Страница 4 из 88
- А вот нам вы таких песен не пели товарищ командир… - приторно-скорбным тоном упрекнула меня Романова, когда я зашёл – в очередной раз, проверить раненых и поработать над лицом танкиста. Грета стояла рядом и просто смотрела – даже не укоризненно…
- А ты кто у нас по гороскопу ? – спросил я у Марии.
- По какому ещё гороскопу ? – удивилась Романова. Всё понятно…
- Месяц рождения какой ? - терпеливо задал новый вопрос.
- 30 июля… - До Марии, наконец то, начало доходить…
- Ну а вы что скажете относительно вашего гороскопа фройлен ?
- 1го августа мой генерал… - скорбно ответила Грета…
- Ну и как, скажите на милость, я смог спеть на ваш день рождения ? Теперь уже только на следующий год… - развёл руками в сожалении… Романова – вот же неугомонная, воскликнула возмущённо:
- Мы не согласны столько ждать ! Грета, благоразумно промолчала.
- Ну а вы что на это скажете моя прелесть ? Капитан вскинула на меня удивлённый взгляд ! А мне что: мне главное вбить клин в эту дружную парочку… Шутка, конечно, но атаку по одиночке я ещё выдержу, а вот дружный натиск с покушением на мою непокобелимость вряд ли: уж если что женщине втемяшится в её прелестную головку…
- Как вам будет угодно мой генерал… - присела в книксене, потупив скромно глазки Грета, предварительно подарив мне такой взгляд !
- Предательница ! – выпалила, обидевшись, Романова…
- Не переживайте так товарищ военфельдшер: какие ваши годы – я вам ещё спою и не один раз…
- Ловим вас на слове товарищ командир ! – воскликнула Романова.
- На нашем командире где сядешь – там и слезешь… - остудила её горячую радость практичная немка, "повидавшая жизнь"…
- А мы не будем с него слезать ! – со смехом возразила Мария, но посмотрела так, что я бочком-бочком выскользнул из госпиталя – от греха подальше… Но успел услышать насмешливое в спину:
- Ну куда же вы товарищ командир ! У нас к вам ещё много вопросов.
И всё таки ночь я спал неспокойно: откинутая в сторону проблема с вызовом не давала спокойно уснуть. Заснул только под утро и встал, естественно не выспавшийся и злой. На себя, конечно. Ну – попадись ты мне под горячую руку представитель ставки ! И попался ! Утром пробежался с бойцами моей роты до полигона; погонял Рощина "со товарищи", да и сам прошёл полосу пару раз, чтобы форму не терять. Завтрак и на механический завод. Ну… заводом его можно назвать с натяжкой… Но всё же – это было место для работы моих мастеров…
Как только моё подразделение вошло в город – я сразу же "оккупировал" этот завод. Всех: и рабочих и служащих "уволил", выдав двадцатидневную зарплату. Деньгами. Выходное пособие… Возмущённому директору объяснил – военная необходимость. Он убежал жаловаться в горком партии. Оттуда приехал какой то инструктор. Был послан. По адресу не поехал – поехал к шефу. Жаловаться… Приехал секретарь горкома. Попытался "качать права", но мгновенно заткнулся, увидев под носом длинный ствол парабеллума ! Я ему тоже объяснил – мера временная: военная необходимость. Через 20 дней – милости прошу на прежнее место… Секретарь уехал, пригрозив пожаловаться в Брянск и самому товарищу Сталину. Я оставил угрозу без ответа… Из всех мастеров завода оставил 42 человека для беседы и выгодного предложения: сказал откровенно, что Красная Армия не располагает достаточными силами для удержания города и город вскоре будет сдан немцам… Им предлагается работа на заводе, пока мы будем находится в городе и в последующем – эвакуация и безопасность для них и их семей… Шестеро обещали подумать – остальные согласились. Шестерым пожал на прощанье руку, а Чёрная сила выжгла в сознании мои слова о том, что город придётся сдать врагу. Они ушли подумать, не подозревая, что для них, с их отказом, возвращение на завод уже невозможно. Остальные сразу же влились в трудовой процесс…
И закипела на заводе работа со страшной силой ! "Утомлённые" бездельем, за время вынужденного "переселения" из Минска в Трубачёвск мастера, накинулись на работу, как изголодавшийся моряк на портовую путану. Вновь принятые начали работать на подхвате, но лиха беда начало: кто как себя покажет, тот такое место и займёт. Или останется в городе – если окажется некудышным мастером… Завод продолжал выпускать самоходки, но начал и дорабатывать автоматы ППШ: крепили под железную ствольную коробку деревянное цевьё, чтобы можно было держать автомат не обжигая пальцы о металл и подгоняли приемную коробку под диск с патронами так, чтобы он не шатался там как пьяный… Но главное собиралось в отгороженном от любопытных взглядов: реактивный миномёт ! Прототип уже был в Красной Армии и успел отметится под Оршей, напугав воем снарядов и огненными полосами по небу и немцев и наших бойцов ! А немцев ещё и побить прилично ! Мои головастики и Кулибины "выдавали на гора" уже шедевр – подобие "Града"… Реактивный миномёт в точности копировал БМ-14-16 образца 1954 года, только реактивные снаряды были калибра 122мм. 16 стволов в два ряда; установка крепится на танковое шасси танка Т- III вместо башни, как в БМ-8-24; в стволах направляющие "канавки" для вращения снаряда и повышения точности. Правда у нас не было станков для нарезки направляющих дорожек в стволе, поэтому пришлось разрезать каждый ствол пополам – вдоль и крепить П-образные направляющие внутри, а потом ствол соединять. Халтура, конечно – но высококачественная халтура ручной сборки – вроде Роллс-Ройсов для богатеньких "Буратин"… В Минске была собрана одна установка; опробована; пристреляна: прошла, так сказать, полевые испытания и была принята мною на вооружение. Осталось только успеть собрать столько – сколько сумеем до ухода их города. Пока собирали сразу четыре машины и процесс завершался. Должны успеть собрать до ухода из города ещё, как минимум, четыре…
Проверил командирским глазом как идут работы; попробовал дать ЦУ – ценные указания, но был послан… - а шёл бы ты товарищ командир заниматься своими делами ! Я и пошёл – я человек простой. Метнулся к стажёрам; проверил как у них идёт подготовка – вроде нормально. И к себе – в автобус. Планы строить – на будущее… Перед самым обедом мой рабочий настрой грубо нарушил Рощин: постучав, вошёл решительно и с порога заинтриговал:
- Товарищ командир. Там вас на КПП какие то пришлые домогаются !
- Кто такие и почему домогаются ? – не понял я…
- Да генерал какой то со свитой… - безмятежно ответил лейтенант. Под ложечкой засосало; сердечко ёкнуло; по телу пробежал холодок…
По твою душу пожаловали ! – ухмыльнулся гадливо циник…
А чего ты ждал ? Думал не приедет – потеряется в пути ? – произнёс реалист и добавил – подождал тебя, подождал – да и сам нагрянул…
- Ну и чего ему надо ? – спросил Рощина, надеюсь спокойным тоном.
- До вас рвётся ! Требовал пропустить ! Грозился ! Ругался нехорошими словами ! А ругаться нехорошо – правда товарищ командир ? – заглядывая в глаза, глумился командир моей личной роты…
- Да, товарищ комроты – ругаться нехорошо. Ругаться – это последнее, перед тем как дать в морду ! Рощин гнусно ухмыльнулся:
- Так ведь в морду давать генералу приказа не было: мы просто объяснили пришлым товарищам, что ругаться у нас нехорошо, а уж нас ругать – тем более ! Впечатлились, особенно бойцы сопровождения в грузовике ! У нас ведь как: граница на замке, нарушитель не пройдёт ! М…да… Бойцы в грузовике - это совсем плохо…
- Раз так сильно рвутся – пропусти… Генерала с пришлыми сопровождающими… А бойцы пусть останутся за КПП…
- Что – так серьёзно товарищ командир ? – насторожился Рощин.
- Ну… - если меня генерал бить начнёт – ты уж выручай тогда…
- Бойцы охраны уже стоят возле автобуса товарищ командир ! Мы вас в обиду не дадим – так и знайте !
- Спасибо – благодетели… Что бы я без вас делал ? – пошутил я.
Через несколько минут, после стука в дверь штабного автобуса, дверь распахнулась и в салон вошёл генерал лейтенант. Настоящий генерал ! По виду. Прошел ко мне; по дороге оглядел хозяйским взглядом салон автобуса. Протянул руку первым; представился…