Страница 26 из 59
«Нет уж, — решил кьяри, — такой адепт нам не нужен». Но оставлять его здесь тоже нельзя. Файерс не сомневался, что Болдр надолго власть не удержит. Едва Ольгерд вернется на трон, как Эринна живо возьмет на поводок этого горе-волшебника и притащит его в Альтарен, где до нее гораздо сложнее добраться. Пусть лучше принцесса побегает по диким тропам Фьелланда, а он, Файерс, сумеет обернуть дело так, что у нее не останется иной дороги, кроме как в Лабрис.
— Чем же ты можешь мне помочь? — растерянно спросил волшебник.
— Могу доставить тебя на север, а дальше как хочешь. Потом сочтемся. Два мага всегда смогут договориться, — осклабился кьяри.
Эштон нерешительно посмотрел вниз. Близилось утро, далеко внизу в светлеющем воздухе проступили серые очертания замкового двора, крепостных стен и башен. Остальную панораму скрывал густой клочковатый туман. От головокружительной высоты перехватывало дыхание. Нет уж, путешествовать по воздуху — увольте! Зазевавшись, волшебник спохватился, лишь когда стальные руки обхватили его за пояс и оторвали от земли. Крик застрял у него в горле, спина мгновенно взмокла от пота.
— Дернешься — уроню, — прошелестело над ухом.
Стражник, перед утром заступивший на дежурство в воротах, в этот момент увидел, как на верхушке донжона вспыхнула яркая звезда. Она оторвалась от иззубренной каменной махины, поднялась и растаяла в небе.
— Знамение! — ошеломленно прошептал воин, сложив пальцами отвращающий знак.
Небо потихоньку светлело, на востоке разливалось бледно-розовое марево. Безумная Майская ночь, наконец, кончилась.
Глава 16
Зябким сереньким утром, когда Айстад, позевывая, пытался стряхнуть с себя сонное оцепенение, принц Болдр выехал из крепости, бодрый и преисполненный энергии. Ему предстояла масса дел! Следовало удвоить караулы на стенах, учитывая возможное нападение эрла Магнуса, сделать смотр своим войскам и вооружению, навестить королевские склады с оружием… Городские укрепления он внимательно изучил еще три месяца назад, но сейчас, объезжая посты, снова присматривался к воротным башням, прикидывая, выдержат ли они натиск Магнуса, если тот решится взяться за них всерьез.
На первый взгляд все шло как должно. Ранним утром над Лостерской крепостью подняли его флаг, а на главной площади города провозгласили отречение Ольгерда. Как Болдр и предполагал, на похмельных, толком не проснувшихся горожан это не произвело особого впечатления. Кое-где слышались причитания по старому королю. Стражники принца настороженно хмурились, однако Болдр приказал оставить плакальщиков в покое. Пусть их. Как говорила старинная мудрость, люди всегда охотно хвалят мертвого короля, но редко находят добрые слова для живого.
Если бы Ольгерд действительно умер, Болдр сейчас чувствовал бы себя куда спокойнее. Какой дьявол помог старому лису испариться из запертого кабинета?! Его люди потом прощупали каждый дюйм стенных панелей, простучали пол, но ничего не нашли.
В темной арке перед Железной площадью смачно прозвучала чья-то ругань. Конь заартачился, страшась зияющего впереди черного провала, пришлось утихомирить его хлыстом. Ну и норов у этой животины, похлеще, чем у его бывшего владельца! Болдр давно приметил гнедого хадбандца в королевской конюшне. Кажется, конь принадлежал тому странному волшебнику из свиты альтийской девчонки. Виданное ли дело, чтобы какой-то паршивый маг, пусть даже кьяри, разъезжал на таком скакуне?! Захватив крепость, принц немедленно прибрал коня себе, но теперь он жалел, что приказал оседлать его. Сегодня утром ему как никогда необходимо было выглядеть уверенным. А проклятый конь, почуяв незнакомого всадника, нервничал, косил круглым глазом, мотал головой и упорно не желал слушаться поводьев.
Да, на первый взгляд все шло, как надо, и все же Болдр сейчас чувствовал себя так, будто он долго и тщательно собирал силы в кулак, потом замахнулся — и встретил пустоту. Он невольно оглянулся в сторону крепости. В небе над донжоном тяжело ворочались грязно-серые тучи. Его флаг на их фоне синел ярким маленьким пятнышком и казался трогательно беззащитным.
Этой ночью у крепости было подозрительно мало защитников. Как бы ни был беспечен Ольгерд, увлеченный молодой женой и обычными весенними делами, подозрительное шевеление принцевых сторонников не могло его не насторожить. Все выглядело так, будто прошлой ночью он позволил племяннику одержать верх. Вкупе с его исчезновением это выглядело очень тревожно. А опустевшие дома Ольгердовых сторонников, а разрушенные мосты через Квенну, а его соратники, непонятным образом исчезающие один за другим?! Сначала пропал Карсен, потом куда-то подевалась Астрид, которая должна была находиться рядом с Эринной, наконец, уже под утро испарился Эштон, причем стоявший на воротах стражник шепотом клялся, что волшебника утащили демоны. Болдр сперва скептически отнесся к этому заявлению, однако, когда он увидел аккуратный пролом в стене верхней галереи, то просто обалдел. Он распорядился бросить перепуганного стражника в темницу, чтобы тот не смущал народ своими россказнями, удвоил караулы и выставил на стены вермландцев, обезопасив себя таким образом хотя бы от земных, понятных врагов. Про опасности потустороннего характера даже думать не хотелось.
Так вышло, что любое предпринятое им начинание удалось в лучшем случае наполовину. Он отправил Хемминга с помощниками, чтобы тот захватил королеву с ее людьми и доставил их в Хвитстейн — хорошо укрепленный замок, расположенный к северу отсюда и принадлежащий Болдру. Утром от исполнительного Хемминга с птичьей почтой пришло письмо: ему удалось переправить пленников за Квенну, и они благополучно движутся к замку. Это была хорошая новость. Плохая новость заключалась в том, что королевы среди пленников не оказалось. Болван Хемминг смог захватить только этого полоумного художника Винсэ и альтийского мага, охранявших королевские покои.
Объехав караулы и немного успокоившись насчет возможного вторжения неприятеля, Болдр обнаружил, что находится в северо-восточном районе города, как раз недалеко от Зеленого дома. Дом этот был записан на Карсена и обычно использовался заговорщиками для тайных встреч, а также для не совсем добровольных гостей принца, которым тем не менее следовало обеспечить достаточный комфорт. Сейчас там как раз разместили очередную гостью. Да, он упустил королеву, зато поймал альтийскую принцессу. Эринна — это ключ к Данатору и Альте, союз с ней обещал много интересных возможностей…
Первоначальный план умыкнуть девчонку на север потерпел неудачу. То ли Астрид напортачила со снотворным, то ли у принцессы обнаружилась необычайная устойчивость к некоторым ядам, — в общем, вывезти из города бурно протестующую девушку похитителям не удалось. Зато сейчас у него есть немного времени, так почему бы не утешить несчастную пленницу? Болдр вытянул хлыстом строптивого хадбандца и направил его в нужную сторону.
Дом стоял сонный и тихий. Вся челядь куда-то подевалась, в маленькой темной прихожей ему попалась только расторопная служанка.
— Предупреди твою госпожу, что я хочу ее видеть, — заявил Болдр, стягивая перчатки. Его тон не предполагал возможности отказа.
Принцесса встретила его, стоя посреди комнаты. Вероятно, тоже не ложилась спать в эту ночь. Бледная, прямая, как клинок, глаза — словно две полыньи, подернутые льдом. От ее голоса Болдр буквально кожей почувствовал, как иней ползет по стенам опочивальни:
— Неужели я наконец-то дождусь объяснений? — язвительно спросила девушка. — С какой стати ваши люди связали меня, как овцу, и притащили сюда?!
— Этой ночью произошло много событий, миледи. Король Ольгерд отрекся от престола, в городе начались беспорядки… Мои люди хотели уберечь вас от возможных опасностей, — терпеливо объяснил Болдр, чувствуя, как заныли виски от ее резкого голоса. Зря он сегодня приехал, пусть бы посидела в неизвестности еще денек-другой! Он ждал от девчонки слез и жалоб, но никак не предполагал столкнуться с Данатором в юбке.