Страница 39 из 60
Мы находимся посреди болот. Дождь прекращается ровно настолько, чтобы позволить лучам света пробиться сквозь облака, окутавшие вершины холма, освещая синие воды Лох-Стэмстера. Низкие холмы болота представляют собой смесь мха зеленого, фиолетового и коричневого цветов, а посредине - полукруг из повидавших многое камней.
— Вау, — говорит Джессика, приближаясь к ним, словно в трансе.
Вблизи камни покрыты желтым и белым лишайником, свидетельством того, как долго они стоят здесь. Некоторые из них доходят до колена, другие практически с меня ростом. По бокам круга трава золотистая, а внутри зеленая, словно каждый месяц кто-то приходит сюда и косит ее. Хотя я знаю, что это не так.
Пока мы здесь, никто из нас ничего особо не говорит. Это тот тип места, которое требует уважения и молчания. Тяжелое, почти сверхъестественное чувство висит в воздухе, словно можно приблизиться и заглянуть в прошлое. Никто не знает, почему камни были расположены в таком порядке, как и в Стоунхендже, это по-прежнему остается загадкой. Может быть, это инопланетяне, возможно, Пикты, создали календарь, может кто-то, создавший раннюю версию садовых гномов. Кто знает.
Джессика останавливается у камня высотой до талии, предпочитая опереться на него вместо трости, когда смотрит на темно-синие воды озера по соседству. Она выглядит задумчивой, волосы танцуют вокруг ее лица, пока ветерок, наполненный смесью травы, грязи и охлажденный горными ручейками, дует на нас. Мы оба одновременно делаем глубокий вдох. Этот воздух, возможно, самый чистый, которым я дышал.
Позволяю ей несколько минут побыть в трансе, разобраться в том, в чем ей нужно разобраться и, надеясь, что большие открытые пространства очищают ее душу.
Затем спрашиваю:
— Если бы ты жила в те временна, когда здесь появились камни, каким человеком была бы?
Она поворачивает голову ко мне и хмурится.
— Что?
— Представь, что ты живёшь в бронзовом веке, тысячи лет назад... кем бы ты была? Все ещё самой собой?
Она слабо улыбается.
— Не слишком ли мы погружаемся в нашу поездку? Я не знаю. — Она пожимает плечами, оглядываясь на горизонт, и делает глубокий вдох. — Легче представить, что они здесь, чем мы там. Разве тогда не кажется, что мы окружены призраками?
Так и есть.
Она пробегает пальцами по верхней части камня, лаская его, словно любовника.
— Не уверена, кем была бы. Мы - продукт генетики, или следствие того, сколько времени провели в этом мире? Влияет ли то, как мы были воспитаны? Природа против воспитания. Может быть, я была бы ведьмой, может быть, убежала бы из семьи посреди ночи на спине темной лошади. Кто знает, в какую беду я бы попала.
— Если попала в беду однажды, будешь попадать в неё всегда? — спрашиваю я.
— Полагаю, так.
— А я бы там был?
Она тихо отвечает, словно звук ее голоса может помешать мертвым.
— Могу лишь надеяться. — Смотрит вниз и жует губу. — Насколько глупо это не звучало бы... думаю, ты бы был там. Кажется, я знаю тебя всю жизнь.
Господи. Что эта женщина творит со мной?
Я едва могу дышать, ее признание заставляет мое сердце ускоренно биться. В третий раз за сегодня, я понимаю, что влюбляюсь в нее сильнее и сильнее.
— Я чувствую то же самое, — удаётся сказать мне. Твою мать. Говорю как подросток.
Оставляю эти мысли и подхожу к ней, протягивая руку.
— Пойдём, мы ведь не хотим пропустить ужин в отеле.
Она берет мою руку, и мы идём по траве к машине, камни стоят по обе стороны от нас.
— А куда мы направляемся? — спрашивает она.
Я не сказал ей. Хотел, чтобы это был сюрприз.
Сам город Вик не очень интересен. В нем есть определенное очарование старого города и привлекательная набережная, но это - тень того, каким он был раньше, во времена расцвета добычи сельди. Шоссе ведет нас через город, но наш пункт назначения немного за городом.
Проезжая несколько миль, я сворачиваю направо к замку Акергилл, направляясь вниз по узкой полосе грязной дороги, окруженной золотыми и краснолистными деревьями.
— Ещё один замок? — спрашивает она, выглядывая из окна.
Я лишь улыбаюсь.
Дорога доходит до гигантского круга - поле с пятнистыми овечками посередине. Во главе круга, на берегу Северного моря, находится замок Акергилл. Он не такой впечатляющий, во всяком случае, на первый взгляд, как замок Данробин. Сравнительно небольшой, с красивой высокой центральной башней с зубчатыми стенами. Но разница в том, что в этом замке можно остановиться на ночь.
— Это наш отель на ночь, — говорю я, паркуя машину рядом с «Ленд Роверами» с логотипом замка на них.
— Ты шутишь, — отвечает она, широко открытыми глазами глядя на замок. — Люди могут останавливаться здесь?
— Мы можем, Рыжик. Пойдём, заселимся.
Мы оставляем сумки в машине и заходим в массивные укрепленные двери замка. Внутри лишь средневековый декор, и на самом деле, замок похож на шотландский домик в более масштабном размере. Тартанские ковры, темные деревянные перила, картины оленей, рябчиков и гербы. В каждой секции есть что-то интересное, будь то чучела диких птиц в полете (или олень с клыками за стеклом), хайландский рогатый скот или декоративные модели кораблей. Когда наконец-то находим стойку регистрации, петляя по комнатам на первом этаже, мы направляемся в наш номер.
В этом отеле нет лифтов (в конце концов, его построили в пятнадцатом веке), поэтому нам требуется некоторое время, чтобы наконец добраться до нашей комнаты, пройдя по нескольким грандиозным лестницам. Это того стоит.
— Это синяя комната, — говорит молодая блондинка администратор, вставляю сувальдный ключ в дверь и открывая ее. — Раньше здесь была детская.
Комната просторная и внутри много синего. Синие обои, небесно-голубые и цвета слоновой кости кресла и синее с белым покрывало с синим балдахином над ним. Мебель цвета темного дерева. Есть зона с одним стулом, окруженным тремя длинными окнами с обеих сторон, выходящими прямо на море и руины еще одного замка вдалеке.
Ванная более или менее простая. Размера квартиры, которая была у меня, когда мне было лет двадцать. С ванной и душем, и одним из тех унитазов, где сливной бочок расположен высоко на стене. Чтобы смыть за собой, надо потянуть за шнур.
Море везде вокруг нас, ветер проникаем сквозь оконные трещины, борется с тонкими белыми занавесками. Воздух наполнен солью и солнечным светом.
— Все хорошо? — спрашивает администратор, и, когда Джессика отвечает ей «да», девушка предлагает нам чувствовать себя как дома. Мы можем отдохнуть в любой из главных комнат внизу, и нам подадут алкоголь, когда захотим. Ужин будет через несколько часов в главной столовой.
В ту минуту, когда девушка уходит, Джессика быстро подходит ко мне. Она побежала бы, если бы могла. Она хватает мое лицо, крепко целуя меня.
— Спасибо, — нежно говорит она у моих губ. — Спасибо. Спасибо.
У меня внутри что-то сжимается. Эмоции переполняют меня.
— Пожалуйста, — шепчу я.
Она отстраняется, пробегаясь руками по моей груди, прижимая пальцы, словно проверяя, насколько я силен.
— Откуда ты знаешь, что я фантазировала о том, чтобы побыть принцессой?
— Полагаю, это удача
Честно говоря, пока мы исследуем комнату: старые книги, сложенные над камином, собственность Синклеров, которые захватили замок, старинные зеркала и большой шкаф, я думаю о том, что в другой жизни Джессика была бы принцессой. Не потому, что она ведет себя, как принцесса, а из-за ее внешности и манер - они абсолютно аристократичны.
— Как насчет того, чтобы подняться на самую вершину башни с зубчатыми стенами? Девушка рассказала, как это сделать. Там мы можем предаться твоим мечтам о том, чтобы стать принцессой. Бьюсь об заклад, оттуда открывается потрясающий вид на море.
Джессика с энтузиазмом соглашается, и мы выходим из комнаты в поисках приключений.
Но нас ожидает проблема.
Чтобы добраться наверх, нужно пройти по коридору и подняться по другой лестнице. Затем на том же этаже пройти через другую дверь и добраться до крошечной винтовой лестницы, сделанной из камня. Я едва ли могу подняться по ней, мои плечи прижаты к каменным стенам, и ступеньки слишком узкие, как для Джессики, так и для ее трости. Проход настолько узкий, что я даже не могу посадить ее себе на спину. Мы просто не поместимся.