Страница 5 из 19
-"Домой парень! Куда еще."- А сидящий за рулем солдат, добавил...
-"Не слушай его. Нас отводят к Эльбе, на охрану мостов, там могут прорваться большевики"-
Вернер обзвонил по телефону рассыльных, одел форму и вывел из дома велосипед. Когда Вернер примчался в штаб Бана Motor HJ, там уже было много народа. И конечно там был фельдфебель танковых войск Шмидт. Не смотря на то, что он носил не маленький, для гитлерюгенд чин обербанфюрера, старый танкист Первой мировой, потерявший в 1918 году руку и ногу, приказывал величать себя, только герр фельдфебель. Шмидт был собран и деловит. Как он сообщил своим юнг-камараден, Британцы заняли Люненбург, а американцские танки находятся в десяти километрах южнее от города и похоже прямо сейчас наступать не собираются, но могут послать разведку и задача Фольксштурма и доблестных бойцов Гитлерюгенд, задержать противника, пока не подойдет помощь. Фельдфебель приказал дежурному открыть ружейную пирамиду и раздать старые винтовки Гра, первому, второму и третьему отделениям. А гефольгшафтсфюререру Вернеру, принять под команду Камерадшафты, Антон и Берта, проследить что бы у всех были велосипеды и ждать дальнейших распоряжений во дворе штаба. Вернер уже догадывался, какое задание он будет выполнять. Пол года назад, специально созданные Камерадшафты Антон и Берта, начали проходить обучение, на водителей-операторов, самоходных управляемых мин, отдельного взвода панцер-ваффен-гренадеров. Матчасть хранилась в развалинах замка Рольфтацзен, там находился пост ВНОС, там же и проходили занятия. Матчасть состояла из четырех Голиафов, одного учебного и трех боевых, но со снятыми зарядами. Один из боевых Голиафов, был снабжен комплектом " Удар Нибелунга". Комплект состоял из бронещитка с прорезью и выносного управления. Как говорил инструктор, в случае крайней необходимости, оператор был должен героически оседлать мину и направить ее на врага. Еще прилагалось четыре Кеттенкрада, восемь карабинов Маузер и четыре ящика фаустпатронов. Когда месяц назад пост ВНОС ликвидировали, то занятия прекратились, и вот сейчас выяснилось, что матчасть на месте и герр фельдфебель, имеет к ней доступ. Фельдфебель Шмидт, взгромоздился на специальное сидение, закрепленное между двумя велосипедами и во главе отряда самокатчиков, понесся в сторону старого замка. Ворота замка были заперты на огромный замок, впрочем хорошо смазанный. Шмидт достаточно легко его открыл, после чего мальчишки открыли ворота и завели велосипеды во двор. А фельдфебель приказал убрать маскировку с входа в казематы и продолжил отпирать двери ведущие в пакгаузы и склады. Вся техника была на месте и в порядке. По два расчета, из Антона и Берты, стали готовить к бою вверенную технику. В "Голиафы" и Кеттенкрады вставляли аккумуляторы и заливали горючее. Подготавливали к монтажу боевые заряды. С фаустпатронов снимали упаковку и вставляли капсюли. А фельдфебель подключил телефон и обзванивал близлежащие местечки, что бы выяснить, как далеко продвинулся противник. Когда выяснилось, что с Юга приближается колонна американских танков, а с Запада начали движение Британцы, Шмидт позвонил в штаб Фольксштурма. Трубку снял командующий фольксштурмом района, оберфюрер СА, Haupt-Bereichsleiter НСДАП - Иоганн Гуц. Он поблагодарил фельдфебеля и его отважных панцер-камараден за верность и отличную службу и сообщил, что по последним данным фюрер жив, находится в Альпийской крепости и вот-вот по американским плутократам и пархатым большевистским казакам, будет нанесен удар, новым Вундерваффе, а задача взвода юных панцер-ваффен-гренадеров, удерживать дорогу до прибытия подмоги.
Через час с четвертью, небольшая колонна из четырех Кеттенкрадов и нескольких велосипедистов, подъехала к перекрестку на Южном шоссе. Там был холм, удачно заросший кустарником и отходящая от него параллельно шоссе ложбина. Диспозиция была следующая...
На холме заняли позицию фельдфебель Шмидт, Вернер и три роттенфюрера. У них было по два фаустпатрона. Фельдфебель проводил инструктаж: -
-" Вы лежите за верхушкой холма и ждете моего сигнала. По моей команде, взводите фаусты, поднимаетесь и делаете пуск по цели, потом быстро отходите вниз по холму. После залпа, до ответного огня противника, у вас остается целых три минуты. А за три минуты, настоящий панцер-ваффен-гренадер, может успеть зачать наследника, выпить кружку пива и выкурить сигарету. Далее действовать по команде. Ты Вернер, выставляешь свои "Голиафы" в пяти метрах от шоссе и тщательно их маскируешь. Наш залп, будет сигналом к тому,что ты и твои ребята, посылаете свои машинки на колонну и после взрывов, отходите назад к пехотному прикрытию. Открывать огонь из фаустов, только в случае непосредственной танковой атаки на вас. Вперед ребята. С нам Бог и Кайзер, то есть Фюрер!"-
Шерманы седьмого танкового полка, с десантом на броне, на средней скорости шли по отличному немецкому бану. Немного впереди, ехал джип разведки. В командирском люке танка "Царь Давид", стоял лейтенант Эзра Пайтон. Бакалавр истории, он любил присваивать машинам своей роты, древние и библейские имена и танкистам это нравилось. Внезапно джип разведчиков, резко затормозил и сержант Адамс дал отмашку красным флажком, это означало опасность. По сигналу лейтенанта, остановилась вся колонна. По середине дороги, стояла табличка, с надписью Achtung Minen (это была хитрая задумка фельдфебеля Шмидта и она удалась). По стоящим Шерманам ударили с холма четыре фаустпатрона. Два попали в джип, один сработал об защитную решётку на танке, а четвертый ушел далеко в сторону. Танкистам понадобилось гораздо меньше трех минут, что бы ударить по холму из турельных "Браунингов" и пушки. И фельдфебель и мальчики были сметены огнем. Мальчишки никак не хотели уходить вниз, зачарованные зрелищем разнесенного в клочья джипа, а Шмидт не хотел уходить без них. И тут пошли в атаку "Голиафы". Один застрял в кювете, и заглох там. Остальные два успели выползти на дорогу и нашли свою цель. Замыкающий Шерман, исчез в пламени взрыва, двухсот кило взрывчатки. Другой "Голиаф" взорвался в кювете, сметя с шоссе и башен, десяток солдат. Эзру спасло то, что он опустился в башню, что бы переговорить по рации с командиром батальона. Сзади подошли грузовики с пехотой, и при поддержки танковых пушек и пулеметов, пехотинцы смяли редкую цепочку гитлерюгенд. Два фаустпатрона выпущенные ими, своих целей не нашли. Майор Свазерленд и лейтенант Пайтон, обходили позиции разгромленных Камерадшафтов Антон и Берта. Солдаты подвели к ним трех измазанных кровью и землей мальчишек, это все что осталось от команды фельдфебеля Шмидта. Лейтенант Пайтон сплюнул и сказал:
-"Тут были только мальчишки и старик инвалид. Гитлер издох, а проклятые наци всеравно послали их на смерть. Что делать с пленными Сэр?"-
-"Отправь их в госпиталь лейтенант"- мрачно сказал майор и повернувшись пошел к шоссе, которое было уже расчищено от обломков подбитой техники.
На въезде в Руллсторф, на встречу колонне выскочил "Опель-кадет". Пулеметчик на головном танке, не стал раздумывать и встретил гостя длинной очередью из "Браунинга". Легковушка завихляла и врезалась в столб, а из задней дверцы выскочила высокая, полная женщина и хромая стала убегать назад по улице. Капрал из эМПи и сержант Пулитцер, бросились в погоню. Странная дама сбросила на ходу серый салоп и оказалась мужчиной в коричневом кителе. Это был Оберфюрер Иоганн Гуц. Заставив отряд Шмидта задержать на Южном шоссе американцев, он хотел сбежать из города на Запад, там в загородном доме у него были заготовлены гражданская одежда и документы. Но с Запада уже подошли британцы. Выяснив, что это главный местный нацист, Эзра достал из кобуры кольт и передернул затвор.