Страница 77 из 89
- А если я не согласен?
- Значит, скажете в присутствии полиции, - милостиво кивнул Чернышов. Судя по тому, как лицо собеседника перекосило, вмешивать в этот деликатный процесс полицию ему совершенно не хотелось.
- Хорошо. Может, отойдем куда-нибудь? – он показал на детскую площадку на другом конце двора. Если качели всё же использовались подрастающим поколением по назначению, то песочницу облюбовали местные коты, и запах там стоял соответствующий. Поэтому Лара показала немного в сторону:
- Лучше туда.
Они направились к тому самому тополю, который когда-то так приглянулся Валере. Да уж, оказывается, стоит поближе столкнуться с не самыми приятными сторонами жизни, и неверный супруг твоей подруги начинает восприниматься, как вполне терпимое зло…
- Вы ведь уже были сегодня в больнице?
- Да.
- К Алине заходили? – садиться Михаил не стал, как, впрочем, и прятать глаза. Смотрел он только на Ларису, чем немного нервировал. Дождавшись, когда она отрицательно покачает головой, продолжил. – Я ещё вчера хотел всё рассказать, но…
- Струсил? – Чернышов встал за спиной Лары, положив тяжелую ладонь на её плечо. И хотя на улице было жарко, от неутихающего ощущения опасности она готова была обхватить себя руками, потому тепло его пальцев было очень кстати.
- Струсил, а теперь уже смысла нет таиться, - согласился Миша и всё-таки сел на лавку. – Простите, что подставил с этими перчатками, на самом деле я не хотел сваливать всё на вас. Сам не знаю, на что надеялся.
- Миш, давай ты начнешь с самого начала, потому что я ничего не понимаю, - она чуть качнулась вперед, и была тут же остановлена мгновенно усилившейся хваткой на плече. Оглянувшись на Чернышова, Лариса наткнулась на предупреждающий взгляд и решила впредь подобных демаршей не совершать. А то с него станется действительно отправить её или в машину, или домой.
- С начала… - он на мгновение задумался. – Вы же говорили с Катей?
Кто такая эта Катя, Лара не знала, потому вопросительно посмотрела назад.
«Бывшая жена», - почти беззвучно проартикулировал Сашка, вслух же ответил:
- Да.
- Значит, из-за чего развелись, в курсе. Она позвонила мне вчера, сказала, что кто-то интересуется подробностями нашего брака. А тут ещё Лариса Николаевна собралась к Алине в отделение, вот я и запаниковал.
Несмотря на то, что его взгляд чаще останавливался на Ларе, говорил он Чернышову. Тот же взял на себя общение с кающимся.
- Тогда и отправил анонимку?
- Да. С рабочего компа, который стоит в приемной. Марина куда-то отошла, вот я и… Алинка очень хотела ребенка, а я всё никак не решался рассказать, что с этим будут проблемы. Она по обследованиям бегала, я морозился, говорил, что всё со здоровьем в порядке. А пару месяцев назад она начала допоздна задерживаться на работе. Вроде, и причина уважительная, помните, как раз трудовая с проверкой приходила?
Помнила ли Лариса? О, да, такое трудно забыть, до сих пор впечатления свежи. Бывший сотрудник, который был прекрасным плиточником и не менее выдающимся алкоголиком, что выяснилось далеко не сразу, оскорбился, когда его после очередного запоя уволили по статье. Оскорбился настолько, что написал во все инстанции. Большинство претензий удалось утрясти, обойдясь малой кровью, но трудовая была неумолима, поэтому некоторое время Лариса едва ли не ночевала на работе. Так же, как и Костя с Алиной. Других сотрудников это коснулось меньше, но им досталось по полной программе.
- Помню.
- Я как-то приехал уже часов в одиннадцать вечера, хотя Алина просила не встречать, а ложиться спать, хотел жену забрать, она вышла под ручку с Константином Сергеевичем. Он её в свою машину усадил. Я на светофоре отстал, приехал домой, прождал во дворе почти час, пока они явились.
Что-то такое Лара слышала, но вспомнить сходу не получилось, потому нахмурилась, напрягая память. Костя же ей ещё рассказывал, как отвозил Алину, а по дороге…
- Он тогда колесо пробил, - вдруг выпалила она. – А запаски не оказалось, пришлось вызывать техпомощь. Ещё смеялся, что ни одно дело не остается безнаказанным, надо было Алину на такси отправлять, а не играть в благородство.
- Я уже знаю, - Миша невесело хмыкнул. – Ну, а полторы недели назад она сказала, что беременна. Я сначала думал, что прибью её, а потом… Решил, раз уж мне в этом плане не светит, без разницы, от кого он, признаю, как своего. Сделал вид, что поверил, даже отлегло немного. Когда ей стало совсем плохо, Авдеев отпустил, но с явным недовольством, сказал, чтобы денек дома отсиделась и выходила на работу. Вот тогда меня такое зло взяло, хотел поговорить с глазу на глаз. Раз уж она от него залетела, то пусть хотя бы относится нормально и нервы не треплет. Про то, что он задержится, я знал, он вам при мне звонил насчет договора. Я сначала к Алине поехал, но её снотворным накачали, вот и решил вернуться и пообщаться. Медсестра на обходе была, отделение оказалось закрыто, я вышел через запасную лестницу, но во двор попасть не смог – дверь оказалась заперта. На втором этаже было очень людно, народ постоянно туда-сюда бегал, так я и вышел.
- Но Авдеев говорит, что не видел нападавшего, - Сашка переместил ладонь с плеча на талию, заметив, как Лара ёжится то ли от рассказа, то ли от временами налетавшего сквозняка. – Значит, разговора не получилось, почему?
- Говорю же, меня переклинило. Он стоял спиной к входу. Когда я заходил, мне какая-то рекламная смс-ка пришла, телефон завибрировал. Он услышал и спросил: «Солнце, это ты?» Я почему-то сразу решил, что он ждал Алинку, вот и схватился за то, что первым под руку попало. Уже потом понял, что он её никак не мог ждать, раз знал, что она приболела.
«Солнце»! Не «Лариса, это ты?», как передала ей Марина, а именно «солнце»!
- Он же так называл всех женщин вплоть до уборщицы, привычка такая, - Лариса раздосадовано покачала головой. – А перчатки откуда?
- Когда он упал, я слегка очухался, понял, что натворил. Стал протирать всё, за что хватался, решил, что лучше делать это в перчатках. Я думал выйти из офиса, на углу возле почтамта стоит таксофон, собирался с него позвонить в «Скорую». Уже когда хотел выходить, вы как раз приехали, через проходную спускаться нельзя, решил подождать в туалете, пока вы пройдете. Про перчатки я напрочь забыл, уже позже понял, что я их скомкал и в карман сунул.
- А потом решил на всякий случай сбросить их так, чтобы, если что, подумали на Ларису. - Если Лару его рассказ пусть не растрогал, но чуть смягчил, то Чернышов, похоже, сочувствием не проникся. – С чего тогда сейчас на исповедь пришел? Или решил, что зачтется, если добровольно всё расскажешь?
– Алина тогда просыпалась, оказывается, у неё на успокоительное не совсем нормальная реакция. Когда вы пришли, она что-то начала подозревать, потом созвонилась с Мариной, та ей всё рассказала, вот жена и сделала выводы. Про мою проблему она знала ещё полтора года назад, когда я отказался идти к врачу. Она использованный презерватив на анализ отнесла. А потом тайком давала мне таблетки, так что ребенок мой, - он опустил голову и сгорбился. – Был. Беременность замерла.
Лариса беспомощно оглянулась на Чернышова, не зная, что сказать. И можно ли было вообще подобрать слова. Вроде, она же презирать и ненавидеть его должна, но не получалось. Самой сильной эмоцией была острая до боли жалость. И злость на то, что, как и многие мужики, вместо нормального разговора по душам предпочел сделать ошибочные выводы и наломать таких дров. Ещё больше было жаль Алину, вот уж кто точно подобного не заслуживает…
- Лар, иди в машину, - Саша мельком посмотрел на окна дома, но отказался от этой идеи, не собираясь выпускать её из поля зрения даже на то время, что понадобится на подъем в квартиру.
- Но…
- Пожалуйста.
И хотя вопросов у Ларисы было ещё множество, она прикусила язык и, кивнув, взяла у него ключи. В конце концов, Саша точно не забудет расспросить о счете и причастности Миши к нему. Но почему-то Лара была уверена, что он об этом ни сном, ни духом, и теперь придется начинать поиски заново.