Страница 8 из 19
Ну и конечно экипаж: Наводчик Сашка из сисадминов, притащивший с собой личный ноутбук, дипломат с электроникой и сразу залезший в системы наводки танкового орудия, и сделавший из старого "Циклона" какую то непонятную, но очень эффективную хрень, ботаник Сережа, непонятно как пролезший в таковые войска в своих очках с диоптриями, который застенчиво попросил показать как заряжается Калаш и которого пришлось до посинения гонять, что бы хоть немного достиг он кондиций заряжающего. И немногословный механик-водитель Мансур, тракторист из под Казани, знающий и главное чувствующий танк до винтика.
И вот наконец погрузка в эшелон, долгая дорога, во время которой воинский эшелон почему-то пропускал вперед коммерческие составы и одинокий разъезд в чистом поле, где-то в Смоленской области.
Получен приказ срочно разгружать танки, так как оказывается противник уже на подходе, а куда их разгружать если нет ни пандусов ни специальных платформ и тут вспомнил ты, как когда то в Африке делали в такой же ситуации пандусы из бревен, пустив на это экзотическую рощу, а тут на этом же разъезде как раз стоит эшелон с элитными срубами для экологически чистого элитного поселка и когда охрана этих элитных дров, с привычной наглостью защелкала цевьями своих Мосбергов, охрипший от мата комбат просто приказал открыть огонь, а истеричного хозяина груза потрясавшего дорогой мобилой и вопящего, что мы быдло просто не представляем для кого везут эти дома, ты заткнешь пулей в лоб из табельного Макара, получив от этого огромное удовольствие.
А потом будет бой и попрут на вас Абрамсы, в которых электронных чипов больше чем траков у старенькой "пятьдесятпятки" и пушка на двадцать миллиметров круче. А ты им покажешь виражи по пересеченке и первому срубишь звездочку, а потом заклинишь башню, а экипаж поперший из люков как тараканы, причешет Сашка из СГМТ. А второй Абрамс ты, долбанешь в корму хитрым снарядом, который был когда-то снят с вооружения как вредный для своего экипажа, но чудесным образом попавший в твой БК, и ставший очень вредным для врага.
И сожгут твой танк, как сожгли всю бригаду, и еще не потеряв сознание ты увидишь, как ботаник Сережка скосит автоматной очередью, так ничего и не понявшего огромного негра в "непробиваемом" бронежилете, рассчитанном на 5,45 и не выдержавшего 7,62 из старого доброго АКМС.
И будет потом долгая война и победишь в ней именно ТЫ! А шваль поливавшая за гранты грязью твою Страну, будет с криком просыпаться в липком поту страха и с Форрестоловским ужасом кидаться к окнам, выходящим на Бигбены и Эскуриалы и ждать неизбежного, танков с красными звездами...
А дальше все будет по бессмертной фразе Симонова из его пьесы "Парень из нашего города"...
И НАСТАНЕТ ДЕНЬ, КОГДА НА УЛИЦЕ ПОСЛЕДНЕГО ВРАЖЕСКОГО ГОРОДА, ОСТАНОВИТСЯ ЗАПЫЛЕННЫЙ СОВЕТСКИЙ ТАНК, ИЗ НЕГО ВЫЛЕЗЕТ УСТАЛЫЙ ТАНКИСТ И ВЫТРЕТ РУКАВОМ КОМБЕЗА ПОТ СО ЛБА. МОЖЕТ ЭТО БУДЕШЬ ТЫ, МОЖЕТ КТО ТО ИЗ ТВОИХ ДРУЗЕЙ, МОЖЕТ Я, НО ЭТО ОБЯЗАТЕЛЬНО БУДЕТ !
Маленькое эссе, о войне которой не было
На всей планете Земля сегодня официально был Мир. А он не имел права, остаться сегодня в живых...
Что бы выскочить из этой уродской лощины, нужно было пол часа, чтобы форсировать реку, еще семь минут, чтобы уйти в зеленку, еще пятнадцать. А носилок было только трое, а он был четвертым и самым тяжелым, очередью перебило ноги выше колен и минимум пара пуль были в животе. Даже если бы были еще одни носилки, все равно не донесли бы, а даже в крайнем случае, оставлять можно было только двухсотых, так как трехсотый это уже язык.
Слова были не нужны, нужны были хотя бы двадцать минут разрыва с погоней, что бы ребята успели оторваться и добраться до нычки в зеленке. Птица истратил на него последние шприц-тюбики и сразу стало легко и спокойно и боль ушла, на пол часа это точно, а больше и не надо. Командир молча поставил на бруствер два РПК с улитками, положил рядом калаш и добавил пять рожков, это было все что могли дать ребята. Борька помог разобраться с тремя лимонками, сбоя тут быть не должно, ни в коем случае. Останется неопознанное нечто, каких тут десяток на каждый квадратный километр этой войны, которой нет и никогда не было.
И вот уже он остался один и медленно потекли минуты и уже истаял во рту кусочек горького шоколада, и вот вот уже должны появиться враги, но сзади сверху раздались рубящие глухие и звонкие одновременно звуки, и над лощиной мелькнули тени двух Крокодилов, и там впереди зашелестели НУРы и замолотили стволы, а над ним уже зависла Василиса, а сзади, он это чувствовал, подбегали ребята... Через три дня, он умер в госпитале. И в этот день на всей планете Земля тоже официально был Мир, и в этот день ХХ века, где то гремела очередная неизвестная война.
Примечания
Василиса (Василиса Прекрасная) и Крокодил - прозвище в войсках вертолетов МИ-8 и МИ-24
Гренада. Operation Urgent Fury. 1983
В 1983 году Американская армия оккупировала остров Гренада, для свержения левого правительства. Лидер революции Морис Бишоп был накануне убит наемником ЦРУ. Кубинские гражданские специалисты отказались сдаться и погибли в бою смертью храбрых. Правительство СССР отделалось формальными заявлениями. Героям Фиделя посвящается
Над Гренадой ревут Ирокезы
Слышен Геллекси злобный вой
Только сорок четыре Кубинца принимают последний Бой
Нету армии, нету милиции
Разлилась беда над страной
Только сорок четыре Кубинца принимают последний Бой
Не придут на помощь Мясищевы
М-16 лупят в упор
Лишь Али, товарищ Калашников, продолжает с врагом разговор
Затянуло дымом Сент-Джорджес,
замело свинцовой пургой
Это сорок четыре Кубинца принимают последний бой
Игры минеров в наперсток, или солдатская смекалка
Дела были хреновые сразу по трем параметрам... Во-первых, колонна беженцев еле тащилась, во-вторых перевал кончался, и узкая дорога между скал и холмов расширялась на столько, что наш хилый заслон можно было теперь легко обойти и в-третьих, у нас было только пять мин.
Хорошее было только одно... С нами был Парацельс. Это был вовсе не великий медик, как вы могли бы подумать, это был гениальный сапер, (до 17лет коренной одессит кстати), и прозвище свое он получил за любимую присказку, которую он каждый раз произносил по получении приказа об очередном хитром минировании, звучащую следующим образом: - "Я вам быстро переведу Фаренгейта в Цельсий". Командир однажды, выслушав ее очередной раз, назвал Андрея Парацельсом, так и пошло. Имел Андрей еще один бзик, он носил форму старого советского образца и из личного оружия признавал только ППШ.