Страница 29 из 34
— Со всем уважением замечу, наставник… никто, в том числе и вы не озаботился моим обучением. Полагаю, таков приказ нашего господина? Почти четыре месяца мы испытываем болотное железо и непонятные сплавы на предмет их трансформации и это всё. Стоит ли теперь удивляться моим неосмотрительным поступкам?
Наставник тяжело взглянул в мою сторону.
— Я не разрешал тебе посещать главного кузнеца.
— Но вы и не запрещали, наставник.
— Теперь я сожалею о своей неосмотрительности.
Я промолчала и с трудом удержалась от пожатия плечами, какой смысл в пустых сожалениях…
— С вами что-то случилось, наставник?
— Со мной — ничего.
Так… значит, со мной. Главный кузнец? А более и некому на меня накапать наставнику, или бери повыше… самому Наваргу? Внезапно засосало под ложечкой, ледяной ручеёк предчувствия медленно стёк по позвоночнику, в тот же миг десять чёрных змеек заплясали в воздухе на уровне подбородка, стремительно слились воедино, и тонкий чёрный браслет в шесть витков исчез под рукавом.
Если я правильно понимаю пристальный взгляд наставника, радоваться нечему. Вместо всестороннего и систематического обучения имеем тренировочные трансформации разных металлов, многочисленные попытки создать непонятные приспособления из серии «спроворить из дерьма конфетку». И что характерно, никто не побеспокоился ознакомить меня с результатами исследований созданного мною металла. И что теперь?
— Ты соблаговолила спросить, что теперь? — наставник жёстко усмехнулся.
Я дёрнулась, неужели вслух подумала… плохая привычка.
— Спрашивать нужно было ещё вчера, а сегодня знай: через четыре дня ты везёшь этот «ятаган» в составе посольства и сделаешь всё возможное, чтобы меч служил верой и правдой будущему хозяину. Таков приказ господина Наварга.
Я опешила, вот это новости!
— О каком посольстве идёт речь, наставник?
— О свадебном, если ты ещё не поняла.
Я прикрыла глаза… прямо, как в царствующих домах Европы. Сначала едут послы, осматривают девку на предмет выяснения размеров приданого, а пуще того, способности рожать, затем сватают, а далее следует ответный визит с дарами и прочей требухой. А там уж и честным пирком да за свадебку. Вот только с чего мой наставник желваками играет? Глаза злющие, лицо обтянулось кожей так, что мышцы кажутся полностью отсутствующими, а единственный кулак стискивает подлокотник кресла.
С чего этот крендель бесится? Почти триместр он пудрит мне мозги этикетом, грамотой и основами не пойми чего, основанными на управлении магическими силовым потоками. Тот факт, что упомянутых потоков я не вижу, никого не смущал до сих пор, так какого чёрта этот однорукий ведьмак играет спектакль одного актёра при включённой глушилке?
Наставник Аглин кивком поблагодарил слугу, незаметной тенью мелькнувшего за его спиной. На столике материализовался поднос с каким-то пойлом цвета сырой печени, то ли вино, то ли морс из ягод неизвестного генезиса, но мне испить принесённое не пришлось. Не предложили, горе какое.
— Ты разочаровала меня, Экрима.
Новое дело, а должна была очаровать? С какой стати? Наставник обязан учить магии, а разве ты учил? На вопросы отвечал, это верно, но насколько честно?
— Тебе нечего сказать?
Я молчу, переваривая несказанное. Как же мне надоела строго дозированная информация и особенно одиночество вдвоём с наставником, исправно снабжавшим меня слитками неизвестного металла. Похоже, учить магии простолюдинку не собираются, доступа в книгохранилище и вовсе не дали, мотивируя отказ наличием наставника. Оставалось надеяться на оговорки окружающих, но много ли узнаешь из разговоров кухонных старух? Это в старой Англии слуги считались едва ли не аватарами своих господ, а здесь магия правит всем, запечатывая уста любителям поговорить. Мне очень хочется, чтобы предполагаемое путешествие стало приятным разнообразием посреди монотонного существования…
О! Дорогой наставник иссяк, побаловав напоследок приятной новостью — он не едет с посольством, а я еду! Ура! И в качестве наказания упрямая девчонка будет размещена не в господской части путешествующих, а поедет в обозе со слугами, конкретно с ловчими «нашего господина Наварга», да ещё и верхами! Последняя новость не слишком обрадовала, ибо последний раз я видела лошадь в детстве, пару раз проехалась спокойным шагом с рядом с мерином дядьки Филиппа, что для семилетнего ребёнка было истинным приключением.
На все прочие вопросы и многозначительные фразы, произнесённые при включённой глушилке, я отмолчалась с видом тупой крестьянки и была отпущена — с досадой и великим недовольством. Особой радостью оказалось снятие с ноги синего браслета, наставник лично провёл пальцами по ступне и иссиня-серая лента отцепилась от щиколотки. Но сразу же пришлось озадачиться вопросом — мне доверяют или наоборот, вычеркнули из списков адептов?
Единственное, о чём я попросила, вежливо прощаясь с наставником — это предоставить возможность попрактиковаться в верховой езде вместо занятий с металлом.
Глава 11
…Прохладным утром следующего дня Муниса отвела меня к восьмиугольному приземистому строению и сдала с рук на руки тому самому беркутчи, что в первый день отсвечивал изрубленной физиономией. Задача оседлать кобылку оказалась неподъёмной для детских рук, и ловчий по имени Влассир (можно Влас, госпожа) после недолгих мучений с затягиванием подпруги отстранил меня от этой холеры. С моим ростом и силёнками удобнее всего сидеть на горшке, а не в седле — примерно так выразился наставник по конному спорту. Руки едва не отваливались, затянуть подпругу — это каторжный труд, если кто не знает. После часа тренировок у меня трясутся руки-ноги, сбивается дыхание и ноет бедро… им я умудрилась приложиться неведомо обо что, потеряв равновесие.
Дальнейшее просто бред какой-то! Скачка? Ага, ждите! Вас будут учить правильно падать с лошади, лучше всего боком, на плечо и желательно тут же откатиться к чёртовой матери, если получится. Мне доверительно сообщили, что приземляться на копчик — это удел сумасшедших, а уж бросать повод и вовсе идиотизм! Повод смягчает удар, да и лошадь не убежит, но поверьте на слово… приятного мало, когда без всяких «извините» и «разрешите» тебя верёвкой сдёргивают с лошади. Полагаю, синяков я заработала прилично, бока ноют, локоть тоже ушибла, да ещё и разрыдалась от нестерпимой боли, как сущий младенец — позорище.
Затем довелось полежать на незасёдланной заразе, постоять на коленях на спине шагающей заразы, поджимать ноги, да ещё и балансировать при этом, стараясь удержаться! Меня также не миновало редкостное удовольствие полежать спиной на шагающей кобыле, масса приятных ощущений, а затем (после пары часов таких радостей) меня недолго погоняли на рыси и без седла.
Никогда не ездили верхом на смирной лошадке в присутствии наставника Власа? Много потеряли. Четырежды я падала кулём в слегка прибитую снежком пыль… при этом выяснилось, что приземляться лучше всего на ноги, а не на спину или не дай Вседержитель, на голову. Наставник с ругательствами закидывал меня на спину заразы и мучения продолжались. Самое сложное — это расслабиться и попасть в ритм шага лошади, как я понимаю, да ещё и прогнуться в пояснице надо, типа амортизация!
По окончании обучения, наставник снял меня с лошадки почти в обмороке. Подвывая от ноющей боли в мышцах бёдер, я потащилась на конюшню ухаживать за Нерой, так звали мой персональный пыточный инструмент.
В отличие от кухонных старух Влас оказался молчуном и в процессе обучения на вопросы упрямо отмалчивался, а тут нате вам, заговорил:
— Ты же не думаешь, госпожа, что я буду седлать твою лошадь, да ещё и чистить её в походе?
Он почесал бритый подбородок и поправился:
— Ладно, седлать буду, так и быть, но вот остальное…
Я зыркнула на него из-под шеи лошади и пробурчала:
— Госпожу нашёл, тоже мне…
— Не забудь показаться целителю.