Страница 79 из 85
— Вот я про что и говорю — не многовато ли? — прищурился отец.
— Пап, ну хватит уже, а? Нормальный у нас опыт! Нормально мы подготовлены. Много умеем. Это не авантюра! — с упором в конце проговорил Иван. И засверкал гневно глазами.
Пётр в досаде махнул рукой и ушёл с балкона. Иван уселся на один из баулов, сложил локти на перила и уставился вдаль. Хотя дали особой не было — всё пространство было загромождено домами.
— Ванюш, ты ж нас тоже пойми, — Алёна обняла сына. Тот и не сопротивлялся. — Попробуй в родительскую шкуру окунуться.
Иван лишь вздохнул. Алёна потрепала его по макушке и вышла с балкона.
Конечно, Иван всё понимал. Но и раздражение погасить своё не мог. Вообще, он находился в разобранном состоянии. И предстоящее путешествие было ему нужно, как воздух. Вдохнуть туманов тундры, вытряхнуть из головы ненужное, обрести свежесть — за этим, в том числе, он так стремился. И родительские тревоги не могли стать препятствием. Наоборот, он злился на них, что они не могут понять его душевных метаний. «Мама, кажется, до сих пор сердится за Таню на меня, какая уж тут помощь», — понимал он переживания родителей головой, но прочувствовать не мог. От этого трудноразрешимого конфликта и вздыхал.
Моросило. От промозглости Иван подёрнул плечами. Во Внуково он прибыл сильно заранее. Институтская буханка (он договорился) вывалила вещи возле входного козырька. Здесь он и остался, ожидая Андрея. Одному всё равно несподручно было перетаскивать всё к грузовому отделу.
«Рановато припёрся. Как всегда», — констатировал Иван. «Прямо хоть штормовку доставай — захолодало. Нечего! Привыкай, там тепло не будет», — приказал себе.
Тут подкатил «пазик».
— Андрюха, наверное, — проговорил замёрзшими губами Иван.
Точно, из тёмных недр выскочил Андрей. Улыбался широко.
— Чего это ты так лыбишься? — двинул бровью Иван.
— Сейчас узнаешь.
— Чего ты там удумал ещё?
В ответ из автобуса с рюкзаками вышли Ольга и Татьяна.
А Иван совсем даже не обомлел. В первую очередь, его взволновал непорядок. Он возмутился, открыл рот, замер. Постоял так секунды три да и махнул рукой.
— Во, я ж говорила, ругаться будет сейчас, — Татьяна с опаской поглядывала на Ивана. Ольга притулилась рядом.
— Надо думать, не провожать приехали?
— Догадливый какой, — кивнул Андрей. — Ладно, девчат, давайте разгружаться. Вань, помогай, что ли.
— А, ладно, пёс с вами! — Ивановы возмущения вдруг улетучились. Даже улыбка засквозила на устах, но Иван поторопился её скрыть в суете — нужно было шевелиться. — Стоп! А билеты?!
— Ха, опомнился! — усмехнулся Андрей. Он был исключительно бодр и весел. — Всё уже есть, не боись!
— Не, не, погоди. А харч, а снаряга? — не унимался Иван.
— Да всё сделано, успокойся! Не один ты умеешь планировать и составлять списки, — махнул на него рукой Андрей.
Татьяна смирно занималась делами. Иван искоса поглядывал на неё. «Похорошела. Конечно, чего же ей — расцветает только», — он пытался кольнуть самого себя, но выходило только радоваться красоте этой такой родной девушки. Он пока ещё толком не осознал, что она едет с ними, пока просто украдкой наблюдал за ней.
Андрей же с Ольгой, весёлыми молодожёнами подшучивали друг над другом, якобы и не смотрели за своими многострадальными в любви друзьями. Но Ольга острым глазом подмечала нюансы, и иногда гримасничала в их сторону, давая знаки Андрею, мол, всё нормально, всё по плану.
А временной запас на всякие сборы и погрузку, хоть и был здоровенный, незаметно истекал во всех этих бесконечных, казалось, заботах. Сходи туда, отнеси бумажку, принес обратно подтверждение… Несмотря на всю подготовку, бюрократические загвоздки возникали. Правда, всё и разрешалось благополучно. Ценой времени.
Но, когда, наконец, погрузились в самолёт сами, все были уже порядком измотаны.
Само собой, Иван сидел рядом с Татьяной.
— Теперь бы отдохнуть. Но тут разве расслабишься? Только ещё сильнее устанешь. А ведь часов десять лететь.
— Главное, взлететь, — напряглась Таня.
Иван уловил сильное беспокойство в её словах.
— В смысле? Ты чего, боишься летать?
— А ты чего, прямо такой вот опытный лётчик?
— Да нет, первый раз. Но чего тут бояться?
— Не знаю, напряжённо себя я чувствую.
Иван поглядел на неё, она в ответ слабо улыбнулась. «Ну, и к лучшему, а то о чём сейчас говорить», — Иван увидел благое в таких волнениях.
— А эти воркуют, как ни в чём ни бывало, — кивнул он на сидящих рядом Андрея и Ольгу. Тем, действительно, было будто совершенно всё равно, взлетают там они, едут ли на край земли, или сидят дома на диване. Общались, смеялись, друг другу чего-то рассказывали. — Будто не виделись год, — хмыкнул он. Андрей на эти слова повернулся и подмигнул ему. Иван же в ответ показал ему кулак.
Тут самолёт вырулил на взлётную полосу, притормозил на миг и, взревев двигателями, стартанул. Кругом зашумело, затрещало. Татьяна сглотнула, откинула голову и прикрыла глаза. Иван заволновался за неё (сам он не испытывал особых переживаний, наоборот, приятно так вжимало в кресло) и накрыл её ладонь своей. Она благодарно шевельнула губами. Тут самолёт перестал громыхать — оторвался от бетона, встал на крыло. Полетели. Примолкли даже Андрей с Ольгой, стали глядеть в окошки, как там сверху всё это выглядит. Но низкая облачность скоро поглотила все изображения ватой. Смотреть там стало не на что — туман и туман, ничего интересного.
Отпустило немного и Татьяну, она ослабила хватку, отпустила поручни. Выдохнула. Бледным лицом повернулась к Ивану.
— Тань, ну чего, как ты?
— Да вроде отхожу, — робко улыбнулась она, стыдясь своей слабости. — Чего это меня так проняло…
— Да уж, не ожидал я от тебя такого.
— Сама не ожидала, — виновато глянула она на него. — Зато нам не пришлось самим преодолевать все эти неловкие паузы, — она будто прочитала его недавние мысли.
— Да уж… Можно подумать, что сейчас нам не нужно ни о чём поговорить, — уткнулся взглядом во впередистоящее кресло Иван.
— Ванюш, а чего разговаривать? Разве тебе мало того, что я рядом? Разве это не показатель всего? — она совсем успокоилась.
Иван узнавал этот спокойный, чуть насмешливый тон. «Как же мне с тобой говорить-то, когда у тебя такие глаза?», — тряхнул головой он.
— А…
— Да, я знаю, зачем мы едем. Финальную цель какую преследуем. Андрей подробно изложил. И, если учитывать, что я сама помню из этой твоей затеи, он ничего не попутал.
— Всё равно непонятно.
— Чего тебе ещё не понятно?
— Если это тебе всё поперёк и против, то почему?
На секунду Таня утратила спокойствие, чуть пелена будто налетела на её красивое лицо. Но она быстро смахнула, снова улыбнулась.
— Да потому, дурачок, что повзрослела чуток, прочувствовала за это время, за эти ГОДЫ, — она подняла вверх палец. Конечно, ирония сквозила и сейчас. — Что если уж случился ты, значит, никуда не деться. И даже пытаться не нужно. Только ломать себя и корёжить. Можно подумать, у тебя не так?
Иван подивился всегдашнему её умению читать его изнутри.
— Так. Конечно, так. Но я же вот не сунулся к тебе… Гордость там, мужской шовинизм или ещё чего, но нет же.
— Мужской, конечно, — засмеялась она. — Ещё нам не хватало женского. И так эмансипация наступает по всем фронтам. Но, если серьёзно, как раз потому, что я женщина. Я и должна идти на уступки, наступая себе на горло ради своего мужчины. Как это ни прискорбно, — она глубоко вздохнула, сложив ладошки между коленями.
— Без сарказмов ты, конечно, не можешь, — засмеялся Иван.
Она ничего не ответила, лишь улыбнулась. Светло так улыбнулась, весь самолёт прямо осветился. Иван не стал себя сдерживать — притянул её за плечи и поцеловал в маковку.
— Ну, ладно, надо поспать, что ли, — Иван глянул на часы. — А всего-то летим полчаса! — покачал головой.