Страница 3 из 8
Стемнело. Надо где-то заночевать! О! Вон вдалеке виден огонек костра. Зольда вовсю махала крыльями, оставляя за собой мерцающий след. Костер приблизился, и из темноты вынырнули три силуэта, собравшиеся возле большого котла.
- А вот ещё что расскажу! Пришел как-то ко мне Иванушка - дурачок и говорит: " Иду выручать Василису из пещер Кощеевых. Дай мне что-то магическое, чтобы светило во тьме!" А я ему: " Вот даю тебе эти магические палочки, «Гомельдрев», называющиеся! Ступай, да на обратном пути занеси мне плату положенную!»
Так в горах тогда так бабахнуло красиво! И в уплату сапоги ивановы прилетели!
Ведьмы заржали, чокнулись бокалами, средняя откашлялась и давай рассказывать:
- А ко мне недавно попаданку привели. Научи, говорит староста Верпухаевки, ее травы знать, потом тебя выкинем, а ее оставим. Да все глазками своими погаными на нее зырк да зырк! Я говорю: «Хорошо, мол, благодетель!». Такому дуру научила, самой страшно было, чего она отмочит! Вот староста зашел к ней раз, другой, та ему чаек по моему рецепту подливает.
Старый козел хлебчет его ведрами, да знай улыбается. Две недели ходил, пока зелье превращения на них не подействовало. Теперь сидит на плетне лысый петух, а рядом - мелкая перепелочка.
- А ко мне дриада приперлась! - сказала рыжая, - спили, говорит мои рога нахрен! Не могу ни с лешим нормально это самое, ни к людям выйти. Отдала мне своего дракона. Я дала зелье, та выпила, все нормально, рога отпали, как и не было их. Так эта дура не придумала ничего лучше, чем начать разборки с лесорубами. Говорит, я дриада, так вас раз-этак, счас всех в кустики туалетной принадлежности превращу. Те не признали, наваляли ей в ее деревянный котелок, приползла ко мне, плачет: "Верни, я все прощу!". Ну, вернула, конечно! Что ж я, зверь какой? А что они как у лося - рекордсмена, ну так мутация в лесу!
И над котлом появилось изображение дриады с огромными рогами. Все поржали. Пора бы и появиться, подумала, Золя.
Φея зависла над котлом:
- Здрасте! А я Зольда, фея из Мухоморовки!
- Привет, малявка! Знаем, знаем вашу деревню! Только у вас для гадания пойло и заказываем! Ух и ядреная ваша фирменная мухоморовка! Кстати, у меня ж есть с собой пара бутылок! Погадаем на суженого!
Рыжая разлила мухоморовку в бокалы, все приняли на грудь, Зольда едва не выронила наперсток, в который ей тоже набулькали гадательного.
Прошло две минуты молчания, а потом ведьмы стали одна за другой нести что-то непонятное.
Блондинка ткнула в зольдину юбочку и выдала:
- Вижу принца! Беленький, тоненький! Слабый как котенок!
Зольда едва жареной лягушкой не подавилась. Принц, ексель! Если ведьма говорит, что будет принц - значит будет!
- Много фей, все нарядные! Ты победишь! - это уже брюнетка.
- Бойся золотого жука - ездовика! Там твоя темная судьба! - вредная рыжая не могла ничего приятного нажелать!
Ну а потом они пили еще, танцевали, потом пришли скелеты. Они притащили гитару и стали бацать рок, как они сказали. Зольда с интересом слушала дикую какофонию звуков, которую издавал скелет в смешной шляпе. Потом скелеты пригласили их в гости, все делали «сэлфи» на фоне склепа. Ведьмы по очереди проваливались в старые могилы, вылетали оттуда и ржали как полоумные. Скелеты пить не могли, но обливание мухоморовкой их костяшек оказало тот же эффект, что и с живыми.
Откуда-то был притянут огромный щит с выгравированным на нем мечом - перефоткались все с ним. Потом словили шар, он лежал рядом с могильной плитой, вытащили его и поиграли в футбол. Забили его во все могилы, потом такого обморочного отволокли к костру и сделали сидением.
Зольда рассказала, зачем идет в Черный лес. Ей дали кучу советов, двух сушеных летучих мышей, троих позолоченных тараканов, серое полотно (для Овцы), неразменный золотник, катушку ниток и ещё какую-то фигню. Золя спрятала все подарки в котомку, недоумевая в душе, зачем ей такие разные, в сущности, вещи.
Утром фея облетела своих приятельниц по кругу, осыпая целебной мухоморовской похмельной пыльцой, слушая, как утихают страдальческие стоны. Большой палец был единственным, что сказали ей ведьмы на прощание. Это значило, что все «пучком»!
Пролетела над кладбищем с веселыми скелетами. Те мирно лежали в ямках, а рокер висел животом на могильной плите, где было написано: «Kiss»
Она летела к стрекозам, предвкушая развлечение на их знаменитых Стрекозодромах*.
Стрекозодромы* - аттракционы на всевозможных жуках и растениях. Есть и для малышей, но есть и для взрослых. Вот на них-то и нацелилась неугомонная фея.
ГЛАВА 4
Зольда летела над болотом, а за нею что - то глухо бухало и хлюпало. Как обернется - ничего, тишина. Только снова полетит - опять плюхает! Она сделала вид, что поправляет туфельку. Плюх! Бум! Резко обернулась и увидела мохнатый болотный шар, который они всю ночь забивали.
- Кыш! Оставайся в болоте!
Шар обернулся на болото, обиженно моргнул и упрямо застыл под феей.
- Ладно. Иди за мной, но тихо! А то выкину!
Так и летели они, катились до конца болота. Яркая зелень и высокие джунгли означали границу Зеленого гая.
Зольда подошла к будочке стрекозлиной стражи. Тишина. Где это все?
- Сюда, сюда вешай! Да не так надо! Красные в начало, а зеленые - в конце.
Зольда обошла будку и увидела двух стрекозцов, вешающих вывеску «Добро пожаловать в Зеленый гай!». На специальном полотне с маленькими петельками в два ряда, висели мохнато - светы*. Стражи садили на первое слово красных, а те перелезали на последние слова. Один красный перелетел с петельки поближе к зеленой самочке. Там он томно заворковал и лапкой стал подтаскивать ее к себе.
- Вернись, кому говорю! - стрекозел был вне себя, покраснел, побурел, крылья уже так и искрили.
- Здрасти! Я иду в Зеленый гай на «Стрекозодром»!
- Добро пожа-а-а! - стал падать один из стражей, с длинными красными волосами. И как только с ними справляется? У нее вечно гнездо воронье вместо волос. Машинально фея шагнула под его тело и словила его в руки. Они так и застыли, глядя друг на друга. Золя не знала, радоваться ей или пока не стоит. А страж боялся своего болтливого напарника, тот не упустит случая рассказать всем, что Пиона поймала на руки девчонка, как какую - то принцеску!
- Поставь меня! - прошипел он. Фея брякнула его об землю. Еще и на косу наступила, чтоб неповадно было! Стрекозел собрал свои хилые ручки и ножки, выдернул потоптанную шевелюру из-под красной туфельки.
- Мест нет! Мы уже впустили сегодня лимитное количество отдыхающих! - со спесью на морде прошипел он. Зольда осмотрелась, обошла будку, выглянула на дорогу - никого! Где же эти самые толпы отдыхающих?
- Так утро же! Когда вы успели?
- Не твое дело! Проваливай! - махнул он тощей лапкой перед ее лицом.
Не терпела фея таких жестов, потому нежно так взяла его руку и сжала вполсилы. Тихий всхлип, потом визг раненого поросенка, страж понял, как он был не прав. Второй стоял и даже не думал помогать.
Мохнатики устали сидеть на плакате и стали расслабленно валиться на землю.
- Ушла? - тихо спросил страж с алыми волосами у другого.
- Да, - так же тихо ответил второй, мечтая почесаться. Два мохнато - света вовсю любезничали на его спине, куда их приклеила рассерженная фея. Редкий ветерок трепал вывеску, на которой в позах морской звезды висели два стража, зеленые и красные мохнатики выложили на них слово «Казлы», будка была аккуратно разобрана и сложена как куча хвороста под ними.
А Зольда уже подходила к аттракционам. Она решила не идти пока в гостиницу, а походить среди толпы. Кого тут только не было! И эльфы, и стрекозы, само собой, и фруктовые феи, и подземные. Эти обожали пакости и сейчас присматривались, кому бы испортить веселье. Кувшинка - тошниловка* раскручивала привязанных феев, к концу так ускоряясь, что многие не выдерживали и винтом вылетали из середины. Вот пара стрекозлов вылетела из нее и по кривой дуге стала снижаться. Темные феи переглянулись и слаженно шагнули вперед.