Страница 110 из 133
— Если ты не хочешь, значит, не надо.
— Наташа, — ласково сказал Сергей, — отец увел мою первую жену. Я не верю, что это повторится, но мало ли. А теперь серьезно. Я прекращаю с ним отношения. Совсем. Буду жить собственной жизнью, как папа мечтал много лет. Может быть, на похороны приеду и то не факт, как бы жестоко это не звучало. Знаю, что выгляжу обиженным ребенком, но так, по сути, и есть. Сил нет ругаться и мириться, я просто устал.
— Понимаю, — вздохнула я. — Как скажешь, так и будет. Не всем же жить по заветам Кота Леопольда из добрых мультфильмов.
— Ты расстроена, — догадался он. — Но поверь, по-другому никак и это единственное, что омрачит нашу свадьбу. Пойдем, покажу фабрику. Ты всегда очки носила? Как я мог их проморгать?
— Нет, зрение испортилось в средних классах школы, — с трудом улыбнулась я. — Пересидела за компьютером по ночам, наверное. У меня близорукость. Минус деликатный и в обычной жизни не мешает. Читаю я свободно, телевизор тоже вижу, а на улице уже плохо ориентируюсь, если вдаль нужно осмотреть. Особенно в незнакомых местах.
— Ясно, — склонил голову на бок Конт.
— Офтальмолог сказал, что все пройдет, — поспешила добавить я. — Когда начнется старческая дальнозоркость, зрение на какое-то время станет совершенно нормальным.
Патриций расхохотался и больше про очки меня не спрашивал. Только иногда нарочито аккуратно, приобняв меня за талию, уводил в сторону от препятствий. Было весело и не обидно. Увидев его в первый раз перед стойкой ресепшн банка, ни за что бы ни подумала, что он такой заботливый.
Корпуса фабрики Сергею достались старые. Ремонт сделали только внутри, оставив снаружи непередаваемый колорит архитектуры времен развитого социализма. Сейчас цеха тоже строили квадратными и не баловались изысканным декором, но на глаз все равно старые постройки безошибочно отделялись от новых. Не знаю, по каким признакам. По запаху времени, наверное.
— Оборудование несколько лет не обновлялось, — рассказывал патриций, — некоторые линии морально устарели. Франко занижал цену за фабрику, понимая, что сюда придется вложиться. Но потенциал есть. Не смотря на кризис, удалось сохранить квалифицированные кадры. Обеспечить фабрику договорами на поставку, людей – работой, и дело пойдет. Административное здание, конечно, совсем никуда. Я хочу построить рядом новое, но сейчас денег мало. Ограничусь пока ремонтом и обновлением мебели.
Экскурсия получилась короткой. В пищевой цех без спецодежды и санкнижки нельзя, склад и место погрузки машин Конт счел неинтересными, поэтому сразу повел в административное здание. У двери начальника встречал управляющий Антон Вальшевский. Рыжий ирландец с хитрым прищуром и загубленными мечтами обзавестись итальянским боссом. У меня сердце в пятки ушло, стоило вспомнить, с каким скандалом мы расстались. Но он смотрел будто мимо меня. Не узнал в очках, пластыре на лбу, старой блузке и с другой прической? Хоть бы!
— Сергей Геннадьевич, — поздоровался он, пожав Конту руку.
— Наталья Загорская, — представил он меня, — наш новый помощник экономиста.
Ох, зря. Вальшевский дернулся и уставился на меня в упор. Значит, память на имена лучше, чем на лица.
— Из переводчиков в экономисты?
— Антон, — осадил его Конт. — Ты хочешь объясняться еще раз?
Все-таки состоялась после гостиницы взбучка от начальника. Вальшевский ссутулился, покаянно опустил голову, но взглядом сверкал исподлобья. Злобу затаил? До сих пор считал эскортницей, которую хотели подложить под Франко? Будут еще у меня с ним проблемы, я уже поняла.
— Нет, что вы, я все понял, — управляющий поднял руки в извиняющемся жесте и открыл дверь. — Прошу. Сергей Геннадьевич, я начальников собрал на совещание, ждем вас.
— Да, хорошо, провожу Наталью до рабочего места и приду.
От взгляда Вальшевского в спину у меня чуть блузка не задымилась. Даже Индис прервал молчаливый бойкот и прокомментировал:
«Мало ему Конт всыпал. А скорее всего, ограничился устным предупреждением. Эх, Наташа, плох тот мужик, что не может защитить свою женщину от хама».
«Тот, что душит её и роняет на лестницу, награждая раной, которую потом в травмпункте зашивают — еще хуже».
Дух фыркнул и снова исчез из моих мыслей. Ненадолго его страданий по Констанс хватило. Язвительность оказалась привычней и естественней. Я уже не верила в историю с мертвой возлюбленной и нетерпеливо ждала шамана.
Ремонт внутри здания и правда был «не айс». Серо-желтые стены, обшарпанные двери все в том же советском стиле. До интерьера ТФКБ, как до фабрики пешком от остановки. Зато здесь мне было гораздо уютнее. Напоминало чем-то коридоры родного ВУЗа. Конт завел меня в кабинет с табличкой «Экономический отдел» и представил пожилой, но очень элегантной женщине.