Страница 46 из 109
ГЛАВА 8
Первые пять дней путешественники ночевали под открытым небом, а на шестой остановились в маленькой деревне, хорошо знакомой Бануину. Несколько десятков людей построили домики на берегу широкой реки и зарабатывали на жизнь ловлей рыбы или буксировкой барж в Гориазу. Люди были смуглые и темноволосые, и Иноземец сказал, что давным-давно, много сотен лет назад, они пришли сюда с восточных гор, где вели бродячую жизнь.
Жители деревни оказались приветливы и пригласили Конна и Бануина присоединиться к общей трапезе в длинном деревянном зале, крытом сухой травой. После еды - черного хлеба с тушеной рыбой - принесли несколько музыкальных инструментов, и худой рыбак запел глубоким баритоном. Когда песни иссякли, люди затопали ногами в знак благодарности, а потом отправились по домам. Конн и Бануин остались в обществе старосты деревни, хорошо сложенного чернобородого человека по имени Камоэ. Его молодые жены убрали посуду, и он предложил гостям кувшин с пивом. Напиток был несвежий и выдохшийся, и Конн едва смог его пить.
- Далеко отправляетесь? - спросил Камоэ.
- До самого Каменного Города, - ответил Бануин.
- Вам придется проехать через опасные земли. Тургонская армия наступает на кердинов. Думаю, близятся большие сражения.
- Меня хорошо знают среди кердинов. Их король, Алеа, мой старый друг.
- Алеа мертв. Говорят, утонул.
- Печально слышать. Он был хорошим человеком. А кто наследовал ему?
- Не знаю, - пожал плечами Камоэ. - Говорят, что они собрали сто тысяч бойцов, которые жаждут вырвать сердца у людей Каменного Города. Думаю, им это не удастся. Мне кажется, что Джасарей - воплощение дьявола.
- Он не дьявол, - сказал Бануин, - а хитроумный и способный генерал.
- Сколько пройдет времени до того, как они придут на наши земли?
Баунин развел руками.
- Два года, может быть. Но тебя они не тронут, Камоэ. Будут покупать у тебя рыбу.
- Они тронут нас всех. Я - гат. И буду сражаться, когда меня призовут. - Он перевел взгляд на небольшой мешок рядом с Бануином. - От этого пива только в брюхе урчит. Помню, у нас как-то был добрый улов красной нерки, и мы прикупили несколько кувшинов напитка янтарного цвета. Хорошие были дни.
- Так получилось, - проговорил Иноземец, - что я запомнил, как ты его любишь.
Сунув руку в мешок, он извлек на свет два кувшина с вином, завернутых в солому, и передал один Камоэ. Староста деревни сломал восковую печать, поднес сосуд к губам и сделал несколько глотков.
- Чудесно, - проговорил он. - Великолепно льется в глотку. Сколько я должен?
- Ни медной монетки, друг мой. Приятно видеть тебя снова. В мешке есть второй кувшин, и ты можешь наслаждаться им после нашего отъезда.
Камоэ наклонился и похлопал Бануина по плечу.
- Ты слишком хорош для человека Каменного Города. Тебя, часом, не подбросили в детстве?
Путешественники спали ту ночь в зале, а потом продолжили путь на восток. Чем дальше они ехали, тем больше слышали о продвижении армии Камня. Джасарей собрал пятнадцать тысяч человек. Кердины сильно превосходили их числом.
- Может, тургонцев сокрушат, и угроза перестанет существовать, предположил Конн.
- Сомневаюсь, - ответил Бануин, натягивая поводья и спешиваясь, чтобы дать лошади передохнуть. Коннавар последовал его примеру.
- А как будет спланирована битва? Бануин задумался.
- Пятнадцать тысяч - это пять Пантер и один фланг кавалерии. Каждая Пантера состоит из трех тысяч пеших солдат. Кавалерию составят союзники, племена, которые враждуют с кердинами. Джасарей вторгнется на территорию племени и попытается столкнуться с противником лицом к лицу. Они разобьются о его войско, как волны о скалу.
- А что, если они не атакуют его в лоб?
- Тогда он сровняет с землей их деревни, продаст их жен и детей в рабство. Вытопчет их посевы и сожжет урожай. Им придется сражаться с ним.
Бануин не забывал по пути учить Конна тургонскому языку и истории Каменного Города. Давным-давно, побежденные в забытой войне, их предки бежали через море, чтобы основать новый город. Тогда они увидели сияющий знак в небе - огромный камень явился из облаков, горя на лету. Он упал на лесистый холм и снес все деревья. На этой земле они построили храм, а вокруг раскинулся деревянный город, окруженный стеной. Шли годы; тургонцы подавляли соседние племена и становились все сильнее. Постепенно деревянный город стал каменным с высокими стенами, акведуками, храмами и школами.
Конн слушал сосредоточенно, но особое внимание уделял разговорам о войне и стратегии, о народах, побежденных за последние двадцать лет.
- Я ненавижу их, - сказал Конн. - Они творят зло.
- А в чем заключается это зло? - спросил Бануин. Путники поднимались на очередной холм, ведя вереницу из шести лошадей.
Конн указал на маленькую деревню у реки.
- У тех людей есть своя жизнь, в которой каждый зависит от искусств соседа. Они образуют сообщество, трудятся и преуспевают. Это хорошая жизнь, потому что так же живут риганте. Они заботятся друг о друге. Люди Камня захватят плоды их трудов грубой силой. Разве это не зло?
- Вопрос надо ставить куда шире, - ответил Иноземец, осаживая коня. Поехали, мы сделаем небольшой крюк через холмы.
- Зачем?
- Тебе надо кое-что увидеть, - улыбнулся Бануин.
Они ехали в гору все утро и полдень. Обоим всадникам пришлось накинуть плащи, потому что ветер на высоте был куда холоднее. К сумеркам они достигли скального гребня, поросшего редким лесом. Бануин спешился и завел лошадей в неглубокую пещеру, разжег там костер и приготовил на ужин тушеное мясо. В свете костра Конн увидел, что стены покрыты изображениями - оленями и бизонами, львами и медведями. То здесь, то там, виднелись выцветшие красные отпечатки рук, крупных рук с длинным большим пальцем.
- Кто сделал это? - спросил он.
- Древние. Некоторые из них до сих пор живут в горах, прячась от мира. Их осталось очень мало, не больше сотни. Они похожи на нас и в то же время не похожи. У них низкие лбы и большие челюсти.
- Ах да, - улыбнулся Конн. - Уродливый Народ. Они некогда жили около сидских лесов. Наши легенды говорят, что они воровали детей и пожирали их. Их уничтожил Элгарет сотни лет назад.