Страница 7 из 16
– Сделайте мне пару сандвичей с тунцом! Я пока позанимаюсь, а через час поеду в тренажерку!
– Конечно…
***
Собрал спортивную сумку, ощущая острую необходимость оставить излишнее напряжение в зале, а заодно подцепить парочку красоток на сегодня и завтра. Я не собирался уступать Демиану в нашей излюбленной игре в крестики-нолики…
В комнате стояла такая духота, и моё тело просто изнемогало от желания скорейшей сексуальной разрядки. Как назло, пульт от кондиционера, словно корова языком слизала. Подошел к окну, и потянул рукоять на себя – пусть немного проветрится пока меня нет…
Внимание привлекла картина, разворачивающаяся у бассейна.
Мой недоумок сводный брат притащил в дом какую-то девчонку, и мило ворковал с ней на лавке во дворе. Неужели и этому прыщавому девственнику может что-то перепасть… Очень в этом сомневаюсь! Усмехнулся, уже собираясь отойти от окна, как вдруг меня словно пригвоздило к полу…
Её силуэт казался очень знакомым. Немного высунулся, силясь лучше разглядеть спутницу Жана… Твою мать… Меня словно долбанули по голове молотом Тора, но сомнений быть не могло.
Клетчатая юбочка, белые гольфы, нежно-розовая блуза, под которой, как я уже успел заметить, были скрыты идеальные сиськи, и скромная коса, с чуть выбившимися прядями каштановых волос. Селеста Лакруа сидела в компании моего братца и пила лимонад, приготовленный нашей кухаркой, в то время как он, размахивал перед её лицом каким-то конспектом.
Какого черта эта девица делает на территории нашего дома?! Я отскочил от окна как ошпаренный. Жаль, парни уже ушли… Вот бы мы им сейчас устроили…
Хотя, я и один в состоянии выбить почву у неё из-под ног…
POV. Селеста
– Жан, мне, правда, пора уже возвращаться домой! Но огромное спасибо тебе за этот день… Если бы кто-то сказал утром, что спустя несколько часов я буду улыбаться, плеснула бы ему стаканом молока в лицо! – усмехнулась, пожимая плечами.
Во взгляде парня появилось недоуменное выражение. Я поспешила перевести разговор в другое русло, потому что не стала вдаваться в подробности причин моего отвратительного настроения. При желании новый друг итак без труда выяснит, что же случилось сегодня утром в столовой. Наверняка, к концу дня о происшествии не узнают только глухонемые…
– Надеялся, ты пообедаешь со мной, и мы еще немного позанимаемся! Ты ведь пропустила много важного материала… – в светло-серых глазах вдруг вспыхнули огоньки надежды.
– Я бы с удовольствием, но… – в этот момент взгляд Жана устремился куда-то вперед, и на лице вмиг появилось презрительное выражение.
– Так… так… мой невинный братец, наконец-то, снял девочку! Жаник, кажется, у тебя появился шанс успеть расстаться с девственностью до второго пришествия?! Браво! – каждая клеточка тела стала подрагивать, а внутренности словно стянули тугим корсетом.
Я всё же через силу сделала вдох и повернула голову, стараясь придать лицу равнодушное выражение. Вряд ли мне это удалось, потому что губы парня, которому принадлежал этот уверенный ледяной тон, в ту же секунду искривились в зловещей усмешке.
Эрик Уильямс лениво пригладил чуть взъерошенные темные волосы цвета кофейных зерен, продолжая расстреливать меня своими гипнотическими карими глазами.
– Какого хрена тебе надо, недоумок?! Не видишь, мы заняты? – сердито спросил мой спутник, пока я пыталась осмыслить происходящее.
Что в доме Жана делает Эрик?! Или может быть это всё последствия утреннего открытия ящика Пандоры?! Я пыталась разобраться в ситуации, бессмысленно переводя взгляд с одного на другого.
– Братишка, не путайся у меня под ногами! – подавив зевок, злорадно ухмыльнулся Уильямс, после чего по моей спине пробежал электрический разряд…
«Братишка…»
Нееееет… Только не говорите, что они братья?! Но ответ моего спутника, увы, не оставил сомнений.
– Эрик, я проклинаю тот день, когда мой отец спутался с твоей мамашей! Не думал свалить к ней в Америку?! А… вспомнил… Она же звонит тебе раз в год, и даже не приглашает в гости! До сих пор скачет по койкам богатеньких режиссеров, да?! – Жан хмыкнул. Его грудь ходила ходуном от нарастающего в воздухе напряжения.
Я попятилась, чувствуя онемение в коленках. Эрик вскинул вверх кулаки, после чего грозно пошел на Жана. Но к моему удивлению, второй парень, который, к слову, на фоне этого громилы смотрелся весьма неубедительно, продолжил стоять на своем месте, так же воинственно сжимая ладони.
– Ну, давай, врежь мне, братишка! – прошипел Жан, когда они уже практически столкнулись лбами. – И можешь попрощаться с закрытием сезона на яхте в Монако! Отец же ясно выразился – ещё одна твоя тупая выходка, и он лишит тебя всех привилегий! Кому тогда ты будешь нужен?! – мой новый друг сморщился, глядя на своего брата как на какой-то отброс.
– Сколько раз ты уже нарывался, маленький онанист?! Рука правильно срослась?! Левой-то, наверное, неудобно? А ребра все зажили??? Я не буду бить сам… В этот раз! Но, не забывай – у меня есть друг, который занимается боксом! – на полных губах Эрика проскользнула зловещая улыбка, и я окончательно почувствовала себя здесь лишней.
«Вот она, братская любовь во всей красе…» – изумленно мелькнуло в моем воспаленном мозгу. Хотела уже направиться к воротам, но в этот момент мы с Жаном одновременно опешили…
Жеребец моментально скинул футболку, после чего избавился и от остальной одежды… На улице стояла невыносимая духота, не свойственная для конца сентября в Париже, но меня бросило в холодный пот.
Эрик остался абсолютно голым, спокойно заключив.
– Не желаешь ещё раз охладиться в бассейне? Могу и сегодня тебе это устроить, крошка Селеста! – его глаза нагло сосредоточились на моих ногах в белых гольфах.
Я тупо опустила взгляд в пол, ощущая, будто попала в какой-то порно фильм… Впервые видела полностью обнаженного мужчину, который находился в метре от меня, бесстыже поглаживая раскрытой пятерней свой точеный пресс.
– ТЫ ЧТО, СОВСЕМ ДЕБИЛ?! – Жан заорал так, что у меня в ушах чуть не лопнули барабанные перепонки, на что Эрик миролюбиво заключил.
– А что такого?! Я предпочитаю купаться нагишом! – он заржал, после чего совершил уверенный прыжок в воду, обдавая наши ноги прохладными каплями.
– Жан, я хочу домой… – прошелестела, чувствуя, что с каждой секундой моя жизнь всё больше напоминает какой-то дурдом.
– Конечно… – как-то глухо выдал друг, и мы быстро, не оглядываясь, покинули шикарную территорию их особняка.
***
Аморальное поведение Эрика просто меня добило. Его поступок был настолько вызывающим и мерзким, что меня до сих пор не отпускало какое-то странное волнение.
– Селеста, мне дико жаль… Я просто не знаю, как загладить свою вину перед тобой… Мой брат и его друзья – моральные уроды, знала бы ты, что они творят… Грязные отморозки!.. – я видела, что Жана просто трясет от зла.
Глаза метали молнии, а тело было напряжено, словно у атланта, удерживающего на своих руках весь земной шар.
– Да ничего страшного… – как-то потерянно выдавила, ощущая, совершенно новое для себя волнение в груди.
Что-то доселе неизведанное и волнующее проклевывалось в самых глубинах моего сознания. Но я пока не могла определить природу этого неудержимого томления…
Хотя, к своему стыду и всеобщему изумлению, чего удивляться? На родине французских поцелуев, я как-то умудрилась дожить до 18-летия невинной… К слову, этих самых глубоких настоящих невообразимо сладких поцелуев, после которых кружится голова, а в животе на ряду с бабочками распускаются цветы, в моей жизни было не так много. Если уж говорить начистоту, их вообще можно было пересчитать по пальцам одной руки…
Вдруг вспомнила, чем закончился мой самый первый поцелуй, ощутив, как липкий ужас маленькой струйкой просачивается из недр души. Черт. Я так и не смогла до конца выкинуть из головы эти воспоминания…
– Селеста… – робко взял меня за руку Жан. Подняла на него слегка ошалелый взгляд, пытаясь выдавить улыбку.