Страница 6 из 54
— Мы рождены дикарями, — вздохнув, сказала Зена и открыла дверь учительской.
— Порочны до мозга костей, — подхватила Габриэль.
— Я не порочный, — возразил Джоксер. — Меня толкнули на эту дорожку.
Девушки засмеялись, и Джоксер просиял.
Цель достигнута.
***
Учительская была ужасно мрачной. Она навевала на Зену мысль о погибших кораблях, о нырянии в тёмную глубину затонувших останков старинного галеона или чего-то в этом роде. Этот тусклый свет, эта пыль, коричневые вылинявшие занавески на окнах…вроде как всматриваешься в мутную воду и видишь за ней занавески, столы, стулья. С затонувшими кладами, однако, пролёт.
Тяжёлый вздох.
С тех пор, как Зена переехала в Амфиполис, она проводила здесь больше времени, чем когда бы то ни было, в том числе и в собственной кровати, но это не доставляло ей удовольствия. Может, попросить Автолика хоть оклеить учительскую обоями. Или мягких игрушек понасажать. Чтобы было тут мило и по-домашнему уютно.
— А, рад вас видеть! Пришли, наконец-то! — сказал Автолик, входя в учительскую. Вид у него был слегка усталый, а может, такой вид вообще должен быть у человека, для которого старость перестаёт быть абстрактным понятием. И под глазами у него были тёмные припухшие круги.
— Страшная буря, не правда ли? Впрочем, немножко напоминает мне родину.
Несмотря на свой усталый — или самую чуточку уже немолодой вид, Автолик улыбался. Зена не знала, чему он улыбается, но знала, что она никакого повода для этого ему не давала.
— У тебя извращённое восприятие погоды, Автолик, — сказала она. — Впервые по погоде видно, что мы в самом деле живём рядом с Подземельем Ада, а ты ухмыляешься.
— Э-хм? Да, ну что ж, буря должна скоро кончиться, — ответил Автолик. — А завтра вечером открывается для публики Ярмарка Древнего Мира. Она продлится пару месяцев, и я надеюсь, вы как для развлечения, так и в целях работы сможете посетить её.
— Ярмарку? — спросил Джоксер.
— Ярмарку Древнего Мира, — ответила Габриэль. — Вроде карнавала, который бывал в древнегреческие века. Воины, разбойники, армии, короли, боги… И едят руками.
— Я за еду руками, — быстро сказал Джоксер. — Значение столовых приборов сильно переоценивают.
— Уж насчёт переоценки… — буркнула Зена.
— Габриэль, это не имеет никакого отношения к древнегреческим векам. — Автолик повернулся в её сторону с заинтересованным, хотя и неодобрительным видом. — И я уверен, что тебе это известно, поскольку ты иногда заменяешь Зену по истории. Древний Мир достиг пика в Италии в пятом веке, распространился по Европе в шестом-седьмом веках и в целом рассматривается как конец древневековья и начало того, что мы называем средневековым миром. Он символизировал собой новое представление о месте человека во вселенной и возрождение интереса к искусству и образованию.
Автолик посмотрел на друзей, ожидая, не скажут ли они ещё что-нибудь.
— И что же нам должно там понравиться? — спросил наконец Джоксер.
— Интересно, кому захочется идти на эту Ярмарку? — добавила Зена.
А Габриэль задумчиво заметила:
— На самом деле битва — звучит интересно. — Она стала в боевую стойку. — En garde!
— Если на то пошло, я возьму ≪Создания ночи≫ за пять сотен динаров, — сказала Зена, глядя на своего Наставника.
— Отлично, — ответил Автолик и начал перебирать небольшую пачку свитков. Наконец он нашёл то, что, очевидно, искал, и поднял глаза на своих собеседников.
— Вот данные вскрытия по некоторым жертвам из лесопарка за прошлую неделю, — объяснил он. — Габриэль смогла… ПОЗАИМСТВОВАТЬ эти данные из сейфа коронера.
Габриэль гордо улыбнулась:
— Можете называть меня Проф-мастером, если хотите.
— Взломщица ты, — поддразнил её Джоксер.
Зена потянулась за бумагами.
— А зачем эти дополнительные исследования? Мне казалось, ты говорил, что мы имеем дело с излишне свирепыми нападениями вампиров?
Автолик показал пальцем на рисунки.
— Да, именно так я считал. Однако после некоторых размышлений и обзора местной прессы я решил, что имеет смысл посмотреть внимательнее.
Он помолчал и добавил:
— И хорошо, что я это сделал. — На лице Короля воров не осталось и следа улыбки. — Оказывается, только у одного из жертв обнаружены обычные признаки нападения вампиров. Остальные пять были… съедены. По крайней мере, частично. Съедены животными, которые коронерам неизвестны.
Зена взглянула на рисунки и тут же пожалела об этом. Она молча передала их Автолику и подумала о маленькой Тине и её отце. По спине побежали мурашки, и она поёжилась от холода, не имевшего отношения к температуре воздуха.
Джоксер посмотрел на Габриэль:
— Может быть, Лила сорвалась с цепи?
Габриэль развернулась и двинула его по спине.
— Вот тебе и на! — возмущённо сказал Джоксер. — Стоит задать вопрос, который у каждого на уме, и подвергаешься телесным наказаниям.
— У меня на уме этого не было, — тихо и грустно сказала Зена.
— Ерунда. Ты просто боялась, что она тебя стукнет, — возразил Джоксер.
— Они считают, — сказал Автолик, кладя бумаги на стол, — что это было очень большое животное, размером с человека. Но не человек.
— Так что же это? — спросила Габриэль, поворачиваясь к Джоксеру, будто говоря: ≪Попробуй ещё хоть слово сказать о моей сестре! ≫.
— У меня нет предположений, — ответил Автолик. — И пока они не появятся, тебе, Зена, лучше проявлять особую осторожность. Остерегайся чего-то большого и быстрого. Это ≪что-то≫ настолько большое, что ты можешь его не заметить до самого последнего момента.
— Ладно. Бешеные человеки. Буду посматривать.
Автолик вздохнул и принялся перебирать пачку свитков, складывая их в стопку.
— Итак, — сказал он после секундной паузы, — как у тебя прошёл вчерашний вечер?
Зена посмотрела на стопку — это были объявления Приюта Беглецов. На каждом была указана мамина картинная галерея. Очевидно, мама распространяла объявления вчера вечером. Значит, Автолик там был. И Зена снова ощутила себя виноватой.
А кто бы тогда уничтожил Тину?
— Зена? — окликнул её Автолик.
— А? Вчерашний вечер? Превосходно.
— Превосходно? — уставился на неё Джоксер.
— А что, надо было сказать ≪супер≫? — ощерилась она.
— Нет-нет, пожалуйста! — Джоксер поднял руки. — Я только подумал, что человек в таком настроении, как у тебя…хм…будет искать кого-то, чтобы стукнуть сильнее, чем Габриэль меня. Это вряд ли называется превосходным настроением — по крайней мере, в моём кругу.
Зена вздёрнула подбородок. Она вдруг не захотела ни о чём рассказывать.
— А в моём кругу называется.
— Превосходно, — повторил Автолик и поглядел на неё, ожидая продолжения.
— Ладно! — выпалила она. — Я проткнула серебристым мечом двенадцатилетнюю девочку, но до этого в лесопарке погиб ещё один человек. Папа этой девочки пришёл сегодня утром к нам домой и рыдал на плече у моей матери, понятия не имея, что его дочь уже мертва. Вам этого достаточно?
Всем троим стало на миг неловко.
— Да, — прочистил горло Автолик. — Я понимаю, что твоей матери теперь тяжело…
— МАТЕРИ? — удивлённо переспросила Зена. — Моей матери?
— Зена, — ласково сказала Габриэль, касаясь её руки. — Если мы можем чем-нибудь помочь…
— Да, может, тебе стоит немного отдохнуть, — сказал Джоксер. — А работу с мечами оставь пока нам.
Автолик ещё раз прокашлялся.
— Хм, да, есть тема, которую, я думаю, нам следует обсудить. Не уверен, что сейчас для этого лучшее время, но полагаю, что такие вещи надо говорить сразу.
Зена наклонила голову и посмотрела на Автолика повнимательнее. Казалось, он взволнован, но, насколько она знала, ничего из того, что произошло в предыдущий вечер, его не касалось. В отличие от неё.
— Зена, — сказал он и замолчал, водя пальцами по столу. В учительской было сумрачно, и с улицы едва пробивался дневной свет. Казалось из-за этого все были грустными. И медленно соображали.