Страница 13 из 20
Тигаки тщательно разгладила толстую старую мьёковую шкуру, под которой находились мягкие ветви деревьев, разложила парочку подушек, села на край и вздохнула. Вытянула ноги и потерла коленку через плотную ткань штанов.
Глаза у Тигаки были грустными и такими же блестящими, как и накануне ночью.
– Думаешь, Люк уцелел? – тихо спросила у нее Мэй.
Битва, которая шла до тех пор, пока Светило не перевалило за полдень, прекратилась внезапно и быстро. Как-то сразу наступила тишина, а потом полил дождь. И когда Мэй осторожно высунулась из-под ветвей дерева, на горизонте она не увидела ничего, кроме удаляющихся фигурок драконов. Уцелело только шесть машин, причем одна заваливалась на бок в полете и с трудом удерживала скорость.
Тхана она нигде не увидела.
Остров стал тихим и спокойным.
Отец тут же сказал, что надо наловить рыбы, пока у них есть такая возможность. Спустился к реке и через некоторое время вернулся, неся несколько длинных рыбин. Всадники, живущие в пустыне, не очень-то ценили рыбу, но в данный момент выбирать не приходилось. Потому, когда Еника завернула ее в длинные листья и запекла на углях, все поели и остались довольными.
Задумались о том, как будут ночевать в пещере, и Гайнош с близнецами снова отправились за хворостом. Еника вымыла посуду и уселась на одной из шкур, забавляя камушками младших девочек. Нгака устраивала постели и долго возилась с длинной потертой мьёковой шкурой, стараясь как можно ровнее разложить ее на ветвях.
Как поняла Мэй, никто не заметил Люка, участвовавшего в сражении. Никто не пытался высунуться наружу, пока в воздухе полыхал бой. А Тигаки никому больше не рассказывала о своем сне. И тогда Мэй не могла больше молчать, она приблизилась к хмурой сестренке Люка и засыпала ее вопросами.
Тигаки прижала ладонь к губам и слегка шлепнула – знак, говорящий о том, что лучше не болтать. После покачала головой и стукнула смуглой ладошкой по шкуре, приглашая сесть. Браслеты на ее запястьях слегка дрогнули, гладкие черные и красные бусины коснулись шкуры и переместились на бок.
– Ты была права вчера, – зашептала Тигаки. – Люк попал в беду. Ты же не думаешь, что он хотел нас убить?
– Я не думаю, конечно. Но почему он сражался против нас? – не понимала Мэй. – Как он мог?
– Он сражался против Тхана, – пояснила Тигаки. – Мы не знаем, в чем тут причина.
– Но он же знал, что Тхан нам помогает, что Тхан за нас! Какой смысл ему сражаться с ним?
– Мы с тобой ничего не знаем. Но тебе надо найти Люка.
– Как я его найду? У меня нет дракона, я не могу покинуть остров!
– Тогда дракона надо украсть. Или вырастить Облака.
– Облака? Буймиш и одного раза не поднимался в самый зенит с тех пор, как Облак родился. А Люк говорил, что драконов надо воспитывать!
– Не надо растить его огромным, достаточно совсем немного Живого металла для него. Совсем чуть-чуть, чтобы можно было летать.
– А как? До Живого металла не добраться…
– Но ты же говорила о проходе в Храм. О том, который в песке.
– Я не знаю. Отец меня не пустит.
– Ты не спрашивай разрешения у своего отца. Просто лети, – уверенно сказала Тигаки. – Как только Тхан оправится от ран, он тут же явится сюда.
– Думаешь, он ранен? – удивилась Мэй.
– Конечно. Лежит где-нибудь в укромном местечке возле озера и отдыхает.
И тут у Мэй появилась идея.
Конечно, все это было рискованно, и она не была уверена, что все получится. К тому же действительно не ясно – что случилось с Люком, почему он вдруг превратился во врага Тхана?
Но сидеть сложа руки в пещере и ждать… Чего ждать?
С другой стороны, если Мэй отправится в эту рискованную вылазку, она будет одна. Совсем одна. Отца она не позовет, а больше с ней лететь некому. И от мысли, что придется совсем одной ввязываться в опасное приключение, Мэй поежилась и беспокойно посмотрела на отверстие пещеры, выводящее в густую сень деревьев. Прохладный сумрак и тихий шелест дождя не давали никаких ответов. Сама пещера казалась чужой и странной, да и остров утратил прежний уют, наверное, потому, что на нем теперь не было Люка.
Мэй боялась лететь, боялась войны, боялась больших, воинственно настроенных драконов. Третий ключ уже не висел на ее шее, и теперь вряд ли кто назовет Мэй Владеющей Драконами.
Ничем она не владеет, даже этой пещерой на маленьком островке.
И оружия у нее нет. Как можно решиться на дальний полет совсем без оружия?
Однако если она снова окажется в Храме Живого металла, то меч там вполне можно найти. Маленький удобный лучевой меч, который так хорошо носить на кожаном поясе. Такой же, как у Люка.
– Думаешь, лететь или нет? – быстро и тихо спросила наблюдательная Тигаки. – Я полечу с тобой. Люк все же мой брат.
Мэй удивленно глянула на Тигаки. Сестры Люка боялись полетов и по доброй воле ни за что не залезли бы на дракона. Тем более на такого громадного и быстрого, как Тхан. И если Тигаки смогла преодолеть свой страх ради брата, то Мэй и подавно стыдно бояться.
– Ладно. – Мэй слабо улыбнулась. – Полетим вместе. Я попробую найти Тхана.
Облак с большой охотой отозвался на привычный свист и прытко направился к выходу. Он вытягивал крылья, и его готовность к полету так сильно напомнила Енси, что Мэй на мгновение прикрыла глаза, удерживая слезы. Она понимала, почему Люк покинул семью, понимала, как ему хотелось вернуть свою машину.
Но все-таки как было бы сейчас хорошо, если бы этот смуглый Всадник находился рядом с ними.
– Я поищу Тхана, – сказала Мэй Енике, и мама Люка забеспокоилась.
Покинула свое место на теплой шкуре, приблизилась к Мэй и положила ладони ей на плечи. Тепло от ее рук показалось приятным и родным и захотелось вдруг расплакаться прямо на плече этой сильной и немногословной женщины.
Гордо подняв голову, Мэй с огромным усилием заставила себя улыбнуться и спокойно сказать, что следует посмотреть, в порядке ли Тхан.
– Твой отец сейчас ищет его. Ник и Жак с ним. Я не думаю, что им нужна помощь, – мягко проговорила Еника.
– Облак отыщет Тхана быстрее всех. Я сама не пойду, пошлю сначала Облака, – ответила Мэй. – Я постою на скале, со мной все будет в порядке.
– А я пойду с ней, – заявила Тигаки и решительно шагнула из пещеры.
Облак летал долго.
Отца и близнецов нигде не было видно и не слышно, лишь шумел водопад и дул ветер. Тучи к вечеру скрылись за кромкой океана, и закат был на удивление ясным и красивым. Посветлевшее Светило мягко опустилось за воду, и на его место выкатился сиреневый Буймиш. Вернее, он стал более заметным и более ярким, и его четкие контуры привычным ориентиром обозначились на фиолетовом небе.
Сидеть на гладком скалистом выступе было удобно. Травы щекотали щиколотки, прохладный ветер приятно обнимал за плечи. Рядом сидела Тигаки, точно так же спустив ноги вниз, дергая травинки и накручивая их на палец.
– Ты боишься лететь? – после долгого молчания спросила ее Мэй.
Она не стала уточнять – куда, и так было ясно.
– Да, – ответила Тигаки. – Но Люк ведь мой брат. Потому сейчас не время для того, чтобы бояться.
– Надо слетать и к мьёкам. Живы ли они? – сказала Мэй.
– Надо, – согласилась Тигаки и больше ничего не добавила.
– Откуда ты знала про эти пещеры? Раньше, когда мы были на острове с Люком, ты про них не рассказывала.
– Раньше я про них и не знала. Мне приснилось во сне, что Люк прилетит с драконами и будет сражаться против нас. И приснилась тропа к этим пещерам.
– Странный сон. Ты говоришь, что твои сны сбываются?
– Некоторые странные сны сбываются. Но такие сны я вижу редко. И я не хочу об этом говорить. Потому ничего больше не спрашивай, – ответила Тигаки, выдернула очень длинную травинку и принялась крутить ее тонкими смуглыми пальцами.
– Облак узнает, где Тхан, и ночью мы к нему отправимся, правильно? – решила уточнить план действий Мэй.