Страница 4 из 13
Американские бумажки памяти почивших президентов, с цифрой сто, здесь привычнее весёленьких и нестандартных по размеру европейских фантиков. Причём было так всегда, ещё до того, как встал вопрос об их существовании. С индийской купюры любого достоинства на вас смотрит, ласково, по-ленински улыбаясь, дедушка Ганди. Оно и не мудрено, Ганди обоснованно носит звание Махатмы, а это даже значительнее, чем «святой». Это маха святой, то есть «очень святой». Тем более что для большинства индийцев он значит гораздо больше, чем Ленин для советского человека, и это искренне, а не по указанию сверху, как бывало у нас. В последние годы выпустили в обращение две экспериментальные купюры достоинством пять и пятьдесят рупий без портрета вождя. Но эксперимент свернули из-за «глубокого возмущения» общественности, а банкноты эти стали нумизматической редкостью. Индийцы консервативны в своих привязанностях и традициях.
Как и у любого народа, у индийцев сложилось сленговое обозначение достоинства купюр. Если у русских десять рублей называют – червонец, то у индийцев – дар. Пятьдесят рупий – парнас или пачас. А сто – чамбар. Рекомендую запомнить, и вы будете выглядеть на рынке «своим пацаном», а это, глядишь, даст вам преимущества для торга.
В Индии существует два государственных языка, которые, по-хорошему, должны знать все граждане. Это английский и хинди. Третий по значимости язык называется бенгальский, потом идут маратхи, наш Гоанский конкани, где-то на шестом месте – урду, на нём говорит исламская Индия, и до Гоа он почти не дошёл, тут сейчас не много мусульман, по местному – муслимов. Поэтому про такой язык многие гоанцы и не слышали. Вообще, количество языков на Индостане по некоторым данным исчисляется сотнями. Но это скорее диалекты, однако, есть языки абсолютно отличные, к тому же более древние, чем хинди. К примеру, наш гоанский язык называется конкани, по утверждению учёных он когда-то лёг в основу древнего санскрита и, впоследствии, хинди. И среднестатистический индийский гражданин знает несколько языков. Свой местный, хинди и английский, и ещё на всякий случай пару соседских. Как уже упоминалось, локал (местный) язык у нас конкани, а в соседней Махараштре есть свой язык – марати. И гоанские локалы (местные жители) обычно знают их оба. Такое разнообразие языков и написания букв приводит к тому, что жители удалённых районов Индии, пытаясь объясниться между собой на хинди, помучившись немного в непонимании, переходят на простой и примитивный английский язык, и тогда взаимопонимание устанавливается. Но справедливости ради стоит сказать, что пятнадцать процентов индийцев, а по некоторым данным гораздо больше, не знают английского языка, да и вообще никакого, кроме местного. Но больше это утверждение относится к людям пожилым и старым. Молодёжь, если она не из самой низшей касты или глухой деревни в джунглях, языком своих прежних главных колонизаторов владеет. Но всё-таки, рекомендую развивать в себе абстрактное мышление, фантазию и актёрские навыки, если покупать овощи и фрукты вы собираетесь на рынке, а кроме рынка сельхозпродукцию купить можно только на овощных развалах, где цены выше. Навыки пригодятся вам в традиционной восточной забаве – поторговаться. Учитывая, что продавец может не иметь высшего английского филологического образования, вам придётся изъясняться с ним жестами и тыканьем пальца в кнопочки калькулятора. А также, для пущей убедительности, советую научиться делать страшные круглые глаза, как у злодеев из индийского кино. Если вы в данный момент проживаете в Москве или Питере, вступайте в клуб любителей этого захватывающего вида искусства, в больших городах России они тоже наверняка имеются. Вам не понадобится много времени, чтобы перенять пару-тройку приёмов, и вы будете хорошо подготовлены для общения с индийскими крестьянами.
Уровень знания английского языка не напрямую зависит от местности проживания его носителя. Вы можете не понять произношение культурного чиновника в аэропорту, зато прекрасно пообщаться с брахманом из деревенском храма. В Индии в целом, и в Гоа в частности, ещё по заветам дедушки Ганди стал воплощаться в жизнь величайший лозунг Советской эпохи в истории России: «Деревню с городом сравняем…». Даже в больших городах вполне реально встретить бредущих по своим надобностям коров, мимоходом по пути зажёвывающих брошенные картонные коробки. На окраинных станциях делийского метро даже существует должность «специально обученного» вышибалы, предотвращающего проникновение коров в подземку. Животина в Индии святая, потому бесцеремонная, сильно бить её не представляется возможным из-за последующих проблем с Кармой, посему охранники и проходят предварительный инструктаж, ведь попади она на станцию метро, могут возникнуть проблемы, в том числе и религиозного плана. Или приехав в деревню, состоящую из хижин с крышами, покрытыми пальмовыми листьями, можно обнаружить шалаш со спутниковой тарелкой на бамбуковом шесте и гордой надписью «Internet cafe».
Однажды в провинции Пернем, на самой окраине Гоа, в абсолютно не туристическом, глухом месте, я остановился на перекрёстке в недоумении, куда двигаться дальше. Заметьте, было это в те времена, когда навигатор являлся редкостью, если вообще был тогда изобретён, по крайней мере, у меня такого девайса нет до сих пор, обхожусь и не парюсь. Рассчитывал я только на себя и помощь своего неоконченного театрального образования, которое получил в период «моих университетов». По плану, я решил членораздельно произносить название нужного мне населённого пункта и тыкать пальцами в разных направлениях, пока ответчик не кивнёт утвердительно головой в тот момент, когда мой палец задержится на нужном (именно так решались навигационные проблемы). Не успел я выбрать жертву среди двух стоящих в ожидании автобуса людей, как один из них подобру-поздорову направился ко мне и на чистейшем английском языке с оксфордским произношением, испросил о причине моей остановки и видимом на лице недоумении. Я не сразу нашёлся ему с ответом. Мой английский родом из Индии, я жил в ее столице Дели с родителями в советские времена, то был конец шестидесятых – начало семидесятых. Поэтому я неплохо понимаю язык «индгриш», то есть индийский английский и теряюсь в общении с англичанами, особенно лондонцами, этих я могу немного разуметь на третий день общения. Про американцев можно и не говорить, их речь напоминает пережевывание гамбургера вперемешку с детским «агу». Товарищ с перекрёстка ну никак не походил даже на дальнего потомка англосаксов, скорее, на бухгалтера из индийской сельской конторы самоуправления. О принадлежности к интеллигенции в нём говорили: урожденно белая рубашка цвета сумерек с длинным рукавом и ботинки с носками))). Когда я изложил ему причину моего угнетённого состояния духа, он рекомендовал не печалиться, а воспользоваться той удачей в его лице, что послало мне Провидение. И если я соблаговолю выслушать его объяснения, то без труда найду нужное мне направление к побережью, жаль, что ему не по пути со мной, и он не сможет составить мне компанию. Компанию мне он составить всё-таки сумел. В благодарность я решил сделать небольшой крюк и подвезти его. Но главной причиной дополнительного расхода бензина было пообщаться с деревенским интеллигентом по дороге. Я не сразу доверился своим ушам, он и впрямь учился в Оксфорде и двенадцать лет прожил Манчестере. Но разочаровался в европейском образе мыслей и решил вернуться на родину, послужить во благо её. Вот уж поистине верно гласила советская присказка: Индия – страна контрастов.
Про восточную обязательность и пунктуальность ходят легенды. Немного поясню, что в них вымысел, а что совсем неправда. Когда индиец говорит вам: «вейт файф минат», то есть «подождите пять минут», это не означает, что даже по прошествии получаса вы дождётесь их истечения. Пять минут по восточному времяисчислению – это не временной отрезок, это образ, некий символ того, что ваша просьба или заказ будут когда-либо исполнены, но ни в коем случае не обозначает, что именно за тот промежуток, который проходит минутная стрелка часов сектор круга, поделённый на равные двенадцать частей. Время на востоке – величина не постоянная и движется совершенно по другим физическим законам, нежели те, к которым привык европеоид. Если у арабов «пять минут» могут длиться до получаса, то в Индии они иной раз растягиваются на сутки, а бывало, и дольше. Причин тому множество – от философских до религиозных и ментальных. Время здесь не имеет такого значения, как на Западе. У гоанцев даже есть поговорка: «Никогда не делай сегодня то, что можно отложить на завтра». К слову, в языке хинди понятие ВЧЕРА и ЗАВТРА звучат абсолютно одинаково – КАЛ. И в этом огромная жизненная сила их существования. Что вчера, что завтра, всё едино – КАЛ. Поэтому ведя в Гоа бизнес и планируя свои дела, факт сей не учитывать, по меньшей мере, опрометчиво, а в худшем случае – убийственно для бизнеса и вредно для вашего психического здоровья. Так что если вы соберётесь сюда на полу-ПМЖ или на целое, пометьте это красными буквами в своём ежедневнике. И то, что не успели сделать КАЛ, не спешите воплощать сегодня, на это у вас есть КАЛ, а ещё лучше послеКАЛ или после-послеКАЛ. Живите сегодня, ЗДЕСЬ и СЕЙЧАС.