Страница 3 из 75
– Я там буду.
– Хорошо, – она разворачивается и начинает выгружать содержимое сумок, которые бросила чуть раньше.
Девушка организовывает небольшой пикник, предлагает мне сандвич и хлопает по скамейке, чтобы я присел.
– Итак, герой, расскажи мне, что происходило в твоей жизни.
Я мотаю головой при смехотворном названии, на использовании которого она настаивает. По какой-то сумасшедшей причине, она начала называть меня героем, когда Робби рассказал ей о моем участии в спасении его жизни несколько лет назад в Ираке. Чего она не понимает так это то, что я до сих пор не чувствую, что сделал достаточно, при спасении людей, которых мы потеряли в тот день при взрыве придорожной бомбы. Мы были морскими пехотинцами, и защищать кого-то у меня в крови. Любой из них сделал бы то же самое для меня.
– Ты должна прекратить меня так называть.
– Никогда. Смирись с этим, – девушка крутит передо мной пальцем. – Всегда мой герой.
– Расскажи мне о Таити, – я меняю тему, ссылаясь на ее недавний медовый месяц.
– Это было божественно, – ее голос становится мягче, и она смотрит на меня с новым блеском в глазах. – Все было идеально – погода, еда, остров. Мне не хотелось уезжать, но Робби пообещал, что мы вернемся.
– Уверен, что в данный момент он занят именно этим планом, если это вызывает у тебя такое выражение лица. Чуваку повезло, что у него есть ты.
Девушка краснеет и пытается спрятать лицо, что она делает очень часто.
– Достаточно обо мне. Я хочу узнать о тебе.
– Просто. Работаю и учусь. Решил пройти два курса этим летом, чтобы закончить в декабре.
– Ты не хочешь говорить о том факте, что несколько дней назад в тебя СТРЕЛЯЛИ при попытке ограбления банка в центре города?
Чертов Робби и его длинный язык.
– Малышка, все было не так плохо. Парень был трясущимся мудаком. Он не смог бы подстрелить меня, даже, если бы попытался. У меня все зажило.
– Говорит парень, который вздрогнул, когда я его обняла. Ты не можешь от меня это скрывать. Робби сказал, что ты отбил ребра, когда он стрельнул в тебя. Мудак мог убить тебя! – кричит она.
– Я выживал в ситуациях похуже, чем несколько отбитых ребер, Эмбер. Ни один наркоман не удостоится чести завалить меня. Говорю же тебе, все было под контролем, и рядом был Робби. У нас с ним прекрасная команда.
Эмбер скептически смотрит на меня, затем расслабляет плечи.
– Раз ты такой задира, тебя примут на постоянную работу в «Хейс Секьюрити», не так ли? – Ее глаза становятся грустными и смотрят на меня с мольбой.
Хороший способ перейти к теме, которую я избегал с кем-либо обсуждать.
Снова чертов Робби. Он единственный человек, которому я сказал, что думаю о том, чтобы на некоторое время уехать из Нэшвилла. Вернуться после несчастного случая, произошедшего с нами, и уволиться из морской пехоты было лучшим из планов в то время. Я вернулся в колледж, чтобы получить степень в сфере бизнеса и устроился на неполный рабочий день в «Хейс Секьюрити».
Работа интересная и я хорошо справляюсь с ней. Но в последние несколько месяцев мне не терпится уехать и посмотреть, что могут предложить мне другие города.
Ни то чтобы я не любил свою семью и друзей в Нэшвилле, но в последнее время у меня мучительное чувство, что где-то там для меня есть что-то намного большее.
– Эмбер…
– Не отвечай прямо сейчас. Я поддержу любое решение, которое ты примешь, но я не могу представить, что тебя здесь не будет. Ты для меня особенный человек. Для нас.
– Как насчет того, чтобы поговорить об этом, когда придет время. Пока не принято никаких решений.
– Достаточно справедливо. Я сделаю все, что в моих силах, чтобы удержать тебя здесь.
Последнюю часть она пытается сказать тихо, но я слышу каждое слово. Пока мы кушаем, она рассказывает мне все о своей работе и новых дизайнах одежды для ее сумасшедшего кузена и его партнеров. Когда мы заканчиваем, я откидываюсь на спинку скамьи и выжидательно смотрю на нее.
– Итак, у меня был скрытый мотив в том, чтобы попросить тебя встретиться со мной сегодня, – Эмбер играет со своим обручальным кольцом и бросает на меня виноватый взгляд.
– Ты не говоришь? – я приподнимаю бровь. – Первым сигналом для меня был тот факт, что ты попросила прийти меня одному и не говорить Робби.
– Это не честно! Я, правда, хочу участвовать в твоей жизни.
– Ты могла бы позвонить.
– Отлично! Мне нужен твой совет. Ты единственный кому я в этом доверяю. Идем со мной, – девушка выбрасывает мусор, затем берет меня за руку.
Я позволяю ей вести меня по газону к краю поля, где играют собаки. Мы останавливаемся на краю, и она переплетает наши пальцы.
– Разве они не восхитительные? – тихо говорит Эмбер.
– Собаки?
– Да.
– Думаю, да, – я присматриваюсь и впервые замечаю, что на их шеях одинаковые банданы, а их владельцы в одинаковых футболках.
– Так возьми одну.
– Я не правильно озвучила. Я хочу взять одну из них для Робби. Это К9 для сторожевых собак (прим.: К9 – шифр для службы сторожевых собак).
Я мгновенно застываю, зная немного о данной программе. Предыдущее ПТСР Робби заполняет мой разум (прим.: ПТСР – посттравматическое стрессовое расстройство). Эмбер чувствует мое напряжение и разворачивается, чтобы посмотреть на меня.
– С Робби все хорошо? – спрашиваю я, глотая страх от того, что его состояние вернулось.
– О, Боже, да. Его ночные кошмары практически исчезли. После вашей прошлогодней поездки, чтобы навестить могилы погибших парней, он на сто процентов в порядке. Иногда его нога немеет, но и это он взял под контроль.
– Думаю, я запутался. Почему сторожевая собака?
– Не уверена, что вообще разбираюсь. Сейчас я просматриваю процесс подачи заявлений, но они в основном собаки спасатели. Программа новая в Нэшвилле. Я провела некоторые исследования и считаю, Робби заслужил сторожевого пса.
Только в ее тоне столько любви и уважения к данному заявлению. Возможно, я запутался, но не удивлен. Ее любовь к моему другу столь глубока и она желает моего одобрения. Девушка знает, что я единственный, кто имеет отношение к нашему несчастному случаю, и она доверяет мне, чтобы я решил, хорошая ли это идея.
Еще одна причина, почему он такой удачливый засранец.
– Думаю это потрясающая идея.
Краем глаза я замечаю красный фрисби, летящий прямо в голову Эмбер. Инстинктивно я дергаю ее к себе и разворачиваюсь, чтобы он ударил по моей спине. К нам бежит собака, но останавливается, перед тем как взять фрисби и ложится у моих ног.
Эмбер отступает и начинает садиться, но я останавливаю ее, остерегаясь реакции собаки.
– О, Боже мой! Мне так жаль! – Подбегает женщина, безостановочно извиняясь.
В тот момент, когда она останавливается перед нами, мое сердце замирает. Запыхавшись, она продолжает извиняться, а я ловлю себя на том, что сам перестал дышать.
Мои глаза быстро бегают сверху вниз, рассматривая ее. Пряди ее светло коричневых волос развиваются в ее хвостики и локонами обрамляют лицо. На ней обрезанные шорты, демонстрирующие ее длинные ноги и розовая футболка, с рисунком собаки на лицевой стороне. Когда мой взгляд находит ее глаза, мне буквально приходиться ударить себя в грудь чтобы заставить мои легкие сделать вдох.
Ее глаза притягивают: не совсем зеленые, не совсем голубые и не совсем карие, а комбинация всех трех цветов. Они самого уникального орехового цвета, которые я когда-либо видел. Девушка на короткое мгновение встречается с моим взглядом, затем наклоняется, гладя собаку по голове.
Я не могу перестать таращиться, не понимая, что она говорит, пока Эмбер не щипает меня за руку.
– Что? – я трясу головой, пытаясь расчистить туман.
– Она говорила, что собака получила от тебя молчаливую команду.
– Не хочу быть навязчивой, но вы военный? – легкий голос незнакомки раздается в воздухе.
– Да, – я киваю, не в состоянии найти другие слова.