Страница 52 из 60
Мне хватило ума собрать информацию о Гранхе. Теперь я поняла, почему Гарт отказывался говорить об этом городе. Он располагался в долине, что окружали невысокие горы. За горами начинались земли, покрытые льдом. В Гранхе были зимы со снегом, которые длились по два месяца. Работа там была на заводах, что располагались у подножья гор. Заводы производили металл, строили машины, изготавливали посуду, гвозди и другую мелочь. Руду добывали шахтёры, которые были в основном из каторжан. Кто отбывал свой срок особо не стремились возвращаться в родные края. Они оставались в Гранхе. Женились на женщинах, которые туда случайно забредали и рожали детей, переходя работать из шахтёров в рабочие завода. Часто там вспыхивали драки. Доказывать кто сильнее, кто слабее было нормой. Были и ограбления. Вражда доходила до такого уровня, что могли быть вырезаны целые семьи, включая детей. Я всё это слушала и у меня волосы дыбом становились.
Я не говорила о своих опасениях Гарту, но он словно их чувствовал. Всё чаще поглядывал на меня с каким-то невысказанным вопросом. Я молчала. Гарт сам не стремился начинать разговор, но обстановка накалялась.
Идти в гости он вначале не хотел, но всё-таки решился выбраться из дому куда-то ещё помимо работы. Люди на него косились. Кто-то демонстративно отворачивался. Правда, нашлось несколько человек, с которыми он работал. Те здоровались сквозь зубы. Это тоже раздражало. Сомнения. И чего я в нём такого нашла, что решила идти по одной дороге? Трястись в повозке. Детей рожать и растить вместе. Всё чаще возникала мысль бросить всю эту дурь и пойти своей дорогой. Но ведь почему-то я начала встречаться именно с Гартом. Только всё это начиналось как временное явление. Любовь прошла... Или прошла влюблённость? Прошла та сумасшедшая страсть, которая сводила с ума? А теперь что делать? Рядом человек, с которым я не могу понять хочу ли быть рядом. И что теперь? Разводиться? Смогу ли я одна ребёнка поднять? Как будут ко мне относиться другие, когда я решусь на такой шаг. Но ведь это лучше будет, чем жизнь в глуши. Ведь опять же совершаю ту же ошибку...
Дом матери Рены ничем не отличался от других домов с снаружи, а внутри я удивилась. Внутри была техника. Настоящая техника, почти такая же, как на земных планетах первого круга. Я видела и утюг, и вентилятор. Да это был прорыв. На кухне стоял миксер и комбайн. Пусть доисторический, но всё же. Там же стоял отдельный стол, который был завален всякими бумагами, книгами и ручками с различным цветом чернил.
— А вот и Арина, — довольно сказала женщина, выскальзывая из соседней комнаты. — Вы проходите. Садитесь. Можете чай поставить. Я сейчас переодену малыша и вернусь.
— Может мы не вовремя? — спросила я, переглянувшись с Гертом.
— Нет. Все хорошо. Я сейчас, — она торопливо ушла в комнату. Я поставила чайник. Стала разглядывать удивительные предметы. — А вот и мы. Рена с Жапом уехали за материалом, а нас оставили дома. Шенку потребовался срочно пластик. А сами знаете, что за ним ехать надо прямо на завод. Но это всё мелочи. Шенка же сразу в мастерскую ушёл, а я с малышом осталась. Уже и забыла как это с детьми сидеть. Мои-то разъехались все. Хотя старший вернулся уже с женой. Такая красавица. Но детей у них нет. А тут Рена приехала с малышом. Ой, а я-то последний раз с ними возилась, когда Сира маленькая была. Так это уже было... Так давно это было. А то ещё насчитаюсь и возраст свой выдам. Вот женщины возраста не стесняются обычно, а я стесняюсь. Не хочу, чтоб его знали. Пусть это будет моим секретом. Ведь имею я права на секреты?
— Да, — мы с Гартом ответили в один голос, потому что она явно ожидала от нас ответа. Рассмеялась.
— Меня Лава кличат. Ты Арина, а это твой муж...
— Гарт, — представился он.
— Арина, налей нам чаю. Я и сама бы справилась, но зачем, когда есть тут такие помощники. А ты малыша ждёшь? Здорово как. Если девочка будет, то ты обещала просватать её. Вот Рена молодец, додумалась. Да и ты не промах. Два сильных рода хорошо со сватать. Представляю какие будут знания в головах их деток. Гарт, ты ведь не против этого? Я помню, что твой отец как-то непримиримо относился к голубоглазым. Даже сына выгнал на улицу, когда у него глазки цвет поменяли.
— Откуда знаете? — спросил Гарт.
— Ну, я тогда этого мальчонку подобрала. Помогла его пристроить в семью. Себе брать не стала. У меня тогда и семьи-то не было. Ох, молодые годы. Они такие были волнительные. Помню, как он тогда ругался, что первый же ребёнок и голубоглазый. Эх, непримиримый он тогда был. Не умел подстраиваться под изменения. А ты не такой. Видишь больше, чем он, хотя и тоже глупости творишь.
— Я не знал эту историю.
— Так кто в таком признаваться будет? — хмыкнула Лава. — Мы с твоим отцом долго враждавали. И не только с ним. Его род пытался наш уничтожить. Да разве получиться уничтожить то, чего нет? Правильно ведь, Арина?
— Вы про вирус, который находится у всех в крови, но спит до времени? — уточнила я.
— Да. О нём. Так что воевать с проклятыми — это как воевать с ветром, — довольно сказала Лава. Малыш тянул к ней ручонки, она их осторожно убирала в сторону. Потом достала погремушку и протянула малышу. Тот начал перебирать колечки.
— А что стало потом с братом?
— Чего? Вырос. Женился. Род свой основал. Паренёк умный. Тактик хороший. Так вы с ним неплохо ладили во время войны. Сколько операций вместе провели. Видно гены вашего рода дают своё напоминание. Хотя он и не доверял поначалу, но... А вот Теран меня огорчил. Вот чистая копия Нарна. Такой же был балбес упрямый.
— Жап что ли? — возвращая в нужное русло разговор, спросил Гарт.
— Ну да.
— Если он брат Гарта, то о каком сватовстве идёт речь? — не выдержала я.
— Ой, об этом не волнуйся. Так Жап Рену взял, когда она уже носила. Чего только в жизни не бывает, — отмахнулась Лава. — Так что тут всё нормально. А ты правда на солнце похожа. Никогда не видела такого цвета. Но слышала. А ещё читала. Благадаря тебе такую библиотеку откапали... М.. Пальчики оближешь. Там и чертежи есть. Так что нас ждёт очередной виток техногенной революции. А после войны детки такие умные рождаться стали. Голубоглазые все. Красота. Гарт, ты не думай, что я чего-то имею против обычных людей.
— Я и не думаю, — ответил Гарт.