Страница 24 из 197
— Какая разница, что скажут? На съемках я присутствую! Курирую каждое ваше действие! Это тебя не должно беспокоить. И потом, любимая, — уже спокойнее, взяв жену за руки, как — как будто разговаривая с маленьким ребенком, жутко боящемся аттракционов, но попадающего под давление уговоров покорить эту фобию. — Ты выглядишь как настоящая модель! И искать никого не нужно, и деньги не пропадут.
— Я выгляжу старше его. — Настя, выхватив руку, ткнула пальцем на стоящего в паре метров Стаса, а ему словно пощечину дали. Хлесткую такую, наотмашь.
— И что теперь? — не смог смолчать парень, заставив всех на себя посмотреть, — Песня не может посвящаться той, кто старше? Или это для тебя табу?
— Вот именно! — всплеснул руками Виктор.
— Да вы рехнулись! — понимая, что теперь против нее двое, Настя схватилась за голову. — Это просто невозможно. Я — твоя жена!
— От того, что ты с ним сыграешь сцену секса, меньше моей женой не станешь! — крикнул Виктор, и Настя сжала кулаки. Как он смеет на нее орать при таком количестве людей? Она ему не помощница, на которую он может поднять голос в любой момент. Злость волной прокатилась по телу, распаляя желание поставить его на место. Сколько можно двигать ее, как предмет мебели из стороны в сторону и использовать только по собственной нужде? Он хочет, чтобы она снялась в клипе? Ооо, она снимется! Так снимется, чтобы он сразу вспомнил, что Настя не просто его жена! Она женщина! Красивая, сексуальная! Вздернув подбородок, девушка перевела взор с мужа на Стаса, который сверлил ее тяжелым взглядом. Его внутренности горели предвкушением, потому что он уже видел, что она готова согласиться. Назло этому индюку, посмевшему унизить ее при всех. Мог бы, сам ему морду расквасил прямо сейчас за такое отношение к той, кого сам Стас готов на руках носить круглые сутки.
— Хорошо, — с гордо поднятой головой согласилась Настя скорее в поддержку собственного решения. — Я снимусь. Только при условии, что в сцене секса здесь будем присутствовать мы втроем, режиссер и видеооператор. Я вам не актриса, готовая по щелчку пальцев раздвинуть ноги и сделать вид, что получаю сумасшедший оргазм, когда на меня смотрят тридцать пар глаз.
Виктор не мог не согласиться с этим условием. И не потому что сам ревновал, а потому что другого выхода все — равно не было. Его жена капризная и требовательная вообще могла развернуться и уйти, но спасибо, хоть не полная дура, чтобы выкинуть немалые деньги на ветер за проплаченное время на студии.
Настю быстро как могли накрасили, помыли голову и сделали укладку, позволяя волосам спадать на плечи тяжелыми волнами. Переодели в чрезвычайно мягкое и сексуальное полупрозрачное черное белье, и сверху накинули такой же тончающий ничего не скрывающий, но возбуждающий воображение халат-пеньюар из кружева шантильи. Когда она взглянула на себя в зеркало, тут же потянула руки к груди, понимая, что ее соски отчетливо просматриваются сквозь кружевной бюстгальтер. Господи, неужели она готова вот так выйти на съемочную площадку? Позволить всем присутствующим оценить все ее прелести, просто ради того, чтобы отомстить мужу? Былая смелость начала стремительно улетучиваться, представив, что ей предстоит. Нет, дело не в том, что она сомневалась в своей внешности. Настя никогда не была обделена вниманием мужчин. Она знала о своей привлекательности и умела ею пользоваться. Просто сам факт того, что нужно осознанно выставить себя напоказ перед объективами видеокамер заставлял основательно задуматься.
— Ну что? — в гримерку ворвался Виктор, но застыл на пороге, обведя супругу удивленным взглядом. — Охренеть, любимая! Почему я сразу не подумал о тебе, когда искал модель? Экономия в пару тысяч долларов, а результат ни капли не хуже, — эта его «экономия» как разорвавшаяся граната тут же разнесла в пух и прах все сомнения. Даже сейчас, глядя, как она почти голая готова сниматься в эротической сцене с другим мужчиной, он не испытывает ни капли ревности, а думает только о деньгах. Именно это подхлестнуло девушку выпрямить спину, и, собрав в кулак уверенность, пройти мимо супруга, не ответив на его «комплименты». С достоинством, слегка виляя бедрами, и надеясь, что он увидит. Но Виктор, не заметил ее стараний.
Зато заметил Стас. Как только режиссер подал голос, увидев Анастасию, входящую на площадку босыми ногами, парень обернулся и задохнулся. Во рту мгновенно пересохло, когда Настя, на которой было одно чертово полупрозачное белье и этот проклятый халат, буквально вплыла в помещение, обставленное под спальню. Мир вокруг нее поплыл, заставляя певца с удвоенной силой бороться с взорвавшимся в его теле жгучим желанием. Как же часто он представлял, какого это видеть предмет своей любви вот такой, как сейчас, но ни одна его фантазия не шла в ровню с реальностью. По венам потекло болезненное возбуждение, а он смотрел на девушку, подобно разъяренному быку на красную тряпку. На то, как новоиспеченная актриса отбрасывает в сторону волосы, приблизившись к нему и остановившись в паре шагов. Улыбается и что-то говорит. Губы шевелятся, но парень не слышит. Глаза жадно скользят по идеальному телу, а ладони зудят от желания скорее содрать эту чертову тряпку кружевную и прикоснуться к нежной коже.
— Стас? — повторила Настя, на этот раз уже громче. Кадык парня дернулся, когда он нервно сглотнул и поднял взгляд со стройных ног на зеленые, как омут глаза. — Ты слушаешь Богдана? — режиссер что-то, оказывается, рассказывал. Нехотя оторвавшись от девушки, Стас постарался сосредоточить слух не на крови, бьющейся в ушах, а на том, что говорил Богдан.