Страница 11 из 14
– Я не приму её в общину, – прошипел Мартон. – Не место девчонке в лесу.
– После такой добычи я требую её присоединения к охотникам!
Старейшина был непреклонен.
– Да она погибнет на первой же охоте!
– Тогда обучи её!
– Мы ещё все поплатимся за это решение!
– Значит, решено, – хлопнул в ладоши Орцед, – Лилиит, скоро ты получишь своё настоящее копьё и сможешь зваться охотником.
– Как ты распорядишься деньгами? – Эфрикс улыбалась, совершенно не слушая главу деревни.
Лилиит закусила губу. Она даже не представляла, какие богатства теперь в её руках:
– Десятина старейшине. Остальное делю на две равные части, одна из которых идёт Рэйнеру за его храбрость и помощь мне в Роще.
– Справедливо. – Эфрикс положила костлявую руку на плечо дочери Хельмунда.
– Тэйн, и вычти из моей части цену за сапоги.
Кузнец усмехнулся в бороду. Девочка только что освободила его сына от трёх лет бесплатной работы.
Она шла по такому знакомому серому покрытию. Кажется, оно зовётся асфальтом. Но она была не уверена. Вокруг валялись бумажки из-под… мороженого? Что такое мороженое? Она не знала. Возле дерева рассыпались зелёные осколки, на вид очень острые. Это… Она никак не могла вспомнить название.
– Разбитые пивные бутылки, – прозвучал мелодичный голос где-то рядом.
Лил обернулась. На лавочке, в тени высоких деревьев, сидела беловолосая красавица и крутила в руках обруч, что до этого придерживал её локоны.
– Это сон.
– Ты наконец начала различать, – улыбнулась собеседница.
– Кто ты?
Женщина вернула золотистое украшение на лоб и заправила пряди за уши:
– Та, кто проклял тебя и обрёк на перерождение, Лилия.
– Что за глупое имя!
– Твоё, – засмеялась она.
– Меня зовут Лилиит.
– В этой жизни – да.
– Кто ты?!
– Всего лишь Сэлис. Та, кто хочет, чтобы ты вспомнила всё и шла своей дорогой.
– Богиня?
– Если тебе так проще, то пусть буду богиней. А ты должна вспомнить, иначе всё падёт прахом.
– Ты о чём?
– Если к совершеннолетию ты не сможешь ответить мне на три вопроса, попрощайся со всем, что тебе дорого. И этот сон ты не забудешь.
Следующий день встретил девушку прохладным северным ветром и мелким дождём. Осень заглядывала в окна домов, проверяя, готовы ли к ней люди. Но никто не замечал посетительницу.
Мартон ждал Лилиит во дворе её дома. Привалился к плетню и смотрел куда-то вдаль.
– Любишь же ты поспать, охотничка.
– Мы договаривались о тренировке после обеда. – Она зевнула и потянулась до хруста в позвоночнике.
– Планы изменились. Бери оружие.
К стене дома прислонились две кривоватые палки. На них и указал мужчина.
– Ты меня совсем за ребёнка принимаешь?
– Сможешь дать отпор на этом? – человек насмехался.
Лилиит выбрала палку покороче, подкинула вверх, поймала, примерилась к весу. Потом взглянула на своего противника из-под упавших на лицо каштановых прядей:
– Начнём?
– Нападай. – Охотник выпрямился, но в сторону своего оружия даже не глянул.
– Ты собираешься победить меня голыми руками?
– Ты слишком высокомерна, охотничка. Давай, покажи, на что ты способна.
Дочь Хельмунда постаралась подавить поднявшую голову ярость и стала в стойку. Этому обучил её Тэйн. Вес на ведущую ногу. Оружие обхватить двумя руками. Воображаемый клинок расположить перед собой, будто он делит лицо напополам.
– Приготовилась? – Мартон усмехнулся и одним неуловимым движением преодолел расстояние между ними. Мгновение, и палка выпадает из рук девчонки.
– Проиграла.
– Как ты это сделал? – Лилиит с ужасом поняла, что почти ничего не заметила, потирая вывернутую кисть.
– Ты забыла, как получают звание главного охотника в нашей деревне? Я победил всех претендентов. Я лучший среди них всех.
Тренировка продлилась до полудня. За это время охотник так и не взял в руки оружие. А Лил вспахала половину лужайки перед домом. Рубаха покрылась зелёными и коричневыми пятнами. Тело болело, ныли синяки и ссадины. Руки, державшие палку, были ободраны в кровь. А Мартон даже не вспотел и так презрительно смотрел на свою новую ученицу, которую подсунул ему старейшина.
– И это ты убила калиера? Не верю. Он явно был уже полудохлым.
– Возьми в руки оружие и дерись как мужчина!
Мартон скривился, как будто попробовал неспелые плоды а`токи. Подошёл к дому, взял оставшуюся палку и лениво взмахнул ею:
– Давай, покажи, что ты можешь.
Он опять насмехается. Дочь Фриды сделала несколько шагов в сторону, пытаясь понять, что предпримет охотник в следующее мгновение. Но тот стоял не шевелясь и наблюдал за девчонкой. Он проклинал тот день, когда дал добро на обучение отпрыска Хельмунда. Только не его ребёнок!
Лилиит сделала шаг вперёд и пробно замахнулась палкой. Мартон не отреагировал. Она кружила вокруг мужчины, как маленькая собачонка. Устав наблюдать за попытками девочки, охотник уклонился в очередной раз и нанёс удар по руке. Лилиит охнула, но оружие не выронила. Наоборот, девочка наконец почувствовала, что в ней признали противника. Лил попыталась дотянуться до Мартона, но получила ощутимый удар по рёбрам.
– Тебя уже съели, – зарычал мужчина, как гридень.
– Что у вас тут происходит? – Фрида стояла чуть поодаль и смотрела, как её дочь корчится на земле от боли. – Мартон, я тебя спрашиваю!
– Старейшина потребовал принять твою дочь в общину. Так вот, это не произойдёт, пока она не сможет держать оружие с того конца, с которого надо.
– Тебе не кажется, что ты слишком жесток?
– А я говорил: женщины в лесу не выживают.
– Зато добывают больше, чем ты за всю жизнь. – Лил попыталась встать, опираясь на палку. Но Мартон выбил подобие оружия носком сапога. Девушка опять оказалась на земле.
– А наглецы и гордецы мрут первыми.
Глава 8
Случай Эннэлиона
– Расскажи мне о нашем мире. – Лилиит пригрелась у камина в доме кузнеца Тэйна.
Осень уже срывала с деревьев пожелтевшие листья и устилала ими дороги. Пожухлая трава уходила на покой, позволяя оголиться стеснительной чёрной земле. Потяжелевшие головки колосьев клонились вниз и звенели спелыми зёрнами на полях. Люди начинали доставать тёплые вещи и готовиться к очередной трудной зимовке. Не жалует стужа этих хрупких созданий, много их гибнет в холодное время года.
Лилиит поглядывала в окно – ждала друга. Рэйнер ушёл к Эфрикс за очередной порцией согревающих отваров. Осенью и зимой они пользовались большим спросом.
– Ты уже слышала эту историю множество раз, цветочек.
– Пожалуйста, дядюшка Тэйн. – Лилиит опустилась на пушистый ковёр и протянула руки к пламени, что пожирал поленья.
Кузнец всегда таял, когда девушка так к нему обращалась. Усмехнулся, почесал все ещё чёрную бороду и заговорил:
– Эта история началась, когда светило ещё имело своего спутника и название. Но поругались братья и разошлись по разным мирам. Ушёл старший от нас, позволив младшему светилу скидывать на землю лучи и тепло своё, но забрал имя. И неведомо нам, как называть его теперь. И тогда вышли существа, что не могли жить под двумя светилами, ведь была их кожа бледна и тонка. И звались они повелителями. Каждый из них повелевал своими владениями и существами. Говорят, что это были боги. Но вели они себя порой как люди: сражались, влюблялись, заводили потомство. Много их было, но не о многих дошли до нас истории. Говорят, что поругались между собой брат с сестрой, как бывает, за выделенную им территорию. Родственниками кровными они были до того столкновения. Судьба и Случай. Собрали войска, пошли друг на друга. Много столетий длилась кровопролитная война, много богов в ней полегло. А кто выжил – попрятались по своим норам и почти не поддерживали связь между собой. Люди начали заселять брошеные земли, поклонялись богам, дабы не прогневить их. Да вот только чхать богам на наше поклонение. Им всегда хотелось нашей крови. Насылали они на люд болезни и смерть, засуху и заморозки, потопы и ураганы. Хотят боги вернуть себе былую мощь и территорию. Да вот поздно они спохватились. Осели люди. Прижились. Многие божества тогда начали требовать жертвоприношения, дабы утолить желание крови. Некоторые ушли насовсем. Некоторые умудрились ходить по мирам. Говорят, что брат богини Сэлис смог проследить за старшим братом нашего светила и пойти в тот мир, где теперь раскидывает лучи он. Эштус нашёл себе там дом и очень редко возвращался сюда – на родину младшего светила. Да и сестра его старшая с каждым появлением родственника войну затевала. Выгнать брата хотела.