Страница 6 из 58
Хуже то, что причиной моего статуса незамужней является не отсутствие попыток его исправить. Я подписана и активно пользуюсь не менее, чем четырьмя брачными приложениями. Я посетила множественные встречи «Одиночек Гамильтона», и я никогда не боялась свиданий вслепую.
Моя мать также не опускает рук. Как раз неделю назад по телефону она бурчала о том, что, когда она была в моем возрасте, у нее уже было двое детей. Я сказала ей, что у меня есть Мышонок, который сойдет на пятерых детей, но она не думает, что это можно сравнить. Какая разница. Я больше ничего не могу сделать. Я хочу безумно влюбиться так же сильно, как она желает этого, но она не может взмахнуть волшебной палочкой и магическим образом воспроизвести на свет мистера Высокого и Красивого для меня, что означает — я в заднице.
Видите ли, недостаток интимной жизни на самом деле ничего не имеет общего со мной. То есть, конечно, я не всем прихожусь по душе. Я вроде как саркастичная и грубая временами, но Дейзи уверяет, что парням все равно из-за моих более выдающихся черт. Думаю, точные ее слова были: «Ты горячая, в форме, и у тебя крутые сиськи. Я не вижу проблемы».
Может, она лжет мне, чтобы уберечь от броска с ближайшей скалы, но я живу в своем теле достаточно долго, чтобы знать, что проблема не в нем.
Проблема в Гамильтоне.
Это город — маленький.
Большинство брачных приложений показывают вам мужчин на расстоянии определенного количества миль. Я расширила свои параметры, чтобы охватить всю страну, но перспективы до сих пор полный крах. Сейчас я листаю «Тиндер», пока сижу возле дома Дейзи. Задаюсь вопросом, увижу ли я новое лицо. Не знаю, почему я переживаю: новых лиц никогда нет. Пролистываю Джимми, который был моим парнем в начальной школе полторы недели. Затем Мартина, который на фут ниже меня, и Кэйла-ковбоя, который живет на окраине города и не так уж и плох, если выпить три или четыре пива. И смотрите, есть Джаред, парень, который владеет единственным спортзалом в Гамильтоне и каждый день обновляет свой профиль селфи слишком загорелого и слишком перекаченного тела перед зеркалом в ванной. Клянусь, если провести пальцем по его бицепсу, на вашем пальце может остаться след от спрея для загара.
У меня ноль пар на всех пяти моих брачных приложениях, и хоть я испытываю соблазн позволить этому забраться мне под кожу, я не делаю этого. Нет ничего нового. Гамильтон остается Гамильтоном, и, если я не собираюсь упаковать вещи и переехать в город побольше, мне приходится искать лучшее из этого — что я и делаю. Прямо перед тем, как направиться в дом, я отвечаю на приглашение на встречу «Одиночек Гамильтона» через две недели. Я не была на них месяц, и оптимистично настроена на то, что эта будет стоить моего времени. Видишь мама?! В противоположность тому, что ты думаешь, я не сижу дома, утопая в жалости к самой себе. Я выбираюсь.
Дейзи открывает входную дверь, а я даже четверть тропинки не миновала. Она, наверное, стояла у окна и ждала меня.
— Эй, сталкер.
Она игнорирует меня, спешит вперед и хватает меня за руку.
— Я не хочу, чтобы ты переживала, но есть некто, с кем тебе на самом деле стоит встретиться. Подожди... — она сканирует местность вокруг меня. — Где Мышонок?
— Дома. Он очень сильно испачкался после парка, и я не хотела, чтобы он испортил твои вещи.
Дейзи стонет.
— Это именно то, что я хотела, чтобы он сделал. Твой брат очень упрямый и трудно расстается с вещами. Тот коврик в гостиной — ужасен, но он, кажется, не думает, что нам нужен новый, пока этот не будет испорчен.
Я смеюсь.
— Приложу все усилия, чтобы разлить на него вино сегодня.
— Спасибо. Теперь, торопись, есть новый парень, с которым я никогда раньше не виделась, и я думаю, он холост.
Хоть она и выглядит возбужденной, я — нет. Дейзи переехала в Гамильтон только два года назад, и она постоянно путает, кто вновь прибывший, а кто решил отрастить бороду.
— Если это снова Кайл Паркер, я тебя стукну. Он живет здесь всю свою жизнь, Дейзи. У него просто теперь мужской хвостик, и клянусь, это сбивает тебя с толку каждый раз.
Она закатывает глаза и продолжает тащить меня за собой, что не очень-то и легко, учитывая ее обувь на сегодняшний вечер. Весь ее наряд правильный и модный: простое красное платье с бежевыми туфлями-лодочками. Ее белокурые волосы, заплетенные в свободную косу, что спускается по спине — наверное, осталась после работы — а ее макияжа достаточно, чтобы подчеркнуть и без того красивые черты еще больше. Теперь я жалею, что переоделась с джинсы, даже если надела ту пару, в которой, по словам Дейзи, моя задница выглядит «убийственно» горячо.
— Мне стоит переодеться во что-то из твоего? — спрашиваю я, пока мы проходим фойе. — Ты намного наряднее меня.
Она поворачивается и окидывает меня взглядом, расплываясь в широкой улыбке.
— Нет, ты горячо выглядишь. Эта рубашка достаточно узкая, чтобы показать твою фигуру без непристойности, и мне нравится, когда твои волосы вот в таком виде. Это сводит парней с ума.
Я пожимаю плечами, вспоминая ноль пар, ожидающих меня в приложениях. Думаю, стоит поверить ей на слово.
Мы останавливается в кухне для вина, и я могу увидеть, что большинство их гостей собрались на заднем дворике. На удивление, сегодня в Техасе приятный вечер — не слишком жаркий, и комары еще не вторглись в лето. Все попивают вино или пиво, и вроде как слоняются группками. Что касается вечеринок, эта чрезвычайно скучная.
— Нет пиво-понга? Ни бочонков? — спрашиваю я, пока Дейзи наливает мне бокал охлажденного белого вина, моего любимого.
Она оценивает меня взглядом.
— Твой брат захотел тихую вечеринку в честь новоселья.
— Ага, об этом… а она все еще считается вечеринкой на новоселье, если вы, ребята, живете здесь уже шесть месяцев?
Она пожимает плечами, пока заканчивает с розливом вина в бокалы.
Я киваю, и осматриваюсь вокруг. Дом прекрасен, один из старых домов в викторианском стиле, которые в рядок выстроились по улицам Гамильтона. Его недавно реставрировали, но подлинные деревянные полы остались нетронутыми. Их темная морилка создает контраст с белыми мраморными столешницами и современными светильниками, от которых в доме создается впечатление новизны и свежести. Короче говоря, я бы отрезала свою правую руку, лишь бы владеть таким домом.
Если честно, не могу поверить, что прошло шесть месяцев с тех пор, как я продала его им. Морщусь от мысли, как мало осталось от тех комиссионных. Я использовала большую часть чека на оплату своих последних студенческих займов, а часть отложила на сберегательный счет. Остальное утекло, как песок, сыграв для меня большую роль. Пара месяцев аренды, и я там, откуда и начинала — в отчаянной нужде найти нового клиента, но не такого, как мистер Боггс.
— Готова выйти на улицу? — спрашивает меня Дейзи тоном немного нежнее обычного. Наверное, она может почувствовать, что у меня был тяжелый день на работе. Нет надобности ворчать о Лори и остальных ее миньонах — Дейзи уже слышала о них прежде, и она сочувствует так сильно, как может. У них с Лукасом своя семейная практика и роскошь возможности быть боссом самому себе. Я мечтала уволиться из агентства и работать на них, но работа офисным координатором в маленьком кабинете врачей не очень-то и интересует меня. Кроме того, мне нравится недвижимость, даже если я не слишком хороша в этом.
Мы направляемся наружу, и Дейзи держится поближе ко мне, пока я киваю гостям, которых знаю, а их немало. Большинство из них мои одноклассники, с которыми я не утратила связь за года. В маленьком городе это вроде как невероятно сделать, особенно учитывая помощь «Фейсбука». Сьюзи Мейсерз сидит на кресле-качалке в нескольких футах от меня, положив ноги на кулер как на оттоманку — она на девятом месяце беременности и вот-вот лопнет. Ее муж, Дэйл, стоит слева от нее и болтает с друзьями, и все это время его рука покоится на ее плече. Милейшее зрелище, и из-за него я выпиваю свое вино быстрее, чем следовало.