Страница 60 из 73
Он неожиданно весело улыбнулся, и плюхнулся на какую-то незаметную кочку около меня. Жестом предложил сделать мне тоже самое. Я опустилась на колени. Он радостно подмигнул.
— Я почти смирился со своей судьбой, но пришла ты, Милая Победа!
— Не зовите меня так! — попросила я. — Меня зовут Ника.
Он поднял руки, показывая мне темно-фиолетовые ладони.
— Как вам будет угодно, маулэя! — обращаясь ко мне уважительно он произносил слова с большой долей иронии, если не откровенной издевкой. — У всех нас свои недостатки, маулэя. — шутливо продолжил он. — Ты, например, вообще не из этого мира!
Я замерла. Это уже совсем не походила на кошмар! И меня это пугало даже больше, чем остановившееся время.
Его глаза всматривались в мои очень внимательно. Лицо стало серьезным.
— Ты думаешь, что все это, — он театрально развел руками, — лишь наваждение, потому что в той жизни, что ты помнишь, — его палиц ткнул меня в лоб, — вот тут не было ничего подобного?
Я молчала, не дышала, потому что, честно говоря, не знала, что делать в такой ситуации. Дух вздохнул.
— Дай угадаю. Поправь меня, если окажусь не прав. В том мире, что ты помнишь, в той твоей судьбе, не было таких как я. Там совсем иной мир, иные правила. Там, наверное, и магии не было, так?
Я неуверенно кивнула.
— Тогда тебе будет трудно принять то, что я сейчас скажу, — его глаза очень серьезно, и вместе с тем сочувственно смотрели в мои. — На самом деле твоя судьба, все твои судьбы, за исключением может быть последней, были неотрывно связанны с Достэей! Ты маулихакти и всегда ею была. Многие века ты рождалась и умирала в этом мире. Ты служила Бережене и Велеру. Это тело, эта раса, эта сила внутри тебя — вот твое истинное естество!
— Но я…!
— Не перебивай! Да, сейчас ты не помнишь всего, и тебе трубно принять реальность, потому что она слишком сильно отличаешься от того, к чему ты привыкла. К сожалению, у меня нет возможности пробудить твою память о прошлых воплощениях. На это способна только Бережена. Лишь по ее воле ты вспомнишь этот мир, как свою родину. Но я могу иначе доказать тебе, что это твой настоящий дом. Перед тем, как оказаться здесь ты повстречала Великую Матерь или кого-то из ее посланниц. Она или они и переправили тебя суда, сотворили тебе новое тело и сделали его не просто сильным, а Первым! Ты — ее дар нашим богам, всем маулихакти. Она отыскала тебе среди миров и отправила домой, чтобы ты не допустила гибели расы, да и всего мира в целом. А я здесь для того, чтобы не допустить твоей смерти сейчас.
Я открыла было рот заспорить, но пришлось его захлопнуть, потому что я моментально вспомнила старушку, которая показалась мне вовсе не старушкой, в кроссовках и цветастой юбке.
— Есть и еще кое-что, — с понимающей улыбкой сказал маули. — С тех пор как ты здесь, скажи, ты не чувствуешь странности внутри?
Он положил руку себе на область сердца. И посмотрел на меня.
— Ты не чувствуешь потребности вмешаться? Потребности что-то сказать или сделать, когда все твоя логика кричит о том, что следует молчать? Ты не чувствуешь внутренней борьбы, словно в тебе два разных ума?
Я вся сжалась в комок. Накириэль удовлетворенно кивнул.
— Все Первые должны защищать остальных. Это их долг и высшая цель. Великая создала тебя такой, какой ты когда-то была. Она вытащила из памяти твоей души воспоминания о жизни в теле Первой и создала тебя заново, но твой ум помнит лишь последнее воплощение. Ты в новом теле, в новом мире, но пытаешься мыслить, как привыкла. От этого и странность мышления.
Я вспомнила все свои мимолетные порывы встать на защиту маулихакти, броситься на защиту ребенка и еще кучу странностей, которые меня беспокоили все это время. Внимательные глаза маули следили за моим лицом, и похоже, даже мысли читали. Мне хотелось сказать ему, что он ошибся, но внутренне я чувствовала, что он говорит правду. Каждое его словно попадало в точку и объясняло абсолютно все, что так меня волновало.
— Первая — значит чистокровная? — глухо спросила я.
Дух рассмеялся. Только смех вышел грустным, печальным, полным старой тоски и горя.
— Нет, маулэя! Позволь я кое-что тебе расскажу. Достэя — очень старый мир. Она пережила множество рас и явление множества богов. Она умирала, была пустой и всеми забытой, когда ее нашли Бережена и Велер. Они прибыли сюда, в эту реальность, еще до прихода остальных теперешних богов. И они знали из-за чего этот мир пал. Прошлые боги, их народы, все что жило в этой мире погибло из-за силы Небытия. Эта мощь не совсем магия, но столь разрушительна что уничтожает все. Прошлое этого мира туманно и сокрыто от нас. Но, известно, что силы Небытия уничтожили прошлых создателей этой реальности, поглотила их. Тогда Бережена и Велер объединились и создали новое сердце Достэи, наполнили его своей энергией, вдохнули в него жизнь. Достэя переродилась. Она стала тем, что ты видишь сейчас! Прекрасный мир, полный жизни. Сюда пришли новые боги и вместе создали навых разумных, новые души. Только как бы не были сильны боги, а мощь Небытия не разрушить, не уничтожить. Бережена и Велер создали своих детей для того, чтобы они, то есть мы, оберегали этот мир от саморазрушения. Раса маулихакти сотворена защитниками. Наши боги не сильнее других, Ника, у них тоже есть свой предел. Поэтому они не могли даровать истинное могущество всем своим творениям. Они создали лишь немного Первых, тех кто должен был вести прочих за собой, должны были стать наставниками для остальных. Всем прочим же оставили саму возможность для саморазвития. Их души могли вырасти и стать Первыми. Это была цель жизни маулихакти.
Но, проходили эпохи, время смывает все! И маулихакти забыли о возможностях развития. Первые стали не наставниками для более слабых, а щитом. Они и пали первыми, как только начались воины. Маулихакти не могут допустить разрушение мира, иначе умрут не только разумные, сгинет вся наша реальность вместе с богами! Мы храним сердце Достэи от всех, храним магию. И легко убиваем любого, кто посягнет на целостность нашего мира. Мы стражи, но чем больше проходило времени, тем заметнее мельчали маулихакти. Первые погибли больше пяти тысяч лет назад, уже никто и не верит, что они вообще существовали. — Накириэль зло рассмеялся. — А за последние тысячелетия погибли и чистокровные, те у кого был только шанс достичь вышей степени развития маулихакти, стать Первыми. Сейчас остались лишь полукровки с каплей силы истинных маулихакти. Жалкие тени истинных стражей мира!
— А в чем разница между Первыми и чистокровными? — спросила я.
— Первые могут делиться своей силой. Они щит для остальных маули и хактов. А чистокровные максимально близки к возможности получить этот дар.
— Что значит — делиться силой?
Маули посмотрел на меня.
— Первые из маулихакти могут возвращать в тела души маули и хактов, потому что они близки к богам.
— То есть, вы думаете, что я смогу поднимать мертвых?
— Не поднимать мертвых! — нахмурился собеседник. — А воскрешать. Во всех мирах не так много богов, которые могут даровать такой дар. Наши могут, но они и так отдали много своей силы при сотворении нового сердца для мира, поэтому на возрождение Первых у них просто не хватило сил. Боги могут совершить подобное лишь единожды в одном мире. Теперь ты понимаешь, почему тебе нельзя умирать? Если не станет тебя, у маулихакти не останется шансов на возрождение и через пару столетий раса перестанет существовать.
Я неуверенно кивнула, не все понимая, но улавливая суть. Огляделась, рассматривая застывших в разных позах хактов.
— Значит я действительно маули? — уточнила я, не поворачиваясь к духу.
— Да!
— И я останусь здесь навсегда? Я не вернусь в тот мир, который помню?
— Боюсь, что — именно так, — отозвался Накириэль.
— Отлично! — я решительно поднялась на ноги. — Тогда, всего один вопрос: как мне спасти этих? — я указала на замирившие статуи хактов.
— Уже привязалась к ним, да? — поддел маули. — Будешь страдать, если их убьют?