Страница 3 из 16
Моя уже бывшая хозяйка размашистым движением поставила подпись в конце листа и протянула его инспектору. Как же его фамилия? Стайс, кажется... Мужчина пробежался глазами по писанине, бросил хмурый взгляд на леди Клаус, сочувствующий - на меня.
- Леди Клаус, а не могли бы вы написать коротко и ясно, без лишних отступлений? Вы обвиняете Сильвию Элери в краже драгоценностей. То, что она плохо делает уборку и недостаточно почтительна с вами, тут совершенно не причем, - произнес инспектор Стайс, возвращая лист.
На лице леди Мартины отразилось недовольство, плавно переходящее в бешенство.
- Да как вы смеете! Я поймала воровку в собственном доме, а вы заставляете меня бесполезной писаниной заниматься? И вообще, почему я должна разговаривать с простым инспектором? Требую, чтобы меня принял начальник!
Началось... Я вздохнула и откинулась на спинку скрипучей и жутко неудобной лавки. Вообще-то арестованным положено сидеть в темной каморке под охраной, но для меня сделали исключение. Кажется, инспектор Стайс даже пожалел меня.
Выслушав пламенную речь, мужчина закатил глаза, потом встал и жестом показал леди Клаус следовать за ним. Я осталась одна в кабинете. Да уж, до чего дошла. Сижу арестованная в Магистрате. Что же мне делать дальше? Если Мартине поверят, что наиболее вероятно, меня отправят в городскую тюрьму до суда. А если не поверят, тогда я окажусь на улице. Даже не знаю, какая участь хуже. Я с грустью посмотрела на два листка бумаги, лежащие на столе. Один исписанный сверху донизу моими ужасными прегрешениями, а другой - мой, где в нескольких строчках объяснялось, что я не брала никаких драгоценностей. Кому поверят? Знатной даме или безродной служанке? Ответ очевиден...
Я прикрыла глаза и представила на секунду, что все это всего лишь страшный сон... А когда открыла, обнаружила, что в кабинете уже не одна. Передо мной стояла девочка лет шести-семи в голубом платьице в горошек. В руках она держала кудрявую куклу с фарфоровым личиком, одетую в пышное бальное платье. темно-русые волосы девочки, убранные в хвост, совсем растрепались, а бант развязался. Ее появление здесь показалось мне настолько странным, что я даже подумала, что мне привиделось.
Девочка смотрела на меня молча, а потом вдруг улыбнулась. Я невольно улыбнулась в ответ.
- Здравствуй, тебя как зовут? - спросила я.
Вместо ответа девочка залезла на скамейку и протянула мне свою куклу.
- Какая красивая у тебя кукла. А у нее есть имя?
В ответ снова молчание. Ребенок продолжал разглядывать меня и улыбаться. Она вдруг протянула ручку и попыталась стащить мой палантин.
- Не трогай, милая, не надо, - мягко попросила я. - Давай я лучше тебе косичку заплету?
Девочка кивнула, отложила куклу и умостилась на моих коленях, все также не произнося ни слова. Я аккуратно заплела ей волосы в длину. Косу, вплела голубую шелковую ленточку. Девочка спрыгнула с моих колен и подбежала к зеркалу, весящему на стене. Покрутилась так и эдак.
- Нравится? - спросила я.
Она улыбнулась мне и кивнула. В этот момент в кабинет вернулся инспектор Стайс. Девочка тут же подбежала к нему. Мужчина подхватил ребенка на руки, поцеловал в щечку.
- Ты что здесь делаешь, Лиззи? - укоризненно спросил он. - Я же просил тебя тихонько поиграть в соседней комнате.
Лиззи ничего не ответила, а только обняла мужчину. Он погладил ее косичку и с благодарностью кивнул мне.
- Нужно поработать, возвращайся к себе.
Лиззи кивнула, и мужчина опустил ее на пол. Она тут же подбежала ко мне и крепко обняла. Я очень удивилась такому детскому порыву, да и инспектор взирал на эту картину потрясенно. Отстранившись, Лиззи помахала мне ручкой и скрылась за дверью. А я почувствовала, что пока рядом находился этот милый ребенок, все мои мрачные мысли куда-то исчезли, уступив место чему-то светлому и приятному. Наверное, это его дочь. Как же хорошо, когда есть семью. Счастливый человек...
- Мисс Элери, сожалею, но вам придется отправиться в городскую тюрьму, - произнес инспектор, пристально глядя на меня.
Я вздохнула, стала и подошла к нему.
- Вы ведь знаете, что я не виновна? - тихо спросила.
- Знаю, но у вашей хозяйки большие связи.
- Бывшей хозяйки, - машинально поправила я.
Мужчина вдруг прикоснулся к моей руке и тихо сказал:
- Я что-нибудь придумаю, Сильвия... Обещаю, вам подберут приличных соседей.
Хорошо бы... Находиться в одной камере с убийцами и разбойниками не очень-то хотелось. Попробуем найти плюсы в этой ситуации. По крайней мере, хотя бы в ближайшее время мне не придется ночевать на улице. Уверена, леди Клаус непременно позаботится о том, чтобы меня больше не приняли служанкой ни в один дом Морфолка. Да и кому нужна бездушная?
Инспектор Стайс провожал меня до самого экипажа. В карете уже находился сопровождающий из Магистрата. В последний раз взглянув на сероглазого мужчину, потуже запахнула плащ и села в карету. Инспектор Стайс смотрел с сожалением. Мне даже почудилось на секунду, что он чувствует вину за произошедшее со мной.
Ладно, тюрьма так тюрьма. Я как никто другой умела смиряться с плохим. А плохого в моей жизни было очень много. А еще сколько будет... Морфолская тюрьма выделялась в элитном городском квартале серым неопрятным пятном. Каменные обшарпанные стены и окна с частыми решетками навевали исключительно мысли о тщетности бытия. Внутри все выглядело еще плачевнее, чем снаружи. Хмурые лица охранников в черной форме, снующих между камерами, добавляли мрачности атмосфере. Видимо, делалась ставка на то, что люди перестанут совершать преступления, чтобы не оказаться в этом жутком месте. По городу даже ходили слухи, что коридоры тюрьмы наполнены призраками арестантов, приговоренных к смертной казни. Они вечно заперты здесь, обречены вечно скитаться по серым холодным камерам в поисках выхода.
Хмурый здоровенный охранник что-то долго писал, а потом повел меня по совершенно одинаковым серым коридорам. Как они запоминают здесь дорогу, даже представить не могу. Сплошные коридоры с цепочкой одинаковых ржавых железных дверей с окошком для принятия пищи. Наконец мы остановились около одной из них. Охранник зазвенел ключами, и дверь вскоре отворилась с громким лязгом.
Камера оказалась холодной и сырой. Около стены прямо на полу на грязном матрасе лежала женщина, закутанная в старое дырявое покрывало. Я в растерянности встала посреди камеры, размышляя, как же смогу жить в таком ужасном месте.
- Наконец-то компания, - произнесла соседка хриплым голосом и громко прокашлялась.
- Здравствуйте, - тихо сказала я, разглядывая женщину.
На вид лет сорок, невысокая, полноватая, смуглая. Черные спутанные волосы подвязаны шелковым платком, украшенным блестящими монетками. Длинная цветастая юбка и светлая блузка наверняка когда-то были красивым нарядом. Но сейчас одежда была мятая и грязная.
- Здравствуй, здравствуй. Садись, не стесняйся.
Я с сомнением покосилась на матрас у противоположной стены. Застеленный таким же дырявым покрывалом. Вздохнув, опустилась на него, укрывшись. Стало потеплее, но я все еще продолжала дрожать. Но это, видимо, от стресса.
- Меня Кайза зовут, - доброжелательно произнесла женщина.
- А я - Сильвия, очень приятно, - вежливо ответила я.
- Очень интересно, - протянула Кайза. - Глаза какие... А волосы что прячешь? Понятно все...
Я отвернулась.
- Из дома выгнали, да? - сочувственно спросила она.
Я рассказала свою печальную историю, а Кайза внимательно слушала, время от времени цокая и всплескивая руками.
- Не удивительно, - заключила она. - К таким, как ты всегда плохо относились. Хотя если разобраться, ни в чем ты не виновата.
- Конечно! - воскликнула я. - Разве виновата, что я такая? За что меня все ненавидят?
Кайза встала и приблизилась ко мне. Пристально посмотрела в глаза.