Страница 3 из 8
Она очень сомневалась, что они с Эдвардом вкладывали одинаковое понятие в слово «любовь».
- Я думаю, что слово любовь мы понимаем по-разному, Эдвард. Я не готова к одноразовой любви.
Эдвард оставил поцелуй своих нежных губ на внутренней стороне бедра. Кэтрин вздрогнула, посмотрев на его перепонки и жабры на шее.
- Не надо так много думать, дева, я хочу сделать тебе хорошо - я не войду в твои ножны без твоего на то согласия, - сказал он, проследив за ее взглядом. - И не бойся моей инаковости - я не сильно отличаюсь телом от ваших неверных и порой грубых мужчин.
Кэтрин посмотрела на него - вернее на его жабры, и протянула к ним руку, чтобы потрогать. Эдвард, как будто бы боясь ее спугнуть, замер, чуть откидывая голову и открывая шею.
- Кто ты? - спросила Кэтрин, проводя пальцами по трем «крыльям» на коже, идущих друг за другом, размером не больше пяти сантиметров.
- Нас называют по-разному - русалы, тритоны или амфибии, - тихо говорил парень, впервые с их знакомства испугавшись чего-то.
- А ты живешь где-то здесь? В океане?
- Когда как судьба обернется, - уклончиво ответил Эдвард, но Кэтрин не стала углубляться в эту тему, перейдя к перепонкам на пальцах, которые были очень тонкими и нежными, но одновременно крепкими, чтобы удерживать сопротивление воды.
Эдвард тяжелее задышал, внимательно наблюдая за изучающими движениями Кэтрин.
- Они и на ногах есть, - добавил Эдвард.
- Что? - очнувшись от своих размышлений, спросила Кэтрин.
- Перепонки, они и на ногах есть.
Белла выпрямилась и сделала шаг в сторону, вынуждая Эдварда отпустить ее бедра.
- Мне пора идти, меня ждет подруга.
Эдвард слегка улыбнулся, показывая свои белые зубы и ямочки на щеках.
- Тогда изволь тебя проводить, милая Алекс. Мы никогда не брали силой того, кто не хотел.
- Я хочу, просто не могу. Все очень сложно.
Зачем она это сказала? Господи. Кому от этого легче? Звучало это как глупое оправдание, чтобы не ранить его чувства. А разве ей было какое-то дело до его чувств?
- Тогда я завтра буду ждать тебя на закате - около девяти часов на том же месте, - сказал Эдвард, вставая. - Надеюсь, ты придешь на встречу.
Он наклонился и поцеловал Кэтрин в шею, проведя языком по отзывчивой коже и прикусив ее. Кэтрин ахнула, сжимая края шорт, и направилась к выходу, чтобы вырваться из этого порочного круга.
Дорога обратно заняла гораздо меньше времени. Эдвард шел рядом до бухты, где она обнаружила браконьеров. А потом, когда она обернулась попрощаться, то никого не обнаружила - только ее фотоаппарат в футляре, на котором что-то лежало.
Кэтрин присела перед камерой и обнаружила там раковину, в которой на бархате лежала большая розовая жемчужина. Кэтрин ахнула, когда узнала в нем жемчуг Конка, стоимость которого за карат могла достигать восемнадцати тысяч долларов.
- Спасибо, Эдвард, но это слишком, - сказала достаточно громко Кэтрин, но вряд ли ее кто-то услышал.
Всю дорогу домой она рассматривала жемчужину, не веря своим глазам. Это была такая редкость, что просто с ума сойти. Эдвард. Стоило ли вообще завтра приходить к нему на встречу? Готова ли она была развлечься на одну ночь, чтобы потом продолжить жить своей жизнью, не сожалея и не вспоминая? С другой стороны - а кто мог осудить ее за это? Она через несколько дней уедет из этого места - и все тайны останутся здесь. Но ведь он не человек...
В отеле никого не было, и Кэтрин быстро проскользнула на второй этаж в их с Бекки комнату. Подруга сладко спала на кровати, которая выглядела так, как будто здесь прошла страстная битва - простыни были скомканы, в каких-то местах виднелись пятна от вина и сливок. Возможно, если бы Кэтрин не струсила, то и она смогла бы сегодня спать так же сладко и довольно.
Кэтрин вдохнула, разделась и плюхнулась на свою кровать, лицом вниз, все еще чувствуя, как горят те места, которых касались губы Эдварда.
***
На следующий день, уже вечером, Бекки встала в отличном настроении - вся цвела и источала восторг, а вот Кэтрин соскребала себя с кровати, еле передвигая ногами.
- Кэтрин, как хорошо чувствовать, что тебя качественно оттрахали, - Элис расправила руки и звездочкой свалилась на кровать. - И не хочется даже ругаться на тебя за то, что ты бог знает, где ходила до утра. Но судя по твоему настроению - это была просто работа.
Кэтрин сняла полотенце, обернутое вокруг тела, и надела свой удачный раздельный купальник.
- Я смотрю, кто-то подготовился к чему-то влажному, потному и горячему, - Бекки легла на бок, подперев голову рукой, и рассматривала Кэтрин с ног до головы.
- С чего ты взяла? Вчера я тоже была в купальнике, - как можно более равнодушно ответила Кэтрин, хотя весь вечер она страдала как проклятая, вставив полотенце в рот вместо кляпа и делая себе восковую эпиляцию. Это было адски больно.
- Ну, кто-то скакал как сайгак по ванной, пытаясь сделать свою кожу гладкой, как попка младенца, - Бекки наматывала на палец прядь волос, хитро улыбаясь. - Кто он?
- У нас ничего не было, он просто спас меня от смерти в океанской воде. По крайней мере, он пригласил меня... на пляж сегодня, - абстрактно сказала Кэтрин.
- Иииии.... - настаивая на продолжении, протянула Бекки.
- И я не иду, - подытожила она.
- Ты для этого два часа страдала от боли? - шокировано спросила Бекки.
- В любом случае, это обычная процедура для девочек, - сказала Кэтрин и отвернулась.
Бекки поняла, что разговор окончен, и направилась к выходу из номера, выбрав самый сексуальный и подчеркивающий достоинства купальник. Кэтрин схватила фотоаппарат и поплелась за ней - вернее за ними, так как к нам присоединился Бен. Сказать, что она чувствовала себя креветкой во фруктовом салате - это ничего не сказать. Они держались за руки, периодически трогая друг друга за все части тела, какие только можно, а иногда и совсем пропадали в каких-то переулках.
Кэтрин старалась больше фотографировать и отвлекаться на счастливые лица людей. Некоторые подходили к ней и с большим удовольствием позировали, а она давала им визитку со своим сайтом, где они могли позже посмотреть фото. Они медленно шли к пляжам, когда на встречу попался маленькая лавка с сувенирами.
- Кэтрин, пойдем, у нас этого хлама навалом, - сказала Бекки. - Идем лучше на пляж.
- Вы идите, а я скоро буду, - махнула она им, рассматривая импровизированную витрину с различными фигурками, магнитиками и оберегами.
Навстречу вышла смуглая пожилая женщина, вставая недалеко от Кэтрин и наблюдая, как она кончиками пальцев трогаю товар. Ее волосы были черными как смоль с седыми ниточками, пронизывающими толстую косу до пояса.
Кэтрин всегда нравилось покупать какую-то частичку места, в котором она бывала. Здесь все сувениры касались тюленей и связанного с ними пляжа Ла Хойя, но единственная фигурка бросалась в глаза - она была достаточно старой, краска чуть износилась, но на ней был явно изображен мужчина с хвостом русалки. Русал? Судя по расположению, никто не покупал и не интересовался ей уже достаточно долгое время.
«Нас называют по-разному - русалы, тритоны или амфибии»
- Это тритон или амфибия - мифическое существо, - подошла ко мне женщина, удивленная моим выбором. - Считается, что они живут среди нас, занимаются любовь с нашими женщинами и таким образом продолжают свой род. Говорят, они хорошие любовники. Красивые существа, добрые и мирные, если не нарушать дисбаланс океана - тогда они превращаются в морских дьяволов.
- А как же тогда человеческие женщины живут с ними? Ведь это сложно себе представить - семейная идиллия с человеком-рыбой, - улыбнувшись, поинтересовалась Кэтрин, надеясь, что ее не примут за сумасшедшую.
- Ну, нет, девочка. Говорят, что на суше они вполне себе мужчины - без жабр и перепонок, просто долго не могут существовать без воды и селятся всегда около океана.
Женщина обошла прилавок и взяла фигурку в руки.