Страница 48 из 104
— Именно об этом я и говорил. Пока ты прохлаждался, враг не дремал.
Кристоф уже внимательно читал разгромную газетную статью. Конкуренты хорошо постарались. Здесь были догадки о магической силе Кристофа. Его путь становления лидера повстанцев и лживая взаимосвязь с мафией. Даже не побрезговали назвать его зельеманом. Подвели итог несколько фотографий, на которых Кристоф выносил Ив на руках из Резеонборга.
— Забыли сказать, что я ворую детей и отбирают трости у инвалидов.
— Кристоф, это не смешно. Ты должен дать официальное опровержение. На кону выборы и твоё место главы парламента.
Запыхавшись, в кабинет ворвалась Клара.
— Срочно включите первый канал.
Кристоф нажал на пульт висящего на стене телевизора.
С экрана монитора на него смотрел Ханс. Его удручающий вид сначала даже порадовал Кристофа, пока он не услышал первые слова.
— Мою жену последний раз я видел тридцать первого октября, на балу. Пока я был полностью погружен в переговоры, она исчезла. Я объявил о пропаже спустя три дня, и полиция начала расследование.
— Было ли для вас новостью, что Иветту похитил сам Кристоф Йенсен?
— Я узнал об этом из газет, так же, как и вы. И хотел бы попросить отпустил Ив герр Йенсена. Она никогда никому ни сделала зла, она добрый светлый человек.
— Мы обязательно передадим ваши слова главе оппозиции.
Кристоф выключил телевизор.
— Вот же лжец! — возмутилась Клара.
— Нет. Он умный лжец. Я теперь не представляю, как можно выкрутиться из этой ситуации. Вот нужно же было тебе устраивать весь этот маскарад накануне выборов? — негодовал Отто.
— Так нужно было, Отто.
— Нужно дать опровержение, — произнесла Клара.
— Это и ослу понятно! — вспылил Отто.
— Нет. Пусть твоя жена его даст. В глазах общественности ты — маньяк-мучитель. Пусть твоя герцогиня даст интервью и расскажет, что вы счастливые Ромео и Джульетта. Что она всегда поддерживала твои идеи, а с Ларсеном была несчастна. Это будет сильный пиар ход. И он лишит Ларсена рычагов давление.
— Ты говоришь дельные ваши, Клара, — похвалил её Отто. — Главное, чтобы она сделала всё как надо.
— Я думаю, мне удастся с ней договорится. Но необходимо немного времени, — холоднокровно произнес Кристоф.
***
Шоколадное тесто не хотело отставать от рук. Как назло и муки оставалось критически мало. Под прикрытием двойной порции ванильного экстракта и корицы я готовила «Печенье Любви». Этот рецепт хранится в нашем семейном архиве столетиями и передается строго по женской линии. На удивление, Мариса помнила его наизусть. Бабуля говорила, что только благодаря ему моя пра-пра бабка — бедная аристократка без приданного, смогла выйти замуж за герцога Лоллан. Тогда очень богатого и видного жениха.
— Маслом взбрызни руки — не будет так приставать, — подсказала Мариса.
— А эффект от этого не уменьшится?
— Думаю, две капли роли не сыграют.
И действительно, совет пришелся кстати. Мне удалось отделить тесто от рук и, раскатав скалкой, вырезать забавные формы. Поставив противень в духовку, я села на стул и взглянула на часы.
— Что-то задерживается твой муженёк.
— Может, это и к лучшему... Может, не надо его кормить этом печеньем. Попробовать договориться. Может, предложить ему деньги или ещё чего? Как-то это не правильно — взять и заставить влюбиться в другого.
— А он на тебе женился правильно? Не позволяйте ему обдурить себя, Ив. Ты ему нужна лишь для продолжения его великолепного рода. А что потом? Выбросит тебя на улицу так же, как и подобрал.
Мне ответить было нечего, но чувство, что мы делаем что-то неправильное, меня не отпускало.
Сигнал духовки сообщил, что печенье для супруга готово. Но вот самого супруга не было ни в семь часов, ни в восемь, ни в девять. Даже не знаю, было то беспокойство или любопытство, но я ждала Кристофа. Сидя на диване гостиной, я читала одну из книг, прихваченную в кабинете Кристофа. Других развлечений в замке не было.
***
Пять храбрецов стояли в центре, держа раскаленную цепь.
— Они уже близко! Открывайте печать.
Крайний мужчина взял свободный конец веревки, и круг замкнулся. Раскаленная цепь вспыхнула ярким пламенем, а вместе с тем озарился ярким светом камень с письменами в центе. Свет был настолько ослепительный, что я прикрыла глаза рукой, пока они не привыкли.
Девушка на волке уже вплотную приблизилась к мужчинам.
— Ясна, давай!
Подкинув в небо часть цепи, ставшей невесомой, они образовали проход. Но только волк ступил в круг, он скинул с себя девушку. Обнажая острые клыки, пытался дотянутся до её горла, но она удерживала его пасть, показывая нечеловеческую мощь. Их сражение длилось долго, соперники были одинаково сильны.
Яркий свет камня начал меркнуть. Он испарился, на его месте оказалась большая дыра. Из неё то и дело вырывались острые языки пламени.
Волк набросился на девушку. Согнув ноги, она со всей силы толкнула монстра, и он полетел прямо в огненную яму.
Пятерка держащих цепь ликовала. Девушка поднялась и подошла к краю ямы. Волка не было видно.
Понемногу цепь остывала, края ямы затягивались. Девушка в маске села на корточки возле узкого горлышка почти закрывшегося жерла и произнесла:
— Вот ты и проиграл.
Когтистая лапа то ли волка, то ли демона обхватила ногу девушки и дернула её в яму. Она ухватилась за края, но невиданная сила тянула её в огненную пропасть.
— Ясна! Открывайте печать заново. Он утащит её за собой! — воскликнул один из державших цепь.