Страница 4 из 14
С Анатолием Сергеевичем Черняевым я познакомился в поездке делегации КПСС в Бельгию в середине 1972 года. Я возглавлял делегацию, а Черняев тогда работал в международном отделе ЦК КПСС. Там было немало современно мыслящих людей. Но и среди них Анатолий выделялся смелостью мышления, поиском нестандартных подходов. Я был «старше» его по положению, он – на десять лет старше меня по возрасту. Но общий язык мы нашли очень быстро.
После моего перевода в Москву наши контакты с Анатолием стали глубже и основательнее. Возникло и постепенно крепло убеждение, что это один из наиболее знающих и смелых политических аналитиков, человек способный к масштабному мышлению и самоотверженной работе. С Анатолием Сергеевичем я, как говорится, попал в десятку.
Когда он стал моим помощником по международным делам, нам не надо было «срабатываться». Эти годы стали его звездным часом, он проявил свои лучшие качества. Его роль в разработке внешней политики перестройки была одной из важнейших. Колоссальная работоспособность позволила ему не только справляться с огромным объемом повседневной работы по подготовке к визитам, беседам, встречам, но и вести дневник – бесценный материал для историков. Мы стали друзьями и оставались ими до конца.
Наша совместная работа, конечно, не была какой-то безоблачной идиллией. Были острые обсуждения, расхождения, даже конфликты. По-другому и не может быть, когда вместе работают люди с убеждениями и характером, готовые отстаивать свои позиции в серьезном разговоре и открытом споре.
Мы прошли большой и трудный путь – от первых шагов к нормализации отношений с Западом до подписания договоров о ядерном разоружении и Парижской Хартии для новой Европы, вместе пережили бурные события, приведшие к объединению Германии и переменам в Центральной Европе, и это произошло без крови! Перемены должны быть мирными, без войны, без крови – эту позицию Черняев полностью разделял и всегда действовал в соответствии с этим убеждением.
Совещание послов в МИДе. Мое выступление
В мае 1986 года я выступил на совещании послов и ответственных работников министерства иностранных дел. К дипломатам я всегда относился с большим уважением. Большинство из них восприняли импульсы нового мышления, активно взялись за реализацию новых подходов. Но многое надо было менять.
Вспоминаю, как я вошел в зал заседаний МИДа. Он был заполнен. Среди участников – дипломаты разных поколений, от ветеранов до молодых тогда сотрудников, которые стали впоследствии послами, заняли руководящие посты в министерстве. Я понимал, что от меня ждут не речи «для проформы», а чего-то действительно серьезного, и тщательно готовился к выступлению.
Недавно я перечитал ту речь. Она была опубликована всего один раз, в 1993 году, в книге «Годы трудных решений», которую давно уже не найти в книжных магазинах. Поэтому я позволю себе процитировать этот текст:
«Суть в том, чтобы доводить задуманное и начатое до конца, а у нас во внешней политике много незавершенки, долгостроя и вала.
…В международной обстановке, в которой столкнулись столь различные интересы, нельзя жить по-старому, традиционно «качать права».
…Нельзя, чтобы хотя бы на йоту пострадала надежность безопасности страны. Но надо научиться тратить на военные нужды не более, чем необходимо. Мощный потенциал оружия уже достигнут. Нужно поддерживать его на уровне, полностью обеспечивающем обороноспособность, но без ущерба для экономики.
Мощь наша сегодня достаточно велика, чтобы отбить охоту к агрессии. Это США понимают, прекрасно отдают себе в этом отчет, но не хотят выпускать нас из состояния гонки вооружений… Тут не обходится без блефа. Вы заметили, что США очень уж рекламируют все, что относится к Стратегической оборонной инициативе. Если бы на самом деле все было так и они вот-вот достигнут превосходства, то было бы больше секретности. Между тем, наоборот: все, связанное с СОИ, специально и шумно демонстрируется, чтобы вызвать у нас соответствующую реакцию. Все это надо тонко изучать: где речь идет о реальной программе и реальной опасности, а где – блеф.
Информацию, которая поступает на этот счет по линии дипломатической, нельзя иначе оценить, как негативно. Надо думать, как говорится, холодной головой, соображать по-настоящему, а не докладывать панически Центральному Комитету и правительству. Побольше анализировать, перепроверять сотню раз.
…Региональные конфликты. В их разблокировании нет никаких подвижек. Каждый конфликт имеет свою историю, свое развитие, этапы и нынешнюю ситуацию. Надо прогнозировать, куда она будет идти дальше.
…Не говорю уже о том, что мы не в состоянии употребить свою мощь, чтобы, например, защитить Ливию, Никарагуа. А политическая незрелость некоторых лидеров оборачивается для нас издержками: нас обвиняют в недостаточной солидарности, компрометируют наше оружие. Одним словом, тему региональных конфликтов надо подвергнуть серьезному политическому анализу.
…Об Афганистане. Это очень наболевший вопрос. Среди наших внешнеполитических приоритетов он стоит одним из первых. Мы не можем допустить, чтобы у наших южных границ обосновались американцы. Но ясно и то, что наши войска не могут оставаться там долго. Тут дело нашей дипломатии. Надо максимально форсировать урегулирование политической ситуации вокруг Афганистана…
Международный терроризм. Он не минул и нас. То, что произошло с советскими людьми в Ливане, Анголе и Мозамбике, вынуждает нас повысить внимание к защите интересов советских граждан, их чести и достоинства. Мы готовы сотрудничать с другими странами, чтобы выкорчевать терроризм. На это положение съезда уже обратили внимание в мире. Но пока мы только повторяли его. А как работать практически, когда возникает та или иная ситуация? Пора проявить инициативу, сделать разработку. Отсутствие ее снижает наши возможности достойно реагировать в каждом конкретном случае и вызывает спекуляции по отношению к политике Советского Союза.
…Надо понимать, что отношения с соцстранами вступили в новый исторический этап. Тот этап, когда мы помогали формировать экономику, партии, политические институты, прошел. Страны, государства, за плечами которых сорок лет самостоятельного развития, имеют свои партии, свои политические институты, свой образ жизни, имеют и достижения – во многом больше наших. Это полнокровные государства. И водить их в детский сад, как маленьких детей, нельзя. Сейчас нужны другие отношения. Если мы это поймем, то станет ясно, какими должны быть и наши отношения с ними.
…О Китае. За последнее время мы продолжили развитие экономических и политических связей. Подчеркну, что добрососедские отношения с Китайской Народной Республикой для нас не менее важны, чем с США и другими странами. Китай – ядерная держава, которая быстро развивается сейчас. Это реальность, которую мы должны держать в поле зрения.
Мы задаем себе вопрос, куда будет дрейфовать Китай и как мы должны действовать. Конечно, проблема немалая, проблема серьезная. Надо освободиться от эмоций, нельзя смотреть на Китай в 80-е годы через призму 60-х годов. Должна быть ясность и для нас – мы не будем улучшать отношения с Китаем за счет интересов третьих стран. И другим не позволим препятствовать такой важнейшей задаче, как улучшение наших отношений с Китайской Народной Республикой. Такова директива…
…Следует решительно настраивать себя на то, что народы освободившихся стран должны строить новое общество собственными силами. Ни в коем случае нельзя поощрять или поддаваться иждивенческим настроениям. Те, кому мы оказываем помощь, должны знать, что мы не лишнее отдаем, а отрываем от себя. Все это надо привести к общему знаменателю в соответствии с нашими возможностями и политической необходимостью. Сделать это надо на основе тщательного анализа реального экономического развития несоциалистического мира. Не ограничиваться просто констатацией проблем и кризисов, а активно искать новые возможности нашего выхода в мировую экономику.