Страница 118 из 166
Господи, я не знала зачем это делаю. Я не знала зачем зашла в соседнюю комнату, этому поступку просто не находилось ни одного объяснения.
Алек спал, повернувшись на один бок, а его лицо тускло освещал экран телевизора, работающего в беззвучном режиме. Такое красивое и притягивающее постоянно мой взор лицо, которым я была готова любоваться неустанно и до бесконечности, выглядело так спокойно. И мне так нравился именно такой Алек – простой, без всех своих многочисленных масок холодного безразличия.
Нравился. Нравился. Была влюблена...
Завороженная, околдованная, находящаяся в какой-то крайней степени помутнения, я присела на корточки подле него, стараясь не моргать, чтобы не потерять и секунды...
Его глаза неожиданно открылись, но он и не подумал шелохнуться. Алек просто смотрел на меня с ощущаемой напряженностью. Я моментально начала теряться в стремительном потоке необъяснимых эмоций, которые разом направились в область груди. Что-то тревожное перехватило дыхание, пока я не поняла, что это желание.
Желание его поцеловать и знать, что можно. Так, как никогда и никого сама не целовала. Поцеловать и просто забыться, раствориться и отдаться каждой частичкой души, стирая из мыслей существование реального мира, а вместо этого создать новый. Наш мир.
Но я ведь не могла. Или могла? Я не знала.
Алек по-прежнему оставался неподвижным и смотрел на меня с такой выраженной значимостью, словно его мир сейчас так же существовал только ради моих глаз. В глубине его взгляда гнездился один единственный ответ на все мои многочисленные вопросы. И теперь мне стало очевидно, что именно за этим я сюда и пришла.
Положив левую руку к нему на грудь, я, нагибаясь, потянулась к его губам. Алек замер на вздохе, и я почувствовала ладонью, как его сбивчивые удары сердца замедляют ход. Его глаза ни на секунду не покидали моих, пока я решалась преодолеть последние миллиметры, разделяющие наши губы. И в тот момент, когда мой внутренней голос громко сказал: «Черт, да давай сделай это, ты ведь так этого хочешь»; Алек моргнул и выдохнул.
- Не надо, - проговорил он, останавливая меня. - Ты пьяна и явно не придаешь отчета своим действиям.
- Я не… – попыталась возразить я.
Но Алек не позволил договорить.
- Мне этого не нужно, – выделил он, а затем строго добавил. – Возвращайся в свою комнату.
У меня словно весь мир ушел из-под ног, никогда еще не чувствовала, чтобы слова могли так уничтожать. Поспешив, я отпрянула назад, но продолжала отыскивать в его глазах опровержение. Но то, что играло для меня такое важное значение в его взгляде, рассеялось. Теперь он смотрел на меня с долей призрения. В ушах прогремел взрыв, а в груди очень быстро начала нарастать огромных размеров опухоль. Отшатнувшись еще дальше, я сжала кулаки, встала и вылетела из комнаты.
Два мужских голоса разговаривали у меня в голове. Внезапно резкая боль задавила виски, она заставила глаза распахнуться и в тот же момент зажмуриться от новой боли. Черт. Это было странно и пугающе. Вновь голос, который своим баритоном уничтожал мозг, словно в него, не переставая, били электрические разряды. Мне понадобилось приложить усилие, чтобы распознать слова. Кажется, говорил Алек: «Они вроде как похороны отмечали». Затем послышались сухая усмешка и следующая фраза: «В любом случае, они обе спят. Можешь попробовать их разбудить», - сказал он, и в голове наконец заработали шестеренки. Смутные воспоминания вчерашних событий, но ни одного четкого.
Невыносимо громкие шаги вызвали очередь ударов по вискам. Я действительно не могла сообразить, что происходит, пока не отварилась дверь. Приоткрыв один глаз, я смогла узнать расплывающийся силуэт Кирилла.
Кирилла?
Я открыла второй глаз, находясь в полном непонимании. Он стоял в дверном проеме, взволнованный взгляд смотрел не на меня. Приподняв голову, я увидела рядом с собой подругу, которая свернувшись клубком зарылась лицом в одеяло.
Заметив мои движения, Кирилл откашлялся. Да почему же это было так громко?
- Можно?
Я кивнула и снова вернулась к подушке.
Он прошел в комнату и присел у кровати со стороны Леси. Какого черта я слышала его дыхание?
- Эй, малыш, - прошептал он елейным голоском и легонько потряс Лесю за плечо.
- Иди к Черту, кабель, - довольно бодро огрызнулась она для спящей.
- Олесь, милая, нам правда нужно поговорить. Пожалуйста, - начал он ее умолять.
Она и не думала отвечать. Я же мечтала их обоих убить.
- Я должен тебе все объяснить, - снова заговорил Кирилл.
- Отвали.
Пульсирование в висках становилось невыносимым. Внезапно я начала раздумывать о самоубийстве. Пистолет с дулом у виска – то, что нужно.