Страница 43 из 70
- Спасибо, что помог. Миа обязательно узнает о твоей жертве, - Оливер закончил с букетом и оглядел его в свете первых солнечных лучей. Глянул на Майка, тот закатил глаза, кивнул.
- Надеюсь, что ей понравится. Не провожай. Пока, - Майк сам нашел выход и аккуратно прикрыл дверь. Через пару минут послышался шум мотора, машина тронулась с места и стала удаляться.
Теперь все зависело от фантазии Оливера и его умения тихо передвигаться по дому. Выпив пару глотков полуостывшего кофе, он принялся за работу. Небольшие коробки были доверху заполнены ветками лаванды, мужчина стал аккуратно разбирать их и складывать в мелкие букеты. Конечно, это могли сделать флористы, у которых он заказал цветы, но Оливер хорошо знал себя – вряд ли ему понравилось бы, как они это сделали. Лучше самому. На это ушло около часа, вокруг Оливера, сидевшего в кухне на полу, постепенно появлялись отдельные веточки, собранные вместе или лежащие поодиночке, все, как одна, обвязанные атласной лентой. «Зачем я это делаю?», «Джей Гэтсби, блин», «Ненавижу лаванду», «Где мой Оскар?» - думал про себя Оливер, собирая очередную кучку веток вместе. Наконец, он закончил и, сложив небольшие букеты в коробку, стал ходить по дому и раскладывать их в самых разных местах – в кухне на барной стойке и в паре шкафчиков, куда Миа точно заглянет; в коридоре у зеркала и на небольшом столике. В гостиной, ванной, на пролете лестницы, в кладовой – Оливер разложил лаванду везде, где только мог, оставив несколько веток для спальни, куда пока что нельзя было заходить. Затем он стал раскладывать записки с указаниями и подсказками для своей жены. Это было несложно, он прекрасно знал ее и понимал, куда она пойдет, что будет делать. Он был уверен, что она найдет все оставленные ей послания. Следующий этап – завтрак. Поджарить бекон и тосты, сделать салат не составило труда. Сложнее было перебить запах жареного цветами, но и с этим Оливер справился. Аккуратно накрыв еду крышками и расставив тарелки на столе, мужчина направился наверх, чтобы выполнить самую сложную часть – забрать спящего ребенка, собрать его, а еще навести порядки в спальне, и сделать это так, чтобы Миа не проснулась. Кевин недовольно кряхтел, что ему мешают спать и достают из теплой постели, но не стал сильно капризничать – папа укутал его в одеяльце и стал качать на руках, неся к выходу.
- Что такое? – Оливер вздрогнул, когда услышал сонный голос Мии. Ему хватило секунды, чтобы взять себя в руки.
- Все в порядке. Заберу его к себе, чтобы ты поспала, - тихо произнес он, обернувшись. Миа слегка поднялась на локтях и полузакрытыми глазами смотрела на мужа. Услышав ответ, слабо кивнула и легла обратно. – «Разбудил», - подумал Оливер, закрывая дверь. – «Быстрее бы она уснула».
На сборы ребенка не потребовалось много времени. Кевин был сонным и продолжал дремать, совершенно не обращая внимания, что с ним делает его отец. Только один раз он недовольно фыркнул, но Оливер быстро успокоил малыша и положил его в переноску. Еще одно сложное задание – навести порядки в спальне. Осложнялось оно внезапным пробуждением Мии – Оливер итак не был уверен, что она не проснется, а это уже произошло один раз. Надо действовать крайне аккуратно. Взяв упакованную картину и остатки цветов, он медленно приоткрыл дверь, стараясь не скрипеть ею. Миа не шелохнулась, спала, обняв край одеяла и забросив на него ногу. Хмыкнув от этого вида, Оливер принялся за дело. Он бесшумно поставил картину на пол и прислонил ее к стене, на цыпочках ходил по комнате, раскладывая цветы, изредка поглядывая на жену, не проснулась ли она, но Миа продолжала мирно спать. Последнюю ветку лаванды Оливер положил на ее прикроватную тумбочку. Это было очень рискованно, ведь он был совсем рядом с женщиной и мог разбудить ее. Тогда весь план полетит к чертям. Оливер это прекрасно понимал, но все же рискнул. Оставив веточку, он на мгновение задержался, разглядывая свою жену. Умиротворенная, растрепанная, смешная и беззащитная. Она так тихо спала, даже ее дыхание было почти неслышным. Он невольно улыбнулся, внутри стало тепло, а страх, что женщина может проснуться, исчез. Оливер осторожно склонился над ней и поцеловал ее в щеку. Миа никак не отреагировала. Еще раз хмыкнув, мужчина выпрямился и быстро вышел из спальни, аккуратно прикрыл за собой дверь. Теперь все готово, можно забрать Кевина и уезжать. Миссис Банч уже ждала сына и внука, успела написать Оливеру пару сообщений. Через час они были на месте, у его родителей, еще через сорок минут Оливер уехал работать. Он дождался, когда Кевин проснется, чтобы отсутствие мамы сразу по пробуждению его не так сильно испугало. Папа ведь рядом. Убедившись, что все в порядке, и ребенок не собирается капризничать, Оливер уехал. День ему предстоял долгий хотя бы потому, что он начался в 5:50, и мужчина уже чувствовал усталость, а сейчас только половина десятого, и впереди работа с одной семьей, которая решила заказать семейный портрет. Стоило мужчине сесть в машину, как у него зазвонил телефон.
- Ты с ума сошел? – негромко и без какой-либо злобы спросила Миа. – У меня чуть истерика не началась, когда я твою записку увидела. Забрал ребенка и даже со мной не посоветовался.
- Прости. Я хочу, чтобы ты отдохнула, - тем же тоном ответил он ей. – Сегодня важный день.
- Да, я поняла по записке. И все же не стоило меня так пугать, - она хмыкнула в трубку и громко вздохнула. Судя по звукам, Миа все еще лежала в постели и потягивалась.
- Это что-то вроде сюрприза. Плохого сюрприза, - они оба рассмеялись от последней фразы.
- Да уж. В комнате так приятно пахнет. Я увидела семь веточек лаванды. Сколько ты их оставил?
- Не скажу, - заговорщицки произнес он.
- Зануда, - хмыкнула Миа. – А что ты мне подарил? Я вижу, что стоит картина в бумаге, но мне так лень вставать. Так что там?
- Тоже не скажу, смотри сама, - он хмыкнул ей в ответ, от чего услышал наигранный недовольный вздох. – Картина никуда не денется, так что лежи, сколько хочешь.
- Во сколько ты приедешь?
- Вечером, - грустный вздох в ответ. В этот момент Оливер понял, что сейчас больше хотелось ехать домой, чем работать. Один из последних дней, еще и такой важный, а он вынужден проводить его в чужом доме. Вчерашняя тоска вновь возвращалась. – Прости… - Миа ничего не сказала, и он почувствовал вину. – Я постараюсь приехать пораньше.
- Обещаешь? – тихо спросила она.
- Да, - без раздумий ответил Оливер. Он будет стараться, ни на что не отвлечется в течение дня, и своим натурщикам не позволит этого сделать без ведомой причины. Он лучше доработает дома, у себя в мастерской, ночью без сна, чем приедет домой с опозданием.
- Тогда торопись, а я буду ждать. Пока, - она отключилась.
Оливер тяжело вздохнул и закрыл глаза. Вчера он не думал об этом, а сейчас все осознал. Она ведь хотела быть сегодня с ним, да и он бы не отказался провести с ней последние дни, но вместо этого он оставил заменители в виде цветов и записок, и только вечером сможет выполнить ее желание. Да, так и было задумано, это все часть плана, но от этого не становилось легче. Это последний день рождения вместе, а он катает неизвестно где. Не так должен проходить этот день, не так. Что он будет делать в следующем году? А она? Кто знает, может, она найдет другого мужчину, и будет отмечать свои двадцать шесть лет уже с ним? Это неприятно, но вполне может произойти. Она и другой мужчина. Ужасная мысль. А сделать он ничего уже не сможет. Счастье свое он сам потерял, да и «Влюбленный никогда не страшен». Решив не думать об этом, отвлечься на предстоящую работу, Оливер завел машину и поехал писать семейный портрет.
Семья была самой обычной, муж и жена, трое детей. Заказали портрет в честь годовщины свадьбы – двадцать пять лет совместной жизни. Внушительная дата. А брак художника, пишущего их, не продержался и пяти лет. Он отбросил эту мысль, едва она пришла ему в голову, и принялся за работу. Ничего особенного, стандартный заказ, рутина. Оливер не думал о том, что делает, его мысли были в совершенно другом месте – через год у него, быть может, даже права не будет быть рядом с любимой женщиной в ее день рождения. Кто знает, каким будет ее новый спутник. Да и Оливер бы на его месте сам выступал против встреч с бывшим мужем. А если они уедут? Кошмар. А ведь она и Кевина заберет. Как им тогда видеться?! Это просто ужасно. Оливер думал об этом и не знал, что ему делать. Мысли настолько сильно владели им, что его ничего не раздражало – ни возня натурщиков, ни их перешептывания, которые обычно отвлекают, ни жара или постоянная вибрация телефона в кармане. Только спустя час он посмотрел, что это было, когда средняя дочь попросила сделать перерыв. Все сразу же разошлись по своим делам, а Оливер остался стоять у мольберта с телефоном в руке.