Страница 3 из 8
Ойкнув и залившись густой краской, Вэяра отскочила назад, не зная, куда спрятать взгляд.
А воин с искренним удовольствием наблюдал за настоящей и ни на что не похожей реакцией этой девушки. Привык мужчина, что при виде него дамы распускают один или два шнурка в корсете, беззастенчиво улыбаются и бросают многозначительные взгляды.
Эта девушка из деревни вела себя совершенно иначе, и рыцарю от этого становилось весело. Подогревала эта ситуация его интерес. Хотелось узнать, что же дальше-то будет.
– Возьми, – проговорил рыцарь, протягивая ведро его хозяйке.
Вэяра вздрогнула от мягкого обволакивающего голоса и наконец подняла взгляд. Щеки ее алели от смущения: никогда прежде она не подходила ни к одному мужчине так близко. Даже на праздничных танцах не позволяла парням обнимать ее за талию и усаживать на плечи.
Если бы она себе такое позволила, то языки непременно донесли бы слухи до Маргет, а та, в свою очередь, уже отхлестала бы сестрицу солеными розгами за вольное поведение.
Набрав воздуха в легкие, будто перед прыжком в воду, Вэяра вновь протянула руку и на этот раз коснулась теплого отполированного дерева, а не горячей кожи.
Как опускала ведро в колодец, крутила колесо вначале в одну, а потом в другую сторону, она не запомнила. Перед глазами то и дело стояло усмехающееся лицо с большими темно-синими глазами, в которые хотелось глядеть, не отрываясь.
Лишь когда влажный деревянный бок коснулся ее руки, Вэяра словно из омута вынырнула, силой воли откинула от себя постыдные мысли и протянула ведро воину.
Рыцарь больше не улыбался, смотрел девушке прямо в глаза. А затем, протянув руки за ведром, мазнул ее пальцами по тыльной стороне ладони, словно хотел посмотреть на реакцию, вновь вогнать ее в краску.
Но Вэяра, закусив до крови щеку, смогла не поддаться резко поднявшейся в груди волне тепла. С ней подобное происходило впервые и до ужаса пугало. Сейчас ей одновременно хотелось оказаться как можно дальше от этого господина и как можно ближе. Уткнуться носом ему в грудь, провести пальцами по мышцам на руках и смотреть в эти глаза. Вечность смотреть в эти глаза.
Удивившись тому, как резко меняется реакция этой девчушки на его прикосновения, мужчина поднял тяжелое ведро и припал к его бортику губами.
Ледяная вода сводила скулы, лилась по шее, мочила нижнюю рубаху, спрятанную под латами.
Он зажмурился от удовольствия. Делал глоток за глотком.
И нет, до тех пор, пока он не налетел на Вэяру, воин не хотел пить. Зато теперь словно пламя прошлось по его горлу, иссушило, покрыло трещинами. И только вода из колодца, принесенная руками этой светловолосой девушки, могла утолить его жажду.
Мысленно улыбаясь такому неожиданному приключению, мужчина отслонился от ведра и натолкнулся на взгляд ясных светло-голубых глаз. Она смотрела на него с немым вопросом, который не смела озвучить.
Зрачки расширены, руки мелко подрагивают.
И сейчас воин мог признаться сам себе, что ему нравится то, как на него смотрит эта девчонка. Но время неумолимо убегало, мимо проходили последние пешие воины и слуги. Ему нужно было возвращаться в замок.
Первым сориентировался его конь. Он бесцеремонно шагнул вперед и уткнулся мордой в ведро, допивая воду, оставленную хозяином.
Вэяра хихикнула и тут же прикрыла ладонью рот, словно боялась, что сейчас ее накажут за то, что она посмела рассмеяться в компании высокородного.
– Ну все. Все, – рыцарь оттолкнул морду лошади и погладил скакуна по гриве.
Тот недовольно фыркнул, но ласку принял. Ведь не так часто хозяин обращал на него внимание.
– Спасибо за то, что не позволила нам погибнуть от мучительной и неблагородной смерти, Вэяра, – мужчина проговорил ее имя, растягивая гласные звуки. И настолько мучительно долго это звучало для девушки, что она не выдержала и тихо выдохнула через сомкнутые зубы.
В это мгновение она была готова наплевать на все сестринские запреты и согласиться сесть на этого высокого черного жеребца, поехать вместе с этим странным и таким притягательным мужниной. И ей было абсолютно все равно, что стали бы говорить соседи, как сильно разозлилась бы на нее Маргет и чем закончилось это запретное путешествие.
Она бы поехала с ним, если бы он предложил.
Сама Вэяра понимала, что это глупо. Но это понимание оттеснялось назад каким-то другим, неведомым досель чувством. Оно было мягким, как перина. Обволакивающим, как мед. И таким желанным, как река после знойного рабочего дня. Таким, что девушка уже приготовилась сказать «да».
Но ее постигло разочарование, ведь рыцарь поставил опустевшее ведро на землю, скользнул по ней взглядом, а потом ловко запрыгнул в седло черному жеребцу.
– Береги себя, Вэяра, – широко улыбнулся он, а солнце заплясало на черных волосах яркими бликами. – У тебя слишком красивое имя, чтобы гибнуть под копытами лошадей.
– Благодарю, милорд, – она склонилась так низко, как могла.
Но сделала это не только из-за почтения, а еще и для того, чтобы спрятать зарождающуюся обиду, которую с легкостью можно было прочитать в ее глазах.
«Я недостаточно хороша, – решила Вэяра. – Он не позвал меня с собой, а значит, я совершенно ему не понравилась!»
Рыцарь больше ничего не сказал, его скакун загарцевал на месте, а потом сразу сорвался рысью и понес своего хозяина за армией, что уже подходила к замковым стенам.
Девушка смахнула выступившие на глазах слезы и провела руками по волосам, собирая их вместе.
– Верька, – Гашала окликнула ее, когда от всадника осталось только воспоминание и пыль, поднятая лошадиными копытами.
«Боги, она все видела, – подумала Вэяра. – Теперь вся деревня будет знать, что мне полюбился мужчина из знати, а он даже не позвал меня с собой. Позор-то какой!»
– Верька, – девушка шагнула к соседке, и только тогда Вэяра заметила, как побледнела та, что считалась первой красавицей. – Ты знаешь, кто это был?
– Какой-то рыцарь, – как можно небрежнее отозвалась та, подхватывая ведро и вспоминая тепло рук незнакомца.
– Дура ты, Верька, – одними губами прошептала Гашала. – Эгнорон это был. Знакомое имя?
– Да что мне всю знать по именам знавать, что ли, надо? – хмыкнула она, злясь на то, что соседка не позволяет ей остаться наедине со своими мыслями.
– Точно дура, – хлопнула себя по бедрам девушка. – Принц это наш был! Эгнорон Тхори!
Вэяра побледнела, охнула и осела на землю.
– 2 –
Река шумела, билась волнами об берега, заглушала слова двух девушек, склонившихся над ее водами с грязным бельем. На самом деле особой надобности сюда идти не было, можно было натягать воды из колодца и постирать вещи в корыте. Но именно у реки они всегда рассказывали свои самые потаенные секреты и страхи. Только тут можно было раскрыть сердце и дождаться поддержки.
Рыжая худая девчонка с остервенением оттирала пятно от белой сорочки и искоса поглядывала на свою лучшую подругу, которая с самой их встречи ни слова не проронила.
– Верька, ну что стряслось? – не выдержала Цуна и откинула с лица мокрую прядь цвета заходящего солнца.
– Неужто не слыхала? – вздохнула Вэяра и отвела взгляд.
У нее никогда не было от Цунки секретов, и сейчас их заводить совершенно не хотелось. Но с чего начать рассказ, Вэяра решить все никак не могла. Даже когда подруга вытащила ее поутру на реку, обещая потом помочь покормить скотину, и начала расспрашивать, чего та всю ночь ревела, Вэяра молчала. Но и сама в водах речки видела, как покраснел нос и опухли глаза.
– Не слыхала, – без зазрений соврала Цуна.
Она-то и не считала это ложью. Мало ли где и что злые языки чешут. Вот пока она от подруги всю историю не узнает, выводов делать не станет.
– Рыцарю я вчера воды поднесла, – безразличным голосом произнесла Вэяра. – Напоила и его, и коня. Полюбился он мне. Да вот только не позвал с собой.
– Так ты из-за этого так расстроилась? – тряхнула мокрой сорочкой девушка. – Глупости это все, Верька…