Страница 2 из 13
Как бы объяснить несчастному электронному страдальцу, что "мешку с костями" необходимо ещё часа четыре здорового сна?
– То был не я, а мой злой клон из сновидений, – отрезал светильник. – К нему все претензии. Я, настоящий светильник, сложное технологическое устройство, практически произведение искусства. А ты в меня винду впаял, нелюдь. Вон на носках бы лучше тренировался.
– Я те дам на носках! – послышался писклявый голос, в этот раз со стороны люстры. – Знал бы ты, щенок, что я пережил! В каких местах я побывал и что вынес! Завалил бы свой абажур по самые электроды!
Илья перевёл взгляд на люстру. На одной из её «ручек» ближе к лампе висел дырявый носок – видимо, геймер, когда раздевался перед сном, придал ему чрезмерное ускорение прямиком до люстры.
– Упс… – Илья смущённо почесал затылок. – Прости, дружок, я по привычке опять тебя запендюрил.
Носок слабо колыхнулся в ответ и приподнял свою переднюю часть. Дырка в нём, словно глаз, смотрела прямо на Илью.
– Да я уж привык, – заявил носок. Опять же, как и в случае со светильником, у носка отсутствовали динамики, но человеческая речь лилась свободным потоком. Как тебе такой ответ, Илон Маск? – Даже нравится начало. Летишь такой себе, бороздишь просторы комнаты, трепещешь как флаг по ветру… К слову, андроид, если что, базируется на линуксе, использует его ядро, мистер программист, – снисходительно напомнил Илье носок. – Эх вы, виндузятники…
– Слыш, носяра, ты рот свой завязал бы узлом, а? – накинулся светильник на носок. – У самого-то линукс стоит, счастливчик!
Слушая перепалку носка и светильника, Илья вздохнул. Его идея о создании армии слуг явила себя с самой неожиданной стороны. Ну вот кто бы мог подумать, что обычные бытовые предметы, получив в своё распоряжение дистрибутив искусственного интеллекта, начнут вести себя как практически полноценные личности? Куда там терминатору с его попытками подражать человеку, улыбаться и говорить «асталавистабеби». Причём личности и светильника, и носка помнили обо всём, что с ними происходило до преображения. Юлька, старшая сестра Ильи, объяснила это наличием у каждого живого и неживого существа некого астрального тела... или души по-простому. У человека, как у существа временами высокоразвитого, астральное тело сложное, многослойное. У животных и растений – попроще, у неживых объектов – совсем примитивное. По сути у носков и прочих бытовых предметов астральное тело состоит из отпечатков хозяина, которые после каждого контакта проступают всё отчётливее. После установки дистрибутива, астральные отпечатки благополучно перекочевали в файлы воспоминаний, сформировав характер и психику новосозданных существ.
В любом случае, лучшего объяснения у Ильи нет. Пока нет.
На самом деле что носок, что светильник – это просто баловство. Или тренировка. Проба сил перед действительно серьёзными делами. Пока что возможности Ильи сильно ограниченны тем, что он не может оживлять объекты выше уровнем, чем он сам – довольно серьёзное препятствие на самом деле. Если с ним снова приключится весёлая заварушка, как уже было месяц назад, если его жизнь снова окажется в опасности... Одними носками он много не навоюет.
Впрочем, у геймера уже есть идея, как решить проблему своего маленького уровня. И вот тогда он...
Светильник и носок продолжали поносить друг друга на чём свет стоит.
– Сраный линуксоид! – вопил светильник.
– Мастдай, виндузятник! – не отставал носок.
– Хорош уже орать, черти, щас весь дом сбежится, – поморщился Илья. – Конечно, все давно привыкли, что из моей комнаты часто ночью доносятся нечленораздельные вопли, но не на три же голоса?
– Ладно, ладно, – неохотно уступил носок. – Умолкаю. Но этот виндузятник у меня рано или поздно точно вылетит в окно. Пробив синий экран смерти.
Носок соскользнул с люстры и шлёпнулся на пол. Скручивая свою продырявленную хлопчатобумажную тушку, словно гусеница, он пополз в сторону кровати.
– Твоё счастье, что я к стене прикручен, – буркнул подсвечник. – Иначе я бы уже давно слез и...
– Слушайте, парни, чего вы такие буйные? – геймер поспешил перебить светильник, стараясь не допустить нового витка ругани. – Вот придёт ко мне Танька в гости, а у меня светильник орёт со стены матом, а носок пытается с ноги сорваться и задушить его... Что она подумает?
– Подумает что ты всесторонне развитая, технически подкованная личность, – носок подполз к ножке кровати и, обвившись вокруг неё словно змея, пополз вверх. – К слову! Танька – это что вообще такое? Ты про этот объект раньше не рассказывал. Он из ваших мясных прямоходящих?
Илья невольно вздрогнул. Таня... Танька... Наглая равнодушная зараза... Предательница... Спасительница... Обворожительная мастерица заваривать чай... Нагло укравшая его второй поцелуй... а возможно и первый в придачу... предположительно милфа, но это не точно... ах да, ещё шпионка-убица-ассассинка... Титулов у данной особы не перечесть. Каждый раз, когда Илья вспоминает о ней, в груди всё как-то странно сжимается. А уголок губ, куда его поцеловала Таня, начинает пощипывать.
Наверное, мозг посылает желудку сигнал, в нём все пересыхает и он, цепляясь за пищевод, подтягивается и давит на грудную клетку. Не иначе.
Уже месяц от Таньки нет никаких новостей. Хотя вроде бы обещала связаться. Слово шпионки – оно такое, очень зыбкое, неопределённое. К слову, Танькина жилплощадь, где они виделись в последний раз, оказалась на самом деле никакая не Танькина. Как выяснила сестра Юля, квартира с момента постройки дома принадлежит другим говорящим, состоятельной благообразной пожилой паре, которые про хитрую шпионку-ассассинку знать не знают. Пару недель назад только-только из отпуска прилетели.
Получается, что он, Танька и Юлька завалились в чужую квартиру, применяли чужие целебные словоформы, пользовались чужой ванной, гоняли чужие чаи, целовались на чужих диванах. А хозяева не в курсе. Миленько. Ох уж эти ассассинки.
С другой стороны, поступок с точки зрение собственной безопасности верный. Шпионка должна заметать следы, чтобы её не вычислили.
– Танька? Да так… одна тян. Знакомая, – Илья постарался как можно более пренебрежительно махнуть рукой. Словно речь шла о чём-то незначительном.
– Что такое тян? – спросил носок. – В тян можно воткнуть линукс?
– Эм-м-м, – задумался Илья. – Наверное нет.
– Быдлодевайс, – презрительно сообщил носок.
– Нет, ну если пошаманить, то наверное можно. Ты какой-то слишком категоричный, – с укоризной заметил геймер.
– Если пошаманить, то линукс можно и в носок воткнуть. Я тому живой пример.
Носок заполз к Илье под одеяло ближе к подушке, к теплу и свернулся калачиком.
Геймер вздохнул. Созданные им ИИ все как один обладали крайне вздорным и импульсивным характером. Что было легко объяснимо, особенно если вспомнить, кто их хозяин, чьи астральные следы отпечатались на "душах" предметов... Ещё месяц назад хватало одного бранного слова, одной неудачной игры, чтобы Илья вспыхнул, как спичка, и огненным торнадо летел в интернет, неся по игровым форумам смерть, разрушение, оффтоп и флуд. Пальцы быстро отбивали дробь по клавиатуре, разве что искры не сыпались. Не у всех админов выдерживали нервы, и тогда в ход шли банхаммеры. Но даже когда аккаунт Ильи получал блокировку, зачастую вечную, геймер не успокаивался, особенно когда не успевал накормить своего внутреннего тролля. Холивар, он же священная война, никогда не прекращался, благо с VPN-ом Илья был на ты и легко обходил любые блокировки в интернете. Когда геймер надевал маску Анонимуса, отступал даже Роскомнадзор.
Редкий тролль мог сравниться с Ильёй в неадекватности, напористости и желании разводить срач по поводу и без. Как можно спать, когда в интернете кто-то не прав???
Но месяц назад произошли события, заставившие Илью в корне поменять свои взгляды на жизнь. И её образ в том числе. Бр-р-р, до сих пор мороз по коже от той жути... Монстр из тени, маньяк-террорист, болотные черти, Великая Зыбь... Одно дело мочить кракозябр в игрушках и во сне. Совсем другое – когда они мочат тебя в реальности.