Страница 8 из 55
С момента последнего нашего общения с мамой на прошлой неделе, у меня на душе лежал огромный камень, я хотела бы сделать что-то большее, чем просто работать не покладая рук. Даже не смотря на протесты Зельды, я решила сегодня провести обеденный перерыв одна. Тридцать неприкосновенных минут, чтобы разобраться в своих мыслях о маме.
У нее запланирован прием у врача как раз на время моего ланча, поэтому я отправила коротенькое сообщение «Люблю тебя и буду думать о тебе все время» пока шла свозь толпу пешеходов. Мягкое октябрьское солнышко согревало лицо даже сквозь пронизывающий холодный воздух. Я остановила свой выбор на кардигане Шанель с поясом, завязанным вокруг талии, мягкая ткань дарила приятно тепло. Туман рассосался, тучи ушли и яркое небо радовало глаз. Это был первый раз за последние несколько дней, когда я могла дышать, большими глотками, не чувствуя, будто легкие проколоты мелкими иголками.
После того, как нашла скамейку в Виат Парке, я достала контейнер с салатом и осмотрелась. Парень в твидовом пальто сидел на скамейке наискосок от меня и орал в беспроводную гарнитуру что-то о готовых портфолио. Две мамочки с малышами нарезали круги по парку, пока не скрылись в ближайшей кофейне. И парочка уличных торговцев, кидающие друг на друга злые взгляды, когда думали, что на них никто не смотрит.
В этой части Сиэтла чувствуешь себя как в Портленде, за исключением одной особенности: никто не будет гнобить «странного портлендца». К тому же, тут нет Кольца Вуду, а это уже плохо, так как каждый должен хоть раз в своей жизни испытать все прелести Cock-N-Balls.
Тишина успокаивала мои издерганные нервы, и я дала себе краткий миг надежды, что все будет хорошо. Я расслабилась на своей скамейке, закрыла глаза и откинула голову на спинку.
Все будет хорошо. Мама выстоит, перенесет химиотерапию, как чемпион. Единственная вещь, которая меня волновала, что она будет одна все это время. В отчаянной надежде, я позвонила отцу, чтобы рассказать ему о мамином диагнозе, но он сбросил меня, видимо, очень занятый со своей новой семьей. Своей новой жизнью. Меня бросает в дрожь от мысли, что у меня есть сводные братья или сестры примерно одного со мной возраста, потому что наверняка все его так называемые «деловые поездки» он проводил с той своей семьей. Второй семьей. И всем, кто утверждает, что отец как открытая книга, заявляю, что в этой книге куча скрытых глав и загадок. Реально, это похоже на мыльную оперу, а никак не на жизнь в пригороде Портленда.
Телефон зазвонил, когда я шла по дорожке обратно в офис. Я достала его из сумочки и очень удивилась, когда увидела имя Джексона на экране. Этот урод нагло вторгся в мои тридцать минут покоя за десятичасовой рабочий день.
- Алло? – я балансировала с телефоном, зажатым между ухом и плечом, пока пыталась поправить сползающую лямку сумки.
- Два латте с двойной пенкой. Будь в конференц-зале в десять. – Его высокомерный тон просто взбесил.
Он бросил трубку, я даже сказать в ответ ничего не успела. Я взглянула на телефон и убрала его в сумочку, бормоча ругательства себе под нос. Вот же говнюк.
Десять минут. Мне нужно как минимум пять минут, чтобы доехать до сорокового этажа в битком набитом лифте. Значит, я должна найти ближайшую кофейню за половину этого времени. Окей, не проблема. Тут дюжина СтарБаксов на один квадратный километр.
Я забрала свой заказ и помчалась в офис. Пять минут до того, как я должна войти в конференц-зал. Я просто звезда сегодня. И вишенкой на торте было мое полное одиночество в лифте, а это означает, что мне не придется тереться об кого-то сорок этажей.
Когда двери лифта уже наполовину закрылись, между ними появилась рука, и они снова открылись. Буквально вчера я видела, как секретарь из другого офиса сделала так же, но милосердие в этот раз обошло меня стороной. Естественно, это был мой босс.
Сердце ухнуло вниз быстрее, чем летит монетка в колодец желаний, когда я увидела Брогана. Он дежурно мне улыбнулся, и это было всего лишь данью вежливости, потому что, я на сто процентов уверена, он хотел бы быть где угодно, только не здесь. (Потому что ты назвала его дьяволом, идиотка!)
Двери закрылись, «Tainted Love» тихонько лилась из динамиков, установленных в лифте. Я смотрела на кофе в своих руках, сумочку на полу, пятно на дверях лифта, на что угодно, только бы занять свою голову чем-нибудь, потому что установившуюся тишину можно было потрогать. Я не могла проехать все сорок этажей и не сказать ни слова человеку, на которого работаю.
- Вот мы и встретились снова. – Я сжалась от того, насколько глупо это прозвучало.
Серьезно, глупость восьмидесятого уровня, и это было лучшее, что я смогла из себя выдавить. Непринужденно я могу болтать только после красного вина и очень большого количества шотов текилы. Этот парень меня нанял, чтобы я помогала с базами данных, и это точно не демонстрирует мою компетентность.
- Ага. Только что с прогулки. – Он кивнул и убрал невидимую соринку со своего рукава.
Он что, шел за мной во время прогулки по парку? О Боже, неужели он видел, как я жую? Все мамины упреки по поводу моей особенности приема пищи больше не казались такими уж глупыми.
Я быстро глянула в его сторону. Его волосы были аккуратно подстрижены, подчеркивая лицо, и это кардинально отличается от того, как он выглядел во время той ужасной встречи в комнате отдыха на прошлой неделе. Броган, казалось, состоял из одних мышц, его широкие плечи будоражили воображение. Когда едешь с горячим парнем вдвоем в лифте, моей нормальной реакцией на такую вынужденную близость было бы: а) ликование, б) молитвы о свежем дыхании и в) явная надежда на то, что он нажмет красную кнопку остановки лифта, чтобы приступить к более возбуждающим вещам.
И абсолютно нелогично то, что это единственный парень, которым я могла бы увлечься. А ведь в Старр Медиа работает еще тридцать мужчин. Как гласит старая пословица, чем сильнее тебя человек смущает, тем больше он тебе нужен. Как-то так. А Мистер (Анти)Антихрист сегодня выглядит так, как будто призывает к этому.
Броган зашевелился, засунул руки в карманы брюк, а я старалась смотреть прямо перед собой, избегая контакта взглядов в зеркальных дверях лифта. Ох, это будет очень долгая поездка в тишине.
Я уставилась на красные цифры, отсчитывающие этажи. Стоит ли мне сказать что-нибудь еще? Если буду молчать, то это будет грубо. С другой стороны, если я не хочу довести его до инсульта, стоит держать рот закрытым.
- Хороший день, не правда ли? – Вот лучше бы я последовала собственному совету и заткнулась. У меня аллергия на неловкую тишину, потому я всегда стараюсь ее нарушить.
Броган сложил руки перед собой и посмотрел на меня сверху вниз.
- Ага. Наслаждайся этим, пока есть возможность, скорее всего, зима будет суровой.
- Я не против грубости.1
Это вырвалось быстрее, чем я успела подумать: «Неееееееет, как ты додумалась ляпнуть такое?». Если бы я не держала в руках кофе, то точно одела бы капюшон кардигана на голову, в надежде слиться со стенами лифта.
Ямочки появились на его щеках, и я уверена, что он изо всех сил старался не засмеяться.
- Правда?
- Только очень глубокая кроличья нора может меня сейчас спасти. Давай забудем, что я сказала?
- Мои моральные обязательства Президента компании не позволяют проходить мимо таких комментариев.
Я его совсем не понимала. Он выглядел достаточно дружелюбным, общительным, так почему же у этого парня пунктик по соблюдению стольких правил? Я могла ждать подобного от кого-то, кто ненавидит людей, любит заставлять их нервничать, но не от парня, который настолько добр к человеку, который облажался перед ним. С другой стороны, у моего отца были тысячи правил, установленных у нас дома, чтобы мы выглядели для всех образцовой семьей. И посмотрите, к чему это привело.
- На счет того дня… - начала я и тут же замолчала. Не думаю, что фраза: «Прости, что назвала тебя Антихристом» будет уместна.