Страница 90 из 120
Глаза Мэйгара холодно сверкают, когда он смотрит на холм.
«Вещи, которые я видел, пока они разматывали эти структуры, вызывали у меня физическую тошноту, Мост. Я не спал. Я целыми днями не хотел ничего, кроме его смерти. Так что не называй меня инфантильным. Не говори мне ничего об этом мужчине. Пока ты сама не увидишь, что он из себя представляет!»
Я смотрю на Мэйгара через Барьер, но мой разум пуст.
«Не дурачь себя, - говорит он. - Они наняли его по одной причине. В глубине души он был злобным бл*дским ублюдком. Он всегда только им и был, Высокочтимый Мост».
Я смотрю на Ревика.
Ревика из прошлого, но все равно его свет мне знаком.
Он тоже смотрит на меня, осознаю я.
Я все ещё стою там, всматриваясь в его лицо, когда Мэйгар резко использует свой aleimi, чтобы изменить нашу частоту. Как только он делает это, прошлое разваливается вокруг нас.
Последняя мысль, мелькающая в моей голове, пока я вновь его теряю - это то, что я хочу пить.
Хочу пить так сильно, как не хотела никогда в жизни.
Глава 39
Жертва
Он чувствует её. Он чувствует её кожу, кончики её пальцев, когда она ласкает его. Она прикасается к его лицу, его рукам, его груди, его члену. Он думает обо всех мгновениях, когда ему хотелось, чтобы она его коснулась, когда он фантазировал о том, как бы она его касалась. Он думает о том, что он мог бы сделать иначе, что ему стоило сделать иначе - в Сиэтле, на корабле, даже в грязи той ночью в Ванкувере.
Они снова целуются. Его язык словно разбухает во рту, боль поднимается в его животе.
Она тянется к нему, и он тут же открывается.
Но то нечто снова встаёт на дыбы.
Это пудрит ему мозг, искажает его свет, вынуждает его отступить.
Его желание превращается в агрессию, раздражение, слабую безнадёгу, когда она возвращается. Она открывается перед ним. Она пытается впустить его, позволить ему почувствовать её... но этого никогда не достаточно.
Этого никогда не достаточно.
Боги... она нарочно его дурит. Она дразнит его, пытается свести с ума. Она знает, что ему больно, что он не может к ней прийти.
Но там маячит нечто более тёмное.
С ней кто-то ещё.
Она не одна.
Он застонал, неохотно пробуждаясь. Лёжа на мокром кафельном полу, он не мог пошевелиться. Пока он лежал там, боль усилилась, вернулась ноющая тяга в руках и шее. Он был голым, дрожал и замерзал до самых костей. Бл*дь, ему так хотелось пить, что как только он осознал это чувство, он не мог думать ни о чем другом. Боль в его спине и шее напоминала огонь.
Тогда до него дошло. Вода все ещё бежала по его голой коже.
Он не спал. Он потерял сознание.
Другой видящий опустил кран с водой. Присев, он посмотрел в лицо Ревика.
- Лучше, Реви'?
Ревик рефлексивно выбросил свой свет вокруг себя, и ошейник на его шее сработал, послав очередной ослепительный разряд. Его голова запрокинулась назад, затем упала обратно на кафель. Он застонал, не сумев сдержаться.
- Видимо, лучше, - Териан смерил взглядом тело Ревика. - Снова скучаем по ней, да?
Он старался снова потерять сознание, повелевал себе сделать так.
- Давай начнём по новой...
Ревик попытался вспомнить линию допроса, на которой они остановились, и не смог.
- У кого порядок преемственности, Реви'?
Тошнота усилилась.
- Я не знаю, - ответил он.
- Вот как? - Териан обошёл вокруг его безвольного тела. - Нам ещё раз достать твою подружку из клетки? Может, если я немножко с ней поиграю, это подстегнёт твою память?
Ревик стиснул цепь там, где она крепилась к полу.
Он избегал женщины своим светом, но невольно искал её глазами. Её обнажённое тело безвольно лежало в железной коробке у дальней стены, глаза наполовину закрылись, словно в трансе. Он не мог вынести вида её обмякшего лица - это было даже хуже длинного пореза, который уродовал её изящные черты. Ревик вспомнил, когда Териан в последний раз принёс её сюда, и его живот сделал кульбит. Его взгляд опустился к её ногам, кровоточащим сквозь грязную марлю, которую он использовал, чтобы остановить кровь. В тот раз он отрезал ей два пальца на ноге - по одному с каждой ступени.
- Нет, - хрипло произнёс Ревик.
- Нет? - переспросил Териан. - Скажи «пожалуйста», Реви'.
- Пожалуйста, - он снова перевёл взгляд в пол. - Пожалуйста, я...
- Ладно, - сказал Териан, отмахиваясь. - ...Раз уж ты ведёшь себя как хороший мальчик, - его глаза прищурились. - Порядок преемственности, Реви'. В этот раз правду. Мне из очень надёжных источников известно, что ты единственный помимо Галейта, кто знал этот порядок.
Ревик поколебался, стараясь думать. Териан сильно пнул его, целясь в мускулистую часть бедра, и Ревик захрипел.
- Я не знаю, - сказал он. - Клянусь, это правда. Ты можешь прочесть меня... ты знаешь, что я не лгу. Если он когда-то и был у меня, они стёрли его при моем уходе...
Териан снова пнул его. Ревик наполовину перекатился набок, стараясь дышать.
Раскачиваясь на пятках, Териан коснулся своих губ пальцем и посмотрел в потолок.
- Да, - сказал он. - Эта потеря памяти раздражает сильнее всего. Но ты же знаешь, что я не верю тебе, ведь так, Реви'? Видишь ли, твой свет другой. С того самого дня на корабле он стал другим, не таким, как прежде. Я знаю, ты не можешь чувствовать это со сдерживающим устройством на шее, но поверь мне в этом на слово. Ты. Стал. Другим.
На каждое слово он поддевал спину Ревика ботинком.
- Ты намного сильнее походишь на моего старого друга, чем ты походил на него в Сан-Франциско. Настолько сильно, что мне тяжело поверить тебе, когда ты говоришь, что не помнишь.
Ревик просто лежал там, дыша в кафель.
Они уже проходили это все.
Он потерял счёт данным ответам, противоречиям, лжи. Он знал, что Териан наверняка уже не прислушивается к деталям. К этому времени он уже точно знал, что Ревику известно, а что нет. То, что он не сказал вслух, было вырвано из его сознания - про Элли, каждая интимная деталь, каждая ложь, каждая правда и полуправда. Работа, которую он выполнял для Вэша. Его работа в Охране. Как он провёл свои годы в России. Работа, которую он выполнял в Лондоне.
Этого было недостаточно. Это превратилось в игру на выносливость, и Ревик проиграет.
Как раз когда он об этом подумал, прут ткнул его в мышцы спины - ровно настолько, чтобы Ревик рефлексивно попытался его заблокировать.
- О чем ты мечтал, Реви'? Вот только что?
Образы поплыли вперёд. Он снова увидел Элли, её руки на своей груди, держащие его ладони. Он вспомнил, как она притягивала его, и болезненно затвердел.
Теперь, когда он не имел возможности блокировать это, разделение ощущалось как наркотик. Оно вызывало желание, но также и сожаление, воспоминания с резким облегчением, эмоции, которые он едва мог осмыслить, и тем более контролировать. Тошнота усилилась. На мгновение Ревик мог лишь лежать там, наполовину хрипя.
Ошейник заискрил.
Териан нагнулся, стискивая его волосы и задирая его голову.
- Всякий раз. Знаешь, Реви'... Твои глаза светятся всякий раз, когда я упоминаю её. Ты действительно в раздрае, друг мой, - Териан ослабил хватку, небрежно добавив: - Нельзя сказать, что в моем распоряжении масса видящих-телекинетиков для изучения, чтобы рассмотреть их воздействие на супругов. Но эти твои светящиеся глаза меня интригуют. Как и те света, которые ты умудрился разбить на корабле.
Его глаза сделались бесстрастными, всматриваясь в глаза Ревика с ноткой резкости.
- По воле случая я оказался с твоей женой, пока ты трахал ту человечку, - его губы дрогнули в улыбке, когда Ревик отвернулся. - Если твоей целью было услышать, как она умоляет, думаю, это сработало, брат мой. Поистине. Я всерьёз подумывал отыметь её.