Страница 57 из 70
— Хорошо, если я сказала что-то грубое, то я не хотела обидеть тебя.
— Я знаю. Я вырос в тяжёлые времена. Я привык к этому. Люблю тебя, горошинка.
— Я тоже люблю тебя, папа.
Я знаю, это прозвучало глупо, но часть меня действительно любила его. Словно я всегда знала, кто он, просто слишком боялась признаться себе.
Я снова залезла в пламя Блейка и стала ждать.
«Папа?»
«Я здесь, просто слушай мой голос».
«Пожалуйста, не уходи.»
«Не уйду. Ты можешь сделать мне одолжение? Пожалуйста, скажи моему дракону, что мне очень жаль. Я никогда в нем не сомневался».
Я улыбнулась.
«Обещаю.»
Я закрыла глаза, и первое, что вернулось ко мне, ненависть к Блейку. Она поглотила меня.
«Елена, это не твои чувства, а его, — услышала я голос отца. — Когда все восстановится, тебе нужно будет двигаться очень быстро, потому что они попытаются вмешаться».
«Он этого не заслуживает».
«Держись за собственную сущность».
Его голос был мягким и добрым. Мне это совсем не нравилось.
«Чего ради?»
«Это не ты, Елена. Но ты такой станешь, если не подчинишь его».
В это мгновение вернулись и звук, и жжение, и все, что было раньше. Я закричала от боли.
«Сейчас», — крикнул мне отец.
Я встала из пламени, и каким-то образом мне удалось заблокировать это пламя обеими руками. Немного надавив, я смогла отбросить его, словно мяч. Я встретилась взглядом с его красными демоническими глазами.
«А теперь поговори с ним».
«Он меня не понимает,» — ответила я отцу, и Блейк уставился на меня.
— Нет, ты дракон. Это не считается, — прокричал Блейк на чистом английском языке. Его драконье обличье раньше не говорило по-английски.
«Поговори с ним, Елена», — зазвенел голос отца в голове.
— Я не дракон. Оказывается, это была лишь оболочка, в которой я покинула Пейю семнадцать лет назад.
— Когда ты выучила латынь?
Нет же, идиот, я говорю по-англ…
— Я говорю на латыни?
— Я ничего не понимаю, — снова проорал Блейк.
«Скажи ему, кто ты, Елена. Он должен знать, что ты узнала», — прозвучал голос отца.
— Не прикидывайся тупицей, Блейк. Ты узнал, кто я, как только я появилась в Пейе. Как-то ночью я спросила тебя, есть ли надежда тебе обрести Драконианца, а ты ответил, что такой надежды нет. Брайан погиб! Значит, ты знал, кто такой Пол, и что он лгал о том, что он мой дракон. Люциан погиб!
«Елена, полегче», — сказал отец.
Я посмотрела на руку и увидела, что розовое пламя поглотило ее целиком. Я сжала кулак.
— Ради тебя мне пришлось убить Кару.
Вся толпа смолкла.
— Она одна меня понимала, — закричала я на него. — Ты не заслуживаешь заявления прав!
Я швырнула пламя, родившееся в моей руке, и оно приземлилось, как мячик на землю. Я развернулась и пошла прочь.
«Елена, не делай этого, твоя мать погибла, защищая тебя».
«Нет, папа, она отослала меня, чтобы защитить себя, — рявкнула я в ту сторону, откуда донёсся его голос. — «Вы оба так сделали.»
— Трусиха! — рыкнул Блейк и швырнул в меня молнией, из-за чего я упала. Меня не затрясло как Бекки в ту ночь, но боль от удара электричеством продолжалась в течение минуты, а потом практически исчезла, оставив лишь отголоски. Я дернула головой и злобно взглянула на него, изогнув бровь.
— Ты забыл, что ни одна из этих сил не принадлежит тебе. Это мои силы и способности, и они не причинят мне вреда.
Я развернулась и направилась к воротам, в которые вошла пару минут назад. В руках снова разгоралось пламя.
— Не играй со мной, Ченг, открой ворота, — сказала я, и он послушался приказа.
В толпе послышался шум. Я остановилась и развернулась. Это было вступление к песне Люциана. К песне, которую Арианна использовала, как свою, пару часов назад, или минут, все так запуталось.
Ещё больше людей присоединилось, и стало понятно, что они пели и пытались повторить вступление, они даже топали на слове «Thunder» (Гром).
«Давай, Елена, не позволь Горану победить, потому что он завладеет тобой, если ты обратишься ко злу», — взмолился мой отец снова.
«Ты ещё здесь?»
«Ничто из твоих слов не заставит меня уйти, пока ты не заявишь права. Я знаю зло, помни это, ты еще не зло».
Я взглянула на Блейка. У него перекатывались мышцы, пока он просто стоял на месте.
«Покажи ему, чьей силой он владеет, заставь его почувствовать страх».
— Ты и я, давай покажем им такое заявление прав, какого они ещё не видели.
Блейк засмеялся.
— Нас с тобой никогда не будет.
Он выдохнул розовое пламя, и я увернулась. Потом ещё и ещё, но моя реакция была очень быстрой. Я замечала каждый, и они проносились мимо. Я чувствовала себя странно, словно стала совсем другим человеком. Блейк снова взревел и использовал на мне телекинез. Я взлетела в воздух, словно ничего не весила.
«Воспользуйся этим, Елена. Обрати в свою пользу!» — громыхал голос отца в голове.
Не долетев до стены, я сменила направление полета. Ноги коснулись невидимой стены, я повернулась и идеально приземлилась на ноги, как кошка.
Толпа зашумела. Забавно, что я их слышала сейчас, а раньше — нет.
«Это потому что ты Взошла. Твой слух станет намного лучше, чем раньше».
Он ударил снова, на этот раз молнией. Она попала в меня, и хотя я должна была рухнуть на землю, молния просто извилась на моей коже. Я улыбнулась, увидев, что вокруг руки засверкали искры, словно аккумулируя энергию в ладони. Я сформировала огромный электрический шар.
«Ударь по нему электричеством, заставь считаться с собой!» — сказал отец.
Я сделала, как он сказал, и швырнула шар в ногу Блейка. Каждый раз, когда я попадала в его чешую или конечности, моя злость немного утихала. Он снова взревел, споткнувшись, и земля содрогнулась.
«Твой шанс настал, Елена. Задай ему всем, чем можешь».
Из моих рук летели огонь, молнии и ледяные шары быстрее, чем я могла подумать. Затем внезапно Блейк исчез, толпа превратилась в трясину, и я обнаружила, что нахожусь в скользкой, густой грязи, пытающейся засосать меня.
«Это не по-настоящему, Елена. Это он…»
«Ты это видишь?»
«Моя привилегия, помнишь?»
«Понятно».
«Все, что ты делаешь…»
«Я знаю, что делать, папа. Я типа немного была драконом».
«Я слышал».
«Что ты имеешь в виду, говоря «слышал»?»
«Долгая история».
«Я больше никогда тебя не увижу».
«Елена, сейчас не время, ты должна подчинить его. Подумай о месте, где тебе хорошо и подчини его!» — закричал он.
«Я знаю, что делать!» — прокричала я в ответ.
Я снова сконцентрировалась на Колизее. Я знала, как это делать, Блейк показывал мне. Единственная проблема заключалась в том, что мое воображение должно было быть сильнее, чем его.
Я представила скалу с очень острыми выступами, и внезапно цвет скалы стал пурпурно-красным. Это он попытался атаковать меня с близкого расстояния.
Я схватила рог на его голове и запрыгнула ему на спину.
Сразу же Колизей стал прежним, но только на мгновение. Снова вернулась трясина, а потом опять Колизей.
— Бесполезно, Блейк, это ничего тебе не даст.
«Правильно, Елена. Покажи ему, чьими способностями пользуется он сам».
— У тебя нет ничего, о чем бы я ни знала. Отстойно не иметь секретов от меня, ага? — прошептала я в огромное бархатное ухо.
Он снова взревел и скинул меня. Я упала на спину, и мне пришлось сразу же перекатиться, чтобы увернуться от огромных лап, пытающихся раздавить меня. Земля сотрясалось с каждым ударом этих огромных лап.
Отец что-то орал, но я была слишком занята тем, чтобы меня не раздавили как букашку.
«Схватись за одну из его лап, и пусть он подумает, что скинет тебя, и ты потеряешь сознание», — наконец, разобрала я слова отца.
Я сделала, как он сказал, хотя это было непросто, и удачно соскользнула с его лапы, хотя он смог вывернуть мне плечо.