышел на берег, окружающий народ встретил его аплодисментами. А две скучающие гарнизонные дамы пригласили героя научить их играть в преф. Вернулся лейтенант только утром. Но Робинзоном Юрка был после этого, ну, очень долго.
Почти по Гашеку. Курсантская байка.
У курсанта одного Московского военного училища, была в Ленинграде любимая девушка, в смысле он ее любил, а она его еще нет. Она была как-то с подругами в Москве, и они познакомились в театре, вернее перед ним. Когда к курсанту и двум его друзьям не пришли приглашенные в театр девушки, тут вдруг удачно подвернулись три путешественницы, робея спрашивающие лишний билетик (у Таганки). Ребята учились на старшем курсе и могли получить увольнительную на все грядущие праздники, с вечера субботы, до утра понедельника. Они решили махнуть в Питер, но так как в карауле в пятницу были свои, они естественно взял билеты на пятничную Стрелу, на 23-59.
Наш герой очень волновался тем, как его встретит предмет воздыхания, а друзья посоветовали ему привезти какой-нибудь оригинальный подарок. Когда ребята вышли из КПЗ (знаменитый пивной зал на Киевской), то курсанты увидели милого серенького молодого кошака, который дружелюбно к ним подошел и потерся об брюки (курсанты были в штатском). И вопрос с подарком был моментально решен. Надо ли говорить, что в поезде ребята еще добавили, а "подарок" ехал на столе среди закусок, что его безмерно радовало. И вот под утро, внезапно оказалось, что подарок пропал. Ребята вспомнили, все чему их обучали на спец-факультете и начали расследование и через два вагона, в купе у проводницы был обнаружен серый котэ, который к ней неизвестно откуда забрел и который был радостно взят на руки и обмыт с проводницей шампанским, у ней же купленным.
Ну а в Питере, произошел радостный финал этой истории. Подружки, встретившие друзей на вокзале, были в восторге от пушистого подарка, а друзья на радостях не обратили внимания, что кот за поездку несколько подрос в размерах и пушистости. Мама пассии главного героя, пришла в восторг от вкуса и связей потенциального зятя, ибо только человек со вкусом и связями, подарить девушке кота редчайшей и дорогущей британской породы. Ребята, абсолютно не разбирающиеся в кошках, восприняли это как должное. И только самый наблюдательный из друзей, по возвращении заметил возле Московского вокзала на столбе объявление
- "Пропал кот, серой масти, британец, нашедшему гарантируется вознаграждение". –
Но он мудро промолчал, так как ранее, при свете дня узнал этого кота. Он принадлежал племяннице начальника их Училища, вернее ее мамаше. Эта дама оказывается ехала в их поезде, именно в том вагоне где серый котэ обнаружился у проводницы.
Преферанс, как самоучитель классической оперы.
Офицерская байка.
Как то мы попали в ситуацию героев Ремарка (помните они охраняли продуктовый склад). В нашем случае склад был трофейным, но охраняли мы не его, а некую хрень, за которой должны были приехать специально обученные люди. Мы наглухо задраили кессоны жуткой толщины, наладили перископ и еще кое что и приступили к несению службы... Короче, нас было четверо, мы находились в изолированном комплексе помещений с хорошей вентиляцией (то есть курить было можно). Потреблять 'ее родимую', по ряду причин было нельзя, но жратвы было полно какой хошь (правда в основном в сухпаях и консервах), включая хороший кофий, сигареты так же присутствовали лучших сортов и имелась в наличии колода карт. Зависли мы тут минимум на месяц, один человек должен был постоянно находиться в карауле у перископа, так что слово преферанс возникло само собой. За вист шел условный патрон от Калаша, караульный автоматически становился "слепеньким" и игра пошла. Мы конечно знали друг друга как облупленных, а учитывая что постулат - "Преферанс, это не игра а образ мышления", был нами полностью принят и поддержан, то мы естественно не сдерживали идей по поводу оживления игры. Изначально было элементарное буриме... То есть все СЛОВА говорились в стихах, естественно по очереди, но взаимосвязано, ну типа... - Скажу я раз, нахмурив брови"- - Отвечу скромно бубной я - - Ну вас жлобов. Ведь надо отдохнуть порой - - А я семь пик сыграю без одной - Потом перешли на песни типа народных хитов и киношлягеров Вот пример торговли до "трех" на мотив старой солдатской песни "До свиданья города и хаты"... - Бубну, бубну, я играю бубну, Бубну. Бубну. Играю я - И хор в процессе вскрывания прикупа подхватывает: - Бубну, бубну. Он играет бубну... Не выходит не ***** - Или дурачество типа под Шар голубой: - Вертятся крутятся вновь распассы Опять Таракан проиграет трусы - Ну и так далее... А потом все плавно переползло на оперу... Это было что то, до сих пор жалею что тогда не было магнитофона. Особенно шикарно звучал жизнеутверждающий хор, по поводу коллективчика на четыре взятки схваченного Акимом на мизере. Хор звучал на мотив песни Варлаама из Бориса Годунова. Привести полностью цитату не могу. Так как приличного там была только фраза: "А у Акимушки в мизере дырочка, а вот туда мы ..."
В последствии, эту идею подхватили другие наши друзья и самое интересное, много лет спустя, один приехавший из Израиля актер, с восторгом рассказал про 'оперную' версию преферанса, увиденную им в Хайфе.
Применение сыров в артиллерии. Военно-морская байка.
Тут как-то на даче, обнаружилась запечатанная четвертинка Голландского сыра, закатившаяся под лестницу. Судя по всему, она туда попала под прошлый Новый год. И что интересно не испортилась, но вот подсохла и потвердела. (на ура ушла на блюдо под название тертый сыр с чесноком и майонезом). И тут я вспомнил одну морскую байку...
Во второй половине XIX века, в Латинской Америке образовалась помимо Бразильской империи, еще куча независимых государств, и как водится, они сразу же сцепились по поводу не справедливых границ, причем как вы догадываетесь, понятия справедливости были у воюющих сторон диаметрально противоположные. 13 декабря 1864 года началась так называемая Парагвайская война, в которой бурное участие приняли помимо Парагвая, армии Бразилии, Аргентины и Уругвая, объединенные в союз. И длилась эта война шесть лет, до 1 марта 1870 года.
Оружие на полях сражений этой войны скрестили почти 400 000 солдат, а погибло тогда военных и гражданских, тоже почти 400 000.
Тогда же состоялось крупнейшее на тот момент сражение колесных пароходов, битва при Риачуэлоу, состоявшегося 11 июня 1865 года. И то ли во время этого сражения, то ли в другом бою и произошел этот случай.
На уругвайском колесном бронированном корвете закончились ядра, его бразильский визави, гражданский пароход, переделанный в монитор, стал выходить на прямую наводку, чего ранее опасался, и бразильцы предложили капитану корвета сдаться или умереть. Но уругвайский капитан нашел выход из казалось безвыходного положения. Он вспомнил, что в трюмах корвета, стоит несколько бочек голландского сыра, захваченного у контрабандистов больше года назад. Сыр уже через неделю всем приелся и так и прижился в уголке трюма и практически закаменел. По счастливой случайности головки сыра подходили по калибру к орудиям корвета. И капитан приказал: "Сырами огонь!". Бразильский пароход был просто деревянным и сырные ядра вполне успешно стали разносить в щепу его борта, и бразильцы были вынуждены ретироваться.