Ночной дозорКогда в городе гаснут праздники,Когда грешники спят и праведники,Государственные запасникиПокидают тихонько памятники.Сотни тысяч (и все – похожие)Вдоль по лунной идут дорожке,И случайные прохожиеКувыркаются в «неотложки».И бьют барабаны!..Бьют барабаны,Бьют, бьют, бьют!На часах замирает маятник,Стрелки рвутся бежать обратно:Одинокий шагает памятник,Повторенный тысячекратно.То он в бронзе, а то он в мраморе,То он с трубкой, а то без трубки,И за ним, как барашки на море,Чешут гипсовые обрубки.И бьют барабаны!..Бьют барабаны,Бьют, бьют, бьют!Я открою окно, я высунусь,Дрожь пронзит, будто сто по Цельсию!Вижу: бронзовый генералиссимусШутовскую ведет процессию.Он выходит на место лобное,«Гений всех времен и народов!»И как в старое время доброеПринимает парад уродов!И бьют барабаны!..Бьют барабаны,Бьют, бьют, бьют!Прет стеной мимо дома нашегоХлам, забытый в углу уборщицей,Вот сапог громыхает маршево,Вот обломанный ус топорщится!Им пока – скрипеть, да поругиваться,Да следы оставлять линючие,Но уверена даже пуговица,Что сгодится еще при случае.И будут бить барабаны!Бить барабаны,Бить, бить, бить!Утро родины нашей розово,Позывные летят, попискивая,Восвояси уходит бронзовый,Но лежат, притаившись гипсовые.Пусть до времени покалечены,Но и в прахе хранят обличие,Им бы гипсовым человечины –Они вновь обретут величие!И будут бить барабаны!..Бить барабаны,Бить, бить, бить!А. Галич1962–1964* * *Крепостное право, то, что крепчеи правее всех его отмен,и холопства старая короста,отдирать которую не просто,и довольство паствы рабством,пастыря – кнутом и монотонностьповторенья всякого такогона любой страницекратких курсов, полных курсоввсех историй.Это было? Это есть и будет.Временами спящего разбудитпьяного набата голошеньеили конституций оглашенье.Временами словно в лихорадкена обычной огородной грядкевырастит история бананыили даже ананасы.Вырастит, но поздно или раноскажет равнодушно: «А не надо!»* * *Я был либералом,при этом – гнилым.Я был совершенно гнилым либералом,увертливо скользким, как рыба налим,как город Нарым – обмороженно вялым.Я к этому либерализму пришелне сразу. Его я нашел, как монету,его, как билетик в метро, я нашели езжу, по этому езжу билету.Он грязен и скомкан. С опаской беретего контролер, с выражением гнева.Но все-таки можно проехать вперед,стать справа и проходить можно слева.О, как тот либерализм ни смешон,я с ним, как с шатром переносным, кочую.Я все-таки рад, что его я нашел.Терять же покуда его не хочу я.Б. Слуцкий
Современная Россия
Русское настоящее и советское прошлое
(Размышления с позиций «civic culture»)Ю.С. Пивоваров
Не исключено, что 2011 год впоследствии назовут рубежным. Во всяком случае, сейчас у многих ощущение конца чего-то старого и начала чего-то нового. Вопрос в том, от какого старого Россия, возможно, собирается перейти и к какому новому? – Сохраняя осторожность, сделаем предположение. Наше общество переросло то устройство, которое сложилось у нас в послевоенный хрущевско-брежневский период, во многом трансформировалось в ходе революции конца 80-х – начала 90-х годов и обрело свой нынешний вид в путинское десятилетие. Я настаиваю на том, что русская социальная эволюция шла именно таким образом. Ленинско-сталинский режим тотальной переделки, суицидального террора, беспримерно-насильственной мобилизации и отказа от универсальных человеческих ценностей сошел на нет в ходе Отечественной освободительной войны и мракобесных судорог середины века. После ХХ съезда начинают завязываться основы гражданского общества, а победившая Сталина номенклатура переходит от людоедства к более естественным формам социального питания. Иными словами, на смену мобилизации и террору являются медленно-противоречивая эмансипация и скромное потребление. Горбачевско-ельцинский период проводит полную демобилизацию и отдает Россию на разграбление наиболее витальной и современной части советской номенклатуры. Историческое значение Владимира Путина состоит в создании эффективного механизма по эксплуатации материальных богатств России в пользу небольшой части общества. В сфере политики и идеологии устанавливается уникальный строй – самодержавно-наследственное (или преемническое, или сменщицкое) президентство, опирающееся на авторитарно-полицейско-криминальную «систему» и отказавшееся от правовой и исторической легитимности.
Так вот, кажется, этот порядок перестал «соответствовать» русскому обществу даже минимально. И оно готово перейти к другим социально-властным отношениям.
Собственно говоря, этому и посвящена предлагаемая работа. Внешне, как и в первом, и втором выпусках «Трудов…», она носит эклектический, мозаичный характер. Но внутренне стягивается попыткой понимания некоторых ключевых тем: как возможна русская свобода; в чем и зачем реформы; каковы природа советского и советизма; основные черты наличного социального порядка; некоторые «архетипы» русской эволюции и др.