Страница 19 из 104
Обсудить нам это дальше не дали, в комнате появились две молоденькие девушки, – обе были душами, что было видно по волосам, – и приступили к подготовке нас к великосветскому мероприятию. Нас мыли в просторной купальне в двух разных бассейнах, нам проводили всевозможные косметические процедуры, массажи и прочее. Все это длилось добрых три часа, после чего нас передали в руки другим девушкам, уже хэллам, – я так поняла, одна из них была модисткой, а две другие отвечали за прически и макияж, – и тут снова начались муки. В меня тыкали иголками, стоило мне чуть пошевелиться на финальном подгоне платья (да, Камилла все предусмотрела, даже платье заказала), мои волосы тянули и укладывали в причёску. О, как же я чихала от пудры, это был просто кошмар! Но с горем пополам меня все же нарядили и накрасили.
«Как хорошо, что я родилась обычной девушкой, – впервые в моей голове родилась подобная мысль, – вряд ли я смогла бы выносить это регулярно!»
— Готова взглянуть на себя в зеркало? – после всех мучений у Камиллы еще хватало сил жизнерадостно и весело улыбаться. Вот что значит подготовка – не то, что у меня. В работном доме мы думали так: умылась, причесалась и ты уже красотка, а если еще чуть-чуть подкрасишься, то хоть прямиком на бал.
— Да, – выдохнула и зажмурилась, пока хэлла подводила меня к высокому зеркалу.
— Можешь открывать глаза, – на ушко прошептала мне моя подельница. заставляя взглянуть на свое отражение.
Прямо напротив меня стояла миниатюрная хэлла с жемчужными волосами, собранными в высокую прическу, из которой кокетливо выбивалось несколько прядей, ниспадая на лицо. Глаза цвета бордо с ярко-красными всполохами возле зрачка, смотрели на меня с удивлением и растерянностью. Темно-синее, почти черное платье, – напомнило мне оттенок сумеречного неба в моем мире. Наряд плотно обтягивал грудь, а юбка струилась по фигуре, создавая ощущение, будто сама ночь упала к ногам хрупкой леди. А я все смотрела, и никак не могла уложить в голове, что в зеркале отражаюсь именно я.
— Колоссально? – спросила Камилла с таким довольным выражением лица, словно ответ ей был и не нужен.
Его и не последовало, – я все еще находилась во власти оцепенения.
— Ну что ж. До операции остался час, – после того как все помощницы удалились, и мы остались с хэллой наедине, проговорила она. – Помнишь план?
— Даже если бы хотела забыть, ты бы мне этого не дала! – буркнула девушке, устав повторять два дня подряд, что все в порядке и я прекрасно все помню.
— Вот я молодец! – ухмыльнулась девушка, поправляя свое серебристое платье. – Когда мы приедем во дворец и перешагнем ограду, на наших лицах появятся маски, не пугайся.
— Да-да-да, – закатив глаза, проговорила в ответ, – они могут изменить нашу внешность и, если вдруг мы не узнаем себя в зеркале, пугаться не стоит. Меня знаешь, что больше волнует?
— Что? – захлопала ресничками Камилла.
— Если наша внешность все равно изменится, зачем мне пришлось терпеть все эти издевательства с пудрой и волосами? – приподняв одну бровь, уставилась на хэллу.
— Далеко не у всех внешность меняется кардинально, – лекторским тоном ответила мне девушка, – мы лишь перестраховались. Все, пойдем. Пора.
Вышли мы по традиции местных – вошли в дверь, вышли около кареты. Из-за этого у меня сразу же возник следующий вопрос:
— А почему мы сразу не переместились во дворец? Или к его ограде?
— Во дворец никто, кроме повелителя, перемещаться не может, – снисходительно улыбнулась собеседница. – Ну а карета – это формальность. Дань традициям бала Смерти.
— Как все сложно… – протянула и уставилась в окно.
На город плавно спускался поздний вечер, совсем скоро в небе загорятся розовые звезды, напоминая, в каком мире мы находимся. По освещенным улицам прогуливались парочки душ, веселые компании и единичные отряды хэллов. Если бы я не знала, какие души отправляются в Хэллворд, никогда бы и не догадалась, что вокруг разгуливают грешники. Хотя, возможно, многие попали сюда за мелкие прегрешения, или как я – вовсе ни в чем не виновные. Но бывают ли совершенно, кристально невинные души? Если только младенцы.
Карета остановилась буквально через несколько минут. Спрашивается, зачем только ехали? Можно было бы и прогуляться, прекрасная погода располагала. Но традиции есть традиции, и их лучше не нарушать. Особенно если ты в чужом мире. Особенно если изображаешь местного жителя, им не являясь. «Ну что же, – когда дверь отворилась, призывая нас с напарницей выходить, подумала я. – Сыграем!»
Ворота распахнулись сами, как только мы к ним приблизились, а стражники с двух сторон синхронно склонили головы при нашем появлении. Все шло в точности так, как и рассказывала Камилла, а значит, при первом взгляде на меня нельзя понять, что я самозванка. Отлично.
Сердце бешено билось в груди, то ли от волнения, – все же отправляться на каменоломни при неудачном исходе «операции» желания нет совершенно, – то ли от торжественности момента. Идя по длинной аллее к центральному входу в замок, я отмечала красоту и мрачность здешнего убранства. Темно-алыми фонарями подсвечивалась тропинка, деревья и кустарники также были освещены различными вариациями красного цвета, и даже камень, которым был вымощен наш путь, был темным, с рубиновыми вкраплениями. Все встречные хэллы приветливо склоняли головы, тем же отвечали им в ответ и мы. По правде говоря, на двадцатом встречном у меня уже устала шея, но приходилось терпеть.