Страница 47 из 60
— Нет. Но всё равно... Ладно, спасибо, — не в силах спорить, я принялась за еду. — Нам придётся немного задержаться. Надо дождаться, когда у твоей мамы всё заживать начнёт.
— А я никуда не тороплюсь. Надо ещё крышу сарая починить. Через месяц поедем дальше. Но дольше задерживаться нельзя.
— Почему?
— Дорога долгая. А нам надо успеть на месте обустроиться до того момента, когда ребёнок родится.
— Всё время о нем забываю. Странно это, что скоро появиться ещё один человек.
— Тебе всё в этой жизни странно, — хмыкнул Гарт.
— Да, так и есть. Потому что это ведь как чудо. То, что не может случиться, но случается. Может для каждого восход солнца — это обыденность, которая приносит новый день, полный забот. Но для меня это каждый раз чудо. Просыпается солнце и освещает лучами всё вокруг, заставляя просыпаться. Для меня чудо-дети, которые такие маленькие, а потом становятся такими большими и умными или глупыми, непохожими друг на друга. А ведь вначале были всё маленькими комочками. Любовь — это тоже чудо. Как могут сделать два человека, непохожих, разного пола, разных взглядов, положения и цвета глаз иметь потребность друг в друге? Разве это не чудо? Не странно?
— Не знаю. Но ты красиво говоришь. Тебя слушать приятно. Как и целовать. Может я тебя порой не понимаю, но слушать тебя всё равно приятно.
— Это пока у меня голос не охрип. Вот будет хриплый, как двери несмазанные и сразу станет слушать неприятно.
— Какая ты порой глупая бываешь, — рассмеялся он, забирая у меня тарелку.
— Почему сразу глупая?
— Потому, — отпивая мой компот, а потом протягивая кружку, ответил Гарт. — Как думаешь, получится маму на ноги поставить?
— Получится. Я всё для этого сделала. Остальное только от неё зависит. Если у неё хватит смысла, так всё заживёт.
— Хватит, — уверенно ответил Гарт. — С каждым днём уверен, что правильно нас ветер свёл.
— Я тоже так думаю, — допивая компот, ответила я.
— А вот это странно, — он улыбнулся. Посмотрел на машинку, явно собираясь вернуться к шитью.
— Давай спать. Всех дел не переделаешь, — сказала я, откидывая одеяло.
— Наверное, ты права, — он вернул кружку на подоконник и выключил свет.
— Знаешь чем страсть от любви отличается?
— М?
— Даже просто с человеком лежать рядом приятно, — ответила я.
— Спи, — поцеловав в губы, усмехнулся Гарт. Точно. Надо спать. Завтра новый день. Новые дела, а я тут всё болтаю и сказки сочиняю. Но ведь правда, вот так лежать рядом с ним было так приятно, что невольно закрадывался страх, что сказка может когда-нибудь закончиться. Я хотела об этом сказать Гарту, но он уже спал крепким сном.
Я не особо заметила, чтоб Нарн был жёсток с детьми. Скорее он был с ними строг. Им это не нравилось. Хотелось больше свободы. Дочь хотела сбегать на танцы, но Нарн это всячески пресекал. Так же он не разрешил ей в этом году уехать путешествовать из-за того, что дороги были небезопасны. А я с ним была согласна. После войны вся страна напоминала растревоженный улей, который пролетал как-то мимо дома. Тогда все побросали дела и бросились на землю, боясь попасть на их пути. Ещё он был требователен ко всему, что касалось работы. Его авторитет в доме был неоспорим. Никто не мог высказать мнение, которое отличалось бы от него. Вот с этим я была не согласна, но молчала, не создавая конфликтов. Мне нужно было лишь дождаться, когда у Мэрты заживёт нога.
Конфликт произошёл спустя две недели нашего пребывания на ферме. Был уже вечер. Мы ужинали, когда около дома остановилась машина. За всё это время я не видела, чтоб кто-то приходил в гости, а тем более приезжал так поздно. В дом вошёл мужчина лет сорока. Может больше. Он посмотрел на нас, кивнул Мэрте, я удостоилась хмурого взгляда, но не больше.
— Режт девку попортил и в бега ударился, — сказал мужчина.
— Далеко не уйдёт, — сказал Нарн, быстро доедая ужин. Оставлять пустыми тарелки здесь были не принято.
— Десять человек на его поиски уже снарядились, — продолжил мужчина.
— Двенадцать, — посмотрев на Гарта, сказал Нарн.
— Что за девка была? — спросил Гарт.
— Мира, — сквозь зубы ответил мужчина.
— Одиннадцать человек, — ответил спокойно Гарт. Нарн удивлено посмотрел на сына.
— Слабак, — выплюнул он со злостью. Гарт даже не шелохнулся. Нарн поднялся из-за стола и достал пистолеты со шкафа.
— Я не дурак. Мира перед любым подол задирает. А Режт не тот человек, который будет силой брать.
— Считаешь я дурак? — спросил его Нарн.
— Ты глупый. Мать плоха, а тебе только молодость вспомнить и пистолетами помахать охота, — ответил Гарт. — У меня жена ребёнка ждёт. А ты хочешь, чтоб я пошёл по лесам бегать и искать парня, на которого наговорили? Ты ведь это тоже знаешь. Если хочешь, то бегай. Я дома останусь. Не хочу вернуться к открытым дверям. Времена неспокойные.
— Десять человек, — выпалил Нарн, закидывая пистолеты назад. Один из них выстрелил, заставив нас вздрогнуть.
— Арина, пойдём в комнату, — позвал меня Гарт. Я быстро выскользнула из-за стола. Потом слышала как уехала машина, а Нарн пошёл на улицу колоть дрова. Звук топора разносился по округе.
Гарт как ни в чём не бывало сёл за машинку. Я попыталась вязать. Как-то попросила Мэрту научить. И теперь пыталась освоить это занятие.