Страница 17 из 39
– Думаешь, быть сиделкой для твоей матери лучше для нее? Мечта всей жизни развлекать ее, чтобы оставить тебя в одиночестве? Чтобы никто из лаборатории не дергал? Для этого ты вызвал женщину из другого мира? Чтобы воспользоваться ею, ничего не дав взамен? Она носит чужую одежду, пытается сама заплетаться, воюет с кухней, не умея готовить. Ее даже Хранитель твоего дома не принял. Как скоро первые впечатления, связанные с магией, схлынут, и она будет спать и видеть, как сбежит из твоего поместья?
Спаркл не успел ответить, как дверь открылась. Вошла Зольдина Сагеш и закрыла зонтик. Входная дверь затворилась за ней сама собой. Разговор пришлось отложить: в конце концов, не при матери Спаркла обсуждать его новую невесту. Именно невестой числилась Лала до тех пор, пока он не наденет кольцо.
– Спаркл, добрый вечер, дорогой. Алвойс, я рада тебя видеть.
Тая Сагеш приветливо улыбалась. Мне ни разу в жизни не удалось застать ее в плохом настроении, и ее характер подкупал своей легкостью и доброжелательностью. И почему моя мать не была такой, как мама Спаркла? Почему с моей поладить так сложно?
– Здравствуйте, тая Сагеш, – кивнув, решил откланяться. Я поспешил, начав заведомо проигрышный разговор. Если мне интересна Лала, то придется ее соблазнить. И предварительно разобраться с Талирией Калем. Только бы не опоздать!
Лала Сагеш, родовое поместье Сагеш
Меня не интересовало, о чем говорили мужчины. Темы всегда были одни: кино, вино и домино. Переводя на человеческий язык – женщины, алкоголь и деньги (работа). Ни одна из трех типичных тем меня не интересовала, в отличие моего места в этом мире. С тех пор, как я попала сюда, еще ни разу не задумывалась, что табличка с надписью «жена» – это все, чего я могла добиться.
Что я умела в другом мире? Ничего. Чему могла научиться для успешной жизни в этом? Неизвестно. Существовать в четырех стенах, как Спаркл, я не могла. Он, если я правильно поняла его рассказ о себе, месяцами пропадал в подвальной лаборатории и что-то мастерил. Если что-то разрушало его дом и выходило в город, то он получал нагоняй от Ала. Три-четыре раза в год стабильно.
Хорошее слово – стабильность. Мне до сих пор не довелось столкнуться ни с одним из изобретенным им чем-то, наверное, именно поэтому я так легко относилась к рассказываемым событиям. Я не была очевидцем и не горела желанием им стать. Но тогда это было бы хоть какое-то разнообразие помимо ожидающей меня учебы.
Одежду, вытащенную из мешка, развесила отвисать. Утюга в этом доме не было, да и я вряд ли смогла бы погладить вещи такой сложности. И тут, в процессе нудных домашних хлопот, до меня дошло – Ал работал в местном аналоге полицейского участка! Не мчс, куда я хотела попасть, но тоже сойдет. Надо напроситься! Хотя бы в самый низ, помощником к кому-нибудь! На стажировку!
Джинсы пришлось снять. Еще несколько часов, и они с грязи лопнут. Я была вынуждена выбирать из десяти платьев (точнее из девяти, учитывая оторванный рукав на одном из них) самое удобное. Так и не найдя среди них ничего нормального, переоделась в бежевое домашнее, самое первое. Уж оно движений не сковывало. А вот женской обуви не было, зато я нашла что-то вроде тапочек «сорок третьего размера».
И так сойдет! Взглянув перед выходом из гардеробной в зеркало, заметила необычное отражение на заднем плане. Черно-фиолетовое пятно промелькнуло у высокой ограды поместья. Местный транспорт? У нас еще гости? Наскоро перезаплетая волосы золотой лентой, подбежала к окну.
Верно. Из кареты вышла женщина с тканным зонтом и клатчем на цепочке через плечо. Ворота ограды раскрылись перед ней, как перед хозяйкой, а самоходная карета тронулась с места. Открыв окно, поставила локоть на подоконник, а на него – подбородок, стала рассматривать прибывшую гостью. Особенно мне понравилась ее молочного цвета шляпа с широкими полями.
Она, наверное, мама Спаркла. Иначе зачем другой женщине приходить в этот дом? Только бы не какая-нибудь забытая невеста, обещанная нареченная или что-то в этом роде... Из-за широких полей шляпы, украшенных кофейной лентой с бантом, я не могла видеть лица женщины, а поэтому не получалось определить ее возраст.
Спуститься и познакомиться с ней? А вдруг, на самом деле, какая-нибудь невеста-поклонница? Ну уж, враки! Пускай мы с Спарклом не так близки, чтобы ревновать друг друга, но к мужу никаких женщин не подпущу из принципа и ожиданий ближайшего будущего! Спущусь! В тапочках «сорок третьего размера»? От глупости собственного внешнего вида я подавила ревностное наваждение.
Пойти босиком? Не комильфо. Все-таки в этих тапках? Навернусь на лестнице, запутавшись в собственных ногах! Натянуть кроссы? Не достаточно длинное платье! Зато вон то, неприлично желтое, как цыпленок, как раз спрячет под юбкой носочки кроссовок. На «костюм цыпленка» смотрела с опаской. Оно мне не нравилось больше всех, но было единственным подходящим. Второе – синее – висело с оторванным рукавом, и его надевать было нельзя.
Ай, ну его! Одела желтое, и хотя бы золотая лента в волосах смотрелась нормально. Зато в кроссовках! После этого кинулась к окну, но незнакомка уже вошла внутрь. Я б еще полчаса у зеркала вертелась, а она бы ждала, пока я к ней спущусь? Что-то мне не верилось. Спаркл или Ал уже впустили ее? Такой большой дом и ни одной домработницы. С ума сойти!
С женщиной я столкнулась на лестнице, когда она поднималась на второй этаж. На мое появление она отреагировала спокойно, молча, даже не удивилась. Легонько кивнула (Ал тоже кивал, хмм... способ поздороваться?) и также, не произнеся ни звука, продолжила подниматься, пройдя мимо меня, как мимо статуи или даже картины на стене.
Ей было не меньше сорока, не старше пятидесяти. Не картине и не стене, женщине. Ее кремовое платье достигало колена, а я как взъерошенный цыпленок стояла посреди лестницы. Уж лучше бы я вышла в драных на коленях джинсах, футболке-топе и черной косухе. Меня тогда хотя бы не проигнорировали.
Ну и пусть! От обиды вернулась в гардеробную, скинула желтое платье на пол. Джинсы грязи не боятся!.. в отличие от футболки. Ножом для писем, взятым из библиотеки, распорола цыплячье платье, сделав оригинальную кофточку, и уж в ней, в драных джинсах и в выстиранных вчера перед сном в раковине кроссовках пошла знакомиться со свекровью. Если, на минуточку, та женщина была матерью Спаркла, а не обнаглевшей гостьей.
И тогда я столкнулась с ней во второй раз. Не успела перешагнуть порог из спальни в коридор, как увидела эту женщину. Теперь она меня заметила! Глаза по пять рублей, недоумение во взгляде, чуть выдвинутая вперед нога, чтобы сделать следующий шаг, замерла... Казалось, она запомнила лиф желтого платья и сейчас судорожно пыталась понять, куда делась юбка от него.
Наконец она справилась с эмоциями и спросила:
– Что вы забыли в личных покоях моего сына?
– Переодевалась. Я переодевалась в спальне своего мужа.
Плохой диалог для знакомства со свекровью. Она стрельнула взглядом на мою правую кисть, на котором застегнут брачный браслет, и нахмурилась. Молодая невестка в моем лице ей не понравилась. Потрясающе! В этом мире можно было «купить квартиру в городе»? Я надеялась, что да, потому что после таких «хмурок» в одном доме с ней мне делать было нечего.
– Простите, вы сказали вашего... мужа? Мой сын, Спаркл, женился? Или я после длительной дороги устала настолько сильно, что ошиблась домом?
От ее вежливой улыбки меня попеременно бросало то в жар, то в холод. Я же в магическом мире, и свекровь должна быть магичкой хоть куда. Мы замерли на несколько минут в абсолютном молчании и не отводили друг от друга взгляда. Ничего не скажешь, хороша первая встреча! Точнее уже вторая.
– А Спаркл знает, что он теперь ваш муж? – и столько наивного удивления в голосе, что я даже оторопела. Брачный браслет он мне сам принес и сам застегнул. Я вообще в ловушке за невидимым барьером была!
– Уверяю вас, я узнала об этом второй, – для полного счастья не хватало получить ярлычка «вертихвостки» и «охочей за деньгами мегеры». Не то, чтобы меня совсем не интересовала материальная сторона медали, но она явно не лицевая. – Уже после того, как на меня надели этот браслет.